Оружие против диктатуры. Демократия проигрывает?

3 октября, в День объединения Германии, в этом году много говорили о демократии.

Бесспорно, ФРГ – истинно демократическая страна, даже если в ее названии не содержится слово «демократический», как в ГДР. До сих пор, однако, наследие Германской (не)Демократической Республики тяжелым грузом лежит на Федеративной Республике Германия. Об этом можно судить прежде всего по тому, как голосуют избиратели на территории бывшей ГДР, которая до сих пор жива в сознании населяющих ее граждан ФРГ.

Прошедшие в начале сентября выборы в Саксонии, Тюрингии и Бранденбурге показали, что это действительно «новые» федеральные земли, как их до сих пор называют в объединенной Германии. Новизна состоит в том, что значительная часть их жителей добровольно отрицает демократию.

Треть избирателей «новых» земель отдали свои голоса правопопулистской партии «Альтернатива для Германии». От ее идеологов звучали призывы к ограничению памяти о Холокосте, прекращению анализа преступлений Третьего рейха и запрету иммиграции. Среди других программных требований АдГ – выход из Евросоюза, остановка мер по защите климата и поставок оружия Украине.

На такую же педаль давит другая популистская партия – «Союз Сары Вагенкнехт», уже в названии поощряющая культ личности основательницы. Сара родом из ГДР, ранее была пламенной коммунисткой, потом перешла в Левую партию, а затем при поддержке своего мужа Оскара Лафонтена решила начертать собственное имя на партийном знамени. Но что это за знамя, пока не ясно. Ее партия не принадлежит четко ни к левому, ни к правому спектру. Скорее, к обоим сразу. Неопределенность была свойственна и Лафонтену, который покинул Социал-демократическую партию Германии, перешел в Левую партию, а теперь координирует семейный подряд ССВ.

Видные германские политологи в растерянности, так как не могут дать внятное определение программных установок ССВ и поместить партию на правый или левый фланг. Ясно одно: Вагенкнехт и Лафонтен почувствовали спрос на хлесткие лозунги без конструктивных предложений по решению проблем, возникающих в связи с развязанной Россией войной в Украине. Благодарные избиратели наградили ССВ дюжиной процентов голосов в Саксонии, 15% в Тюрингии и 13% в Бранденбурге. Триумф еще более впечатляет, если вспомнить, что партия была образована лишь в январе этого года.

Ни у кого не вызывает сомнений, что успех Вагенкнехт обеспечили призывы перестать «накачивать Украину оружием» и начать мирные переговоры, а заодно и срочные поставки энергоносителей из России. «Миру – мир», «нет войне» ­– кто осмелится оспорить эти требования?

Сила популистских партий и течений – именно в том, что они умело используют лозунги, привлекательные для неискушенного обывателя. Демократия – это трудная работа, она требует аналитического подхода, умения дискутировать и мужества противоречить. Лозунги освобождают от лишних мыслей, они просты, удобоваримы и приемлемы для всех, кто недоволен актуальной ситуацией. Лозунги освобождают от работы над формированием гражданского общества.

В День объединения Германии 3 октября поднимались именно эти вопросы. Как научить людей в «новых» землях демократии? Как спасти Германию от сползания в диктаторское прошлое? ФРГ осознала ужас происходящего, но еще не пришла в себя от шока. Настроение, господствующее в СМИ и политическом истеблишменте «западной» части страны после выборов, показавших силу популизма и поддержку путинских нарративов, – смятение и растерянность.

35 лет назад на улицы Лейпцига, расположенного в Саксонии, граждане выходили с плакатами «За открытую страну со свободными людьми». Жители Бранденбурга принимали участие в демонстрациях накануне падения Берлинской стены под лозунгами «Мы – народ!». Куда все это делось? Почему то, за что прежние поколения так убежденно боролись, вдруг утратило значение сегодня?

Ответ на эти вопросы только один: демократия – не данность, за нее надо бороться, а для борьбы следует прилагать усилия. И прежде всего демократии надо хотеть. Надо участвовать в жизни своего общества, понимая, что демократия зависит только от тебя и твоего голоса.

Однако больше половины жителей «новых» земель отдают свои голоса популистам, которые не предполагают обращаться к гражданам при решении важных вопросов и приобщать их к участию в жизни общества. Эта тенденция существовала на востоке Германии и раньше, однако после начала полномасштабной войны в Украине она явно усилилась.

Кризисы, видимо, подстегивают желание людей принимать простые решения и следовать простым лозунгам. Однако причина падкости жителей «новых» земель ФРГ на популизм не только в этом. Дело в долгой традиции диктатуры, которая для восточных немцев закончилась на 45 лет позже, чем для западных. Этих лет хватило, чтобы вырастить поколение несвободных людей, отказывающих самим себе в управлении государством, перекладывающих эту задачу на плечи тех, кто готов снова увести их от свободы. Страшнее всего, что многие жители «новых» земель, которые раньше существовали в тисках Советского Союза, не осознают этого.

Диктатура натворила много ужасов на территории СССР. Она же привела к тому, что в странах Варшавского пакта улетучилась воля к свободной жизни. Горбачевская перестройка породила дух свободы, однако после периода эйфории люди столкнулись с трудностями, которые через три десятилетия потянули их в трясину популизма.

Демократия в Западной Германии устанавливалась непросто. Диктатура не исчезла сама по себе. Свободу надо было отстаивать, за нее надо было бороться еще много лет после окончания Второй мировой войны. Как видим, последствия советской диктатуры в Восточной Германии ощутимы до сих пор.

Западная Германия успешно сопротивляется восточному популизму. Но не нужно забывать о том, что демократия в ФРГ поднялась и устоялась в противостоянии советской диктатуре. Немаловажным было и то, что люди ассоциировали демократию с благосостоянием. План Маршалла и «экономическое чудо» привели к ее укреплению. Третьим фактором стало возвращение политиков, принадлежавших к демократическим партиям, из эмиграции и подполья.

Демократические партии существовали в Германии с XIX века, они действовали вплоть до прихода к власти Гитлера, приспешники которого уничтожали не только коммунистов, но и социал-демократов и либералов. После поражения Третьего рейха политики вернулись из эмиграции. Благодаря влиянию союзников и работе этих политиков Западная Германия стала демократической страной. Однако для этого понадобилось немало усилий, мужества и стойкости.

Диктатура не исчезнет сама по себе, когда придет «хороший король», как представляется в одном бестселлере, вышедшем в России в 2023 году и популярном у новых эмигрантов. За демократию боролись и испанцы, и португальцы, и греки, за нее боролись и борются немцы и итальянцы. Увы, пока что с переменным успехом. Чем кончится эта борьба, не ясно.

Тем более важно честно говорить с россиянами о том, что свобода и конец диктатуры требуют усилий и воли самого народа. Усилий политиков. Демократического партийного строительства. Обращения к народу и серьезного, честного разговора с ним, а не лозунгов о свободной России и о прекрасном будущем, которое обязательно настанет.

Именно это было ошибкой западногерманских политиков перед объединением Германии. Тогда канцлер ФРГ Гельмут Коль обещал восточным немцам «цветущие ландшафты», будто бы это не требовало работы и усилий. Восточные немцы, жившие в советской традиции, восприняли это обещание буквально. Многие просто откинулись на спинку дивана и стали ждать, что манна небесная сама упадет им в рот. А когда начались трудности, почувствовали себя обманутыми государством и западными землями. Государством, которым они в демократической стране, вообще-то, должны были руководить сами.

Поддержка Путина и его автократии в «новых» землях – это ностальгия по ГДР и жесткой руке лидера, который покажет путь и убедит сомневающихся в том, что все действительно получат «цветущие ландшафты». Это свидетельство добровольного отказа от личных усилий, вера в то, что кто-то сделает все необходимое за тебя, а ты автоматически будешь наслаждаться плодами его трудов.

Часть восточных немцев сделала из Путина фетиш, а российская пропаганда активно поддерживает этот нарратив. Не случайно политики АдГ постоянно курсируют между Россией и Германией, распространяя ложь путинских «фабрик троллей», наводняющих немецкие соцсети фейковыми новостями о конце света (в прямом и переносном смысле), который обязательно наступит из-за поддержки Украины. Сара Вагенкнехт говорит, что не симпатизирует Путину, но при этом продвигает его идеи. Недаром АдГ и ССВ называют «продленной рукой Путина» в Германии.

Опасная тактика Кремля пользуется успехом в «новых» землях. Однако Германия сильнее Путина. Именно потому, что здесь есть осознание ценности демократии, свободы прессы и мнений, ценности дискуссии и демократического просвещения. Есть традиции демократических партий, противостоящих популистам, и у большинства граждан имеются воля, мужество и сила отстаивать демократические идеалы. Это показали многомиллионные марши против АдГ, прошедшие по всей стране в феврале этого года.

Для появления «прекрасной свободной России будущего» также недостаточно свергнуть диктатора. Даже если это будет хорошей предпосылкой, в один миг свободной Россия не станет. К сожалению, дискуссий о демократии, о том, что она такое, зачем она нужна и как за нее бороться, не слышно ни в эмигрантской среде, ни тем более в самой России.

Однако, если нет таких разговоров и дискуссий, свободного будущего у России тоже не предвидится. В лучшем случае ей опять светит пара лет в эйфории, как у немцев из восточных земель, а потом очередное сползание в автократию.

Восточным немцам повезло: у них есть западные земли. А что есть у России?