Украине необходимы немедленные системные изменения вместо имитации реформ

Решение о ликвидации МСЭК в ответ на выявленную там коррупцию принято. А будут ли приняты аналогичные решения о полной перезагрузке Офиса генпрокурора, таможенной и налоговой служб. Да, я всего этого жду. И знаете, почему? Потому что, несмотря на то, что Даниил Гетманцев говорит, что у нас в налоговой нет системной коррупции, у бизнеса есть подтверждения, что она там есть.

Она есть и в налоговой, и на таможне, и в прокуратуре. И о том, что она есть в МСЭК, бизнес говорил уже много месяцев — демонстрировал это в опросах и говорил напрямую. Именно поэтому мы в Коалиции бизнес-сообществ «За модернизацию Украины» выступали за прозрачное и понятное бронирование критического персонала. Не теневое, через МСЭК, а нормальное — по понятным, экономически обоснованным правилам.

Но получается, что государству выгодно именно такое подковерное «экономическое бронирование». Мы подсчитали, что теряет от этого государство, — и это более 1 млрд евро в год. У главы экономического комитета ВРУ Дмитрия Наталухи есть даже самая точная статистика, что объемы коррупции в этой сфере около 80 млрд грн в год. И это почти 2 млрд евро.

При этом суммарная коррупционная рента в стране составляет уже около 600 млрд грн. Вот на что надо обратить внимание государству. А не заниматься тем, чтобы выжимать налогами из бизнеса десятки миллиардов, оставляя сотни миллиардов в коррупционных аферах. Выводы очевидны и напрашиваются сами собой.

Другими словами, на весах у нас есть два варианта.

Первый: сохранить систему, которая дает 80 млрд грн коррупционной ренты и позволяет откупаться богатым, уничтожает бизнес и приводит к расцвету коррупции.

Второй: ввести предложенную нами систему бронирования критического персонала (которую прозвали «экономическим бронированием», хотя по факту экономическое бронирование уже существует в формате бронирования для критических предприятий).

Предложенный подход убирает коррупцию и спасает бизнес и экономическую активность, позволяет усилить рекрутинг и обеспечение наших военных. А еще может принести государственному бюджету уже за 2025 год около 250 млрд грн.

И что выбирает государство? Оно месяцами «думает и совещается», а потом принимает «неожиданное» решение в пользу сохранения коррумпированной системы и разрушения уже работающей системы бронирования. К сожалению, государство снова реагирует неадекватно — разрушить бизнес вместо разрушения коррупционных схем. И это абсолютно нелогичный и ошибочный подход.

Государство как главный фактор нестабильности бизнеса

Еще один риторический вопрос: почему то, что делается государством, в основном негативно влияет именно на добропорядочный бизнес — на бизнес, который хочет работать по официальным правилам игры? Именно он страдает в наибольшей мере.

Тот предприниматель, который не откупался, который шел по процедурам бронирования, сейчас страдает. Например, возьмем критическое предприятие в пищевой отрасли или инфраструктуре, или в оборонной промышленности, — все они сейчас не могут продлить бронирование персонала и в итоге останавливают производство.

А поскольку персонал такого предприятия «светится» в системе бронирования, то он теперь весь доступен информационно для ТЦК и для возможности мобилизации. Следовательно, этот бизнес теперь еще и быстрее будет терять свой критически важный персонал из-за мобилизации.

Бизнес постоянно жалуется, что если в белую забронированы 50% сотрудников, то именно к такому бизнесу приходят представители ТЦК и пытаются вручить повестки остальным 50%. Или иным образом заставляют предпринимателей «решать вопрос». Риск того, что с каждым новым бронированием «50%» будет уменьшаться вдвое в абсолютном значении, заставляет предпринимателей искать варианты для продолжения существования.

Следовательно, чем добропорядочнее бизнес, тем хуже поступает с ним государство. А бизнес, который играл не по правилам, — прятался и избегал официальных процедур или откупался, он снова откупится и найдет способ, как именно скрыть своих неофициальных сотрудников.

Скажите мне, почему государство постоянно борется с добропорядочными предпринимателями, — почему не наоборот? Особенно катастрофических масштабов давление со стороны ТЦК на добропорядочный бизнес приобрело, по свидетельству локальных предпринимателей и представителей объединения КОХА, в Харькове.

Прозрачное экономическое бронирование мешает коррупции

Какой бы искаженной ни была система бронирования критических предприятий, но она существовала и позволяла действительно критическим предприятиям забронировать важный персонал. Если ты считаешь, что система несовершенна, то разбирайся, верифицируй ее, проверяй, но не уничтожай ее и тот белый бизнес, который использовал эту систему.

Или предложи новую систему и замени ее постепенно. Но не надо делать этих разрушительных шагов, таких как остановка портала «Дія» с невозможностью бронирования или вообще с отменой этой системы. Создается впечатление, что государство постоянно ищет инструмент, как ухудшить условия для бизнеса.

Все развитые страны бьются над тем, как привлечь к себе побольше талантов, предпринимателей, инвесторов, создавая лучшие стимулирующие условия для бизнеса. В Украине же само государство является ключевой преградой для ведения бизнеса. По нашим последним исследованиям среди бизнеса, не война, а именно государство и риски, созданные им, уже догнали военные риски.

Именно поэтому я не устаю повторять, что нам необходимы системные изменения. То, что государство годами выбирало как борьбу с коррупцией хаотические (показательные) посадки коррупционеров, ничего особенно не давало и не дает — ни в прокуратуре, ни в МСЭК, ни в налоговой, ни в таможне.

Отдельные люди, которых поймали за руку и у которых нашли, засняли и обнародовали их огромные награбленные богатства, — это только верхушка коррупционного айсберга. В условиях, когда государство ухудшает условия для ведения бизнеса и при этом сохраняет благоприятные правила для коррупционеров, очевидно, что общество не удовлетворит уже ни отставка генерального прокурора, ни формальная критика и требование реорганизовать МСЭК.

Увольнять отдельных коррупционеров (даже «сажать» не поднимается рука писать, потому что это вообще единичные случаи) и при этом не менять саму коррупционную систему объединения — это даже не смешно.

Поэтому надо не пытаться изменить людей в ошибочной, искаженной системе, необходимо исправлять или даже полностью менять саму систему. Только системные изменения, за которыми будет идти не просто замена институтов, а создание и внедрение новых правил игры, приведут к реальным переменам к лучшему.

Вспомните, как было с БЭБ, когда формировалась идея ввести этот институт. Идея была очень простая — разрушить налоговую полицию и консолидировать в одном только органе экономическую подследственность. А что мы получили? Налоговые полицейские просто переехали в Бюро экономической безопасности с теми же функциями, взглядами, моделями, подходами, — и это, конечно, ничего не решило в стране, а усилило коррупцию и давление на бизнес, но уже на новом уровне.

Человеческий капитал — самая дорогая ценность Украины

Наш самый дефицитный ресурс сейчас — это человеческий капитал. Нам его негде брать и нет возможности восстанавливать. Да, наши международные партнеры помогут нам оружием, деньгами, но не помогут людьми.

Поэтому главный вопрос — как задействовать каждого человека наиболее эффективным образом для страны. Вот ключевая задача государства. А государство вместо этого загоняет людей в «тень», вытесняет таланты из страны.

В итоге это приводит к немотивированной мобилизации. Это когда командиры мне говорят, что не могут набрать военнослужащих из учебного центра, потому что там много немотивированных и непригодных к службе мобилизованных. В то же время есть подразделения, в которых рекрут знает, кто командир, уверен в обеспечении, — туда есть очередь через систему рекрутинга.

Почему бы не построить так всю армию? Почему бы не сделать рекрутинг более привлекательным путем введения эффективной системы управления, технологизации подразделений (в чем бизнес точно готов помогать), отношения к людям? Почему бы не привлечь общественных экспертов к улучшению системы управления, коммуникации и мотивации?

К сожалению, эти вопросы превращаются в риторические, но они намного важнее, чем вопрос благоустройства (а не фортификации!) прифронтовых городов за сотни миллионов гривен. И если власть этого не поймет, то последствия могут быть катастрофическими.