Фронтмен NAPEREXRESTI Максим Голосков – о службе в ВСУ, музыке и сходстве с «Бумбоксом»

В сентябре группа NAPEREXRESTI выпустила трек «На повторі», который в сети взялись сравнивать с музыкой «Бумбокса». Фронтмен группы Максим Голосков признается: все вышло случайно.

В интервью Коротко про Максим Голосков рассказал о своей музыке, как решил пойти служить в ВСУ, удается ли сейчас писать песни и как ищет себя в творчестве и жизни.

Одно слово может помочь человеку обрести свою жизнь

- Максим, группу NAPEREXRESTI вы создали как раз незадолго до полномасштабной войны?

– Нет, NAPEREXRESTI начал существовать уже после года войны. Сначала мы назывались «Перша столиця».

NAPEREXRESTI – это проект, который в принципе и был создан с позиции того, чтобы оставаться живыми в такое непростое время. Нас это реанимировало. Мне, как творческому человеку, это было просто необходимо. Владу так же (Владислав Синенко – второй участник группы. – Авт.).

Первый трек «Ловимо момент» мы выпустили 28 августа 2023 года. Эту дату можно считать днем ​​рождения нашей группы. История, рассказанная в клипе, когда музыка спасает умирающего человека в реанимации, – это и о нас.

– Почему вы изменили название?

– Мы чувствовали, что что-то не так. Название NAPEREXRESTI мы искали больше года. Ведь одно слово действительно может помочь человеку обрести свою жизнь. Мы познакомились с Владом на перекрестке в Харькове еще до полномасштабной войны.

– И вы сразу начали сотрудничать?

– В первый же день после знакомства мы уже были где-то на крышах города и играли на гитаре. Я сразу почувствовал, что человек, который создает музыку на гитаре, это мой человек. Начал напевать свои старые стихи на мелодии, которые придумывал Влад. Так и начало зарождаться наше музыкальное сотрудничество.

– Война застала вас в Харькове?

– Да. Мы с Владом тогда скооперировались с друзьями. Волонтерили сначала в Харькове. Доставали и покупали лекарства людям, которые в них нуждались. У меня инстаграм просто разрывался. Сотни сообщений в день, что нужна помощь, и мы помогали всем, как могли.

У нас была разбита машина, поэтому приходилось даже пешком ходить много километров, чтобы доставить лекарства. Помню, как Влад покупал людям еду, потому что еды не хватало.

Харьков был как единая семья. Был в шоке, насколько харьковчане, да и все украинцы, сильны. Хотя тогда даже еще не мог осознать, что происходит.

– Надеюсь, что и теперь у нас хватит мудрости не ссориться там, где нет причины.

– Когда появляется новая тьма, в ней можно увидеть новые звезды. Поэтому ты дорожишь теми людьми, которые всегда остаются единой семьей, продолжают помогать, бороться, как и в начале войны.

Сначала два месяца готовился, а потом уже пошел в армию

- А когда вы решили пойти служить в ВСУ?

– Наверное, несколько недель я просто смотрел в стену и не понимал, что происходит в моем сознании. Война в каком-то смысле расшатала мою нервную систему. Речь не о том, что я стал каким-то неадекватом. Это было неприятие, непонимание того, как это возможно.

Были разные мысли: куда идти, что делать. Прежде всего, спасибо моим друзьям, с которыми мы это обсуждали. Ибо сначала рвался выполнять боевые задания. Отдаю большой респект каждому парню, который в эту секунду защищает нас с оружием.

- Многие люди в армии совсем не были причастны к военному делу. Как у вас было с подготовкой?

– Я просто спортивный человек по жизни, всегда занимался спортом. У меня большое актерское прошлое, а подготовка к роли требует большой отдачи. Поэтому за годы актерской работы, не являясь военным, уже знал какие-то моменты из военной жизни. Когда-то у меня даже была роль киллера, поэтому я занимался с профессиональными снайперами.

Не знаю, как у кого, а у меня была неплохая подготовка и уже непосредственно в армии. Но перед тем, как пойти служить, я еще и сам проходил боевую подготовку.

– Учились сами для себя?

– Да. Это было нужно еще и психологически. Сначала два месяца готовился, а потом уже пошел в армию. Моя работа связана с обеспечением военных, не могу рассказывать об этом.

И не хочу присваивать себе какие-то звания, что я супер-пупер спецназ. Могло такое случиться, но, наверное, судьба повернулась так, как нужно, потому что большая часть моего мозга, души, сердца все же принадлежит музыке. И я очень благодарен, что у меня получилось остаться собой. У меня прекрасные побратимы, командиры. Они поддерживают мое музыкальное творчество, и это круто, что так складывается.

Чувствую себя живым только тогда, когда пишу

– Вам удается что-то писать на службе? Есть на это вдохновение?

– Моя жизнь разделилась на две полосы. Есть служба, армия, военные задания, а есть творчество. Иного больше не существует. Поэтому все свободное время посвящаю именно творчеству. Спасибо моим начальникам, командирам за то, что у меня находится такое время.

Честно говоря, я себя чувствую живым только тогда, когда пишу, когда вижу безумный отклик на нашу новую песню. Это невероятный кайф. Ты чувствуешь, что это ты. Потому что иногда кажется, что ты где-то себя потерял, будто сдал в аренду в каком-то смысле, а с музыкой возвращаешься к себе.

– Ваша новая песня «На повторі» очень похожа на «Бумбокс». В отзывах в ютубе, в инстаграме подписчики тоже пишут, что впечатление такое, будто текст читает Андрей Хлывнюк. Вдохновлялись «Бумбоксом»?

– Скажу от чистого сердца: я не вдохновлялся «Бумбоксом». Так вышло случайно. Не было стратегии сделать это специально. И это прикольно, не вижу в этом ничего плохого, людям нравится.

– Но ностальгию у людей вызывали.

– Вот в этом и кайф! И об этой песне есть крутые отзывы. Мы уже готовим новый трек. Уверен, он разорвет в хорошем смысле сердца и разум людей.

– Я так понимаю, когда у вас отпуск – вы тоже пропадаете только на студии?

– Да, это правда. Все мое свободное время посвящено NAPEREXRESTI. Поэтому когда отпускают, мы можем что-то позаписывать на студии. Это большой труд, и физический, и эмоциональный.

– Чем занимается Влад, когда вы на службе?

– Влад много пишет музыки. Насколько я знаю, у него отец – военный, он помогает его бригаде.

Я всегда вдохновляюсь музыкой, которую создает Влад. Тогда уже понимаю, какой должна быть песня, и пишу текст.

– Сейчас вы максимально сосредоточены на NAPEREXRESTI, но вы и актер, и режиссер, у вас была театральная мастерская в Харькове. Это все на паузе?

– Да, с началом войны это все, к сожалению, остановилось очень резко, в один ужасный момент. Многие актеры разъехались, кто-то – в армии. Театр – это тяжелый коллективный труд. Поэтому говорить сейчас о театре - это как рассказывать о привидении, его как будто и не существовало.

Мы объездили очень много городов с нашими спектаклями. У нас были действительно крутые авторские спектакли, не боюсь этого слова, людям они очень нравились. Но пока это невозможно повторить, потому что собрать этих актеров очень сложно.

Для актера один день не работы над собой – это два дня назад. Сколько дней назад уже ушло?

- Хотели бы снова вернуться к театру?

- Все-таки я сделал свой выбор – мне ближе музыка. Не знаю, вернусь ли когда-нибудь к спектаклям. Может, как режиссер, потому что есть к этому страсть в сердце.

А сейчас хочется создавать музыку, и музыку в разных жанрах. Через музыку намного легче подарить человеку катарсис, чем через спектакль в театре, потому что больше людей может тебя услышать.

- Собственно, и сейчас ваши песни разножанровые.

– Каждый художник всегда находится в поиске. Мы понимаем, что найдем свою нишу. А нынче не боимся давать людям и хип-хоп, и альтернативу, и попсу. Это прикольно.

Только недавно стал думать о себе

– Вам, как молодым музыкантам, насколько сложно пробиваться в музыкальной индустрии?

- Это действительно сложный путь, потому что сейчас выходит очень много песен как у звездных артистов, так и у начинающих.

Мы несколько лет боролись за то, чтобы получать отзывы от слушателей. И это потихоньку у нас выходит. У меня никогда не было мыслей, чтобы остановиться. Я ради этого живу. Если ты чувствуешь, что это твое, делай. Не останавливайся никогда.

Наша песня «На повторі»  звучит на многих радиостанциях. Мы рвем интернет. Мы, как говорится, ноунеймы, люди, которых никто не знал, - в топ-5 Shazam рядом с Yaktak, Klavdia Petrivna. Мы держались в топ-13 YouTube. Я называю эти числа для того, чтобы люди понимали, что это уже некие достижения.

Надо лезть повсюду, стараться, смотреть на то, что нравится больше людям, что тебе в себе не нравится, исправлять эти моменты. Это большая работа над собой.

Но, возвращаясь к вашему вопросу, сложно или не сложно… Если бы это было легко, наверное, все были бы звездами, и это было бы очень хорошо.

- Кому-то просто удается быстрее, кому-то легче, кому-то сложнее.

– Это правда. В начале войны, мне кажется, было легче пробиться. Потому что поддержка всех украинских исполнителей была безумна. Мы записали песню «Лелека», вживую, просто гитара и микрофон, и собрали в инстаграме почти миллион просмотров. Люди репостили, писали, что эта песня поддерживает их, нас поддержали многие звезды.

И я понял, как сильно музыка может тебя мотивировать – вставать, бежать, помогать, бороться за жизнь.

Сейчас очень много появилось музыкантов, поэтому это труд – найти своего слушателя. Но все возможно.

– Кстати, а побратимы просят вас что-то поиграть, спеть?

- Вообще они все в ток-токе сидят, смотрят, читают комментарии и смеются.

– Что в вас изменилось, если сравнить с началом войны?

– Я иногда не знаю, как отвечать на вопрос сейчас. Единственное, что могу сказать, – я только недавно стал думать о себе. Задумываться над тем, а зачем ты живешь, какой для тебя смысл жизни, чего ты хотел с детства, готов ли ты умереть в эту секунду, за что, зачем, за кого, хочешь ли жить…

- Что касается изменений… Когда-то, смотря на ваш инстаграм, вы восхищались Есениным. Что теперь думаете?

– Это все отсеялось. Я даже забыл об этих постах. Не читаю уже Есенина, не смотрю русское кино, не слушаю русскую музыку. Мне не то что не интересно, мне это даже противно.

- Какая у вас сейчас главная цель в жизни?

– Это музыка. Кто-то мечтает о богатстве, семье, детях, машинах, а у меня мечта – быть услышанным, быть своим среди своих.

Я не хочу никуда уезжать из своей страны. Люди, которые ходят по этой земле, парки, лавочки – это все мое, родное. Хочу, чтобы нашу музыку слушали от Львова до Крыма.