Биолог, возрождающий Журавлевский лес в Харькове: Садим разные деревья – это предотвратит пожары

Выжженная земля. Так сегодня выглядят сгоревшие в пламени войны гектары Журавлевского леса на северо-востоке Харькова – в районе Салтовка. Но уже весной здесь пробьются из-под земли новые дубки, которые с начала осени сажают на почерневшем мертвом пустыре жители города. Среди них биолог, преподаватель кафедры ботаники Харьковского национального педагогического университета имени Григория Сковороды Юрий Бенгус с женой Людмилой. Юрий Бенгус рассказал Коротко про, как за считаные часы смогли выгореть 40 тысяч квадратных метров леса и что поможет его возродить.

Новый лес будет смешанным

Салтовка - самый крупный жилой массив Украины. Вроде бы – обычный «спальник», но он еще десятилетия назад привлекал новых жителей редкими в мегаполисах пейзажами. Покупали квартиры в многоэтажках, мечтая об утренних видах на сосновый бор и реку. Уже с середины весны набережная превращалась в одно из самых популярных мест для пляжного отдыха и пикников среди харьковчан. Теперь же любоваться можно только мертвыми остовами сгоревших сосен…

Впрочем, харьковчане на Салтовке, одной из первых принявшей на себя удар в начале полномасштабного вторжения, не стали ждать, пока кто-нибудь придет и вернет им лес. Сами взяли дело в свои руки и начали сажать деревья. Так что уже в ближайшем будущем выгоревшие гектары посадки снова зазеленеют. Правда, сажать теперь будут не только сосны, а смесь разных видов: дубы, клены, акацию, ели, тополи, иву. Это, по словам Юрия Бенгуса, предотвратит столь масштабные пожары в будущем.

- Если бы это был обычный лес, в котором присутствуют разные виды деревьев, такой катастрофы не произошло бы, - объясняет Коротко про Юрий Бенгус. – Одной из причин того, что огонь быстро распространился на большую площадь, стал грибок, начавший поражать сосны еще в 2007 году, - корневая губка. Он «убил» сосны – они высохли, по сути, там был сплошной сухостой. Другие виды деревьев более устойчивы к нему, а здесь ему ничто не мешало «расползаться» от сосны к сосне.

Дело идет даже быстрее, чем ожидалось

Чтобы предотвратить такие последствия в будущем, новый лес планируют сделать смешанным. Сначала сажают дубы – в Харькове как раз в этом году урожай желудей. Собирают по дороге к пожарищу возле метро. Позже нужно посадить тополя, березы, клены и другие виды.

- Посадить лес посевом желудей – ничего не стоит в плане денег, зачем ждать, пока этим вопросом займутся власти, - подчеркивает Юрий Бенгус.

Такое волонтерское озеленение Слобожанщины для Юрия Владимировича не в новинку – он сажает леса еще с 1979 года. Так что гектары посадок в Харькове и области – его рук дело.

Пример биолога и его жены вдохновил и других: к дуэту хранителей природы присоединилась учительница лицея, позвала с собой детей… Дело пошло даже быстрее, чем ожидалось.

Задание – создать стойкий биоценоз

Конечно, на возрождение Журавлевского леса уйдут годы и десятилетия – за пару месяцев не вырастет. Да и Слобожанщина - не Карпаты или Полесье, где после массовой вырубки и пожаров лес без особых проблем восстанавливается сам. В основном, это степь с черноземами, но есть места с песчаными и супесчаными почвами. Что, кстати, уже вызвало сомнения у некоторых: а стоит ли сажать желуди в песок? Не вырастут же… Но Юрий Бенгус рассказывает: в том же Журавлевском лесу желуди проросли и, на радость харьковчанам, уже шумят листочками шести-семилетние дубки.

- Говорят, что на песках дубрава не вырастет, но мы видим, что с этим все в порядке – прорастает. Через 10-15 лет это уже будут большие деревья, - уверяет Юрий Бенгус. – Наше задание - создать стойкий биоценоз (совокупность микроорганизмов, грибов, растений, животных на одном пространстве. – Авт.). За границей используют «индекс бабочек», чтобы оценить биоразнообразие. Если на одном участке уменьшается количество видов бабочек – а это самые заметные насекомые, это предупреждение для местной власти о том, что они мало заботятся о биоразнообразии. Разные бабочки выбирают разные травки, так что однообразные газоны – это тоже плохо.

Степь не надо превращать в дубраву

Ученый предупреждает: если вдруг в других местах степной зоны появятся вдохновившиеся его примером активисты, не факт, что их инициатива принесет положительный результат. По словам Юрия Бенгуса, сажать деревья имеет смысл там, где они раньше уже росли. Посадить елку посреди степи – не принесет пользы природе Украины.

- Я с ужасом смотрю на это: люди не понимают, что такое экология и ее законы, - вздыхает ученый. – Воспринимают степь как пустырь, который можно превратить в парк или посадку. Мол, «здесь и так ничего нет! Сажаем акацию – будет и мед, и дрова». Но как же - это ковылевая степь, которая продуцирует чернозем. А в органике метрового чернозема аккумулируется СО2 больше, чем в древесине деревьев леса. Так степь уменьшает парниковый эффект. Когда мы сажаем акацию, отложение чернозема останавливается, и почва начинает превращаться в лесные грунты, которые содержат значительно меньше органики, чем чернозем. С точки зрения глобальных климатических изменений, это очень вредно. Углерод при разложении чернозема частично попадает сразу в атмосферу как СО2 (парниковый газ) или аккумулируется в древесине, которую сожгут, как дрова (в итоге получим снова СО2), тем самым провоцируя потепление климата. Но люди этого не учитывают, смотрят поверхностно: садить деревья – всегда хорошо, думают они.

Журавлевский лес планируют восстанавливать и власти. Но из-за войны и по другим причинам вряд ли в ближайшие годы это станет для них задачей №1, поэтому харьковчане взялись за дело сами.

- Пока подготовят проект и решат, что сажать – может, и не дубы,– размышляет Юрий Бенгус. - Пока найдут деньги… Знаете, когда художник рисует картину, он сначала наносит на холст грунтовку и все зарисовывает белым, и уже потом по нему рисует другими красками. Вот для меня этот выгоревший пустырь, как холст для художника: я подготовлю фон (сажаю желуди), а дальше уже можно сажать, кто что запланирует. Всходы дуба не помешают посадке крупных саженцев других пород.

Уже через пару лет выгоревшие гектары деревьев на Салтовке превратятся в молодой лес.