30 лет "Криминальному чтиву" — в чем скрытый смысл танца Джона Траволты и Умы Турман

К 30-летнему юбилею культового "Криминального чтива" разберем, почему второй фильм Квентина Тарантино до сих пор считается лучшим его творением? "Криминальное чтиво" входит в топ-10 рейтинга IMBD, на Rotten Tomatoes критики дают ленте 92%, зрители — 96%. И все признают, что самая необычная для боевика сцена — это знаменитый танец Винсента Веги (Джон Траволта) и Мии Уоллес (Умы Турман). Однако многие утверждают, что это "вставочный" эпизод — для оригинальности. Фокус докажет, что ничего здесь случайного нет — это ключевая сцена ленты, где режиссер дал последний шанс этим своим героям — измениться.

Тарантино — постмодернист. Парень работал в видеосалоне и стал снимать фильмы, насмотревшись американского, европейского и азиатского кино. Приемы брал у выдающихся режиссеров. Например, шесть новелл идут не в хронологическом порядке — как у французских классиков Жан-Люка Гадара и Франсуа Трюффо. Диапазон жанров, который использует Тарантино, предельно широк: от вестерна до пыточного порно. Казалось, такая солянка должна привезти к тому, что картина развалится. Но что же это все держит?

Фишки Тарантино

• Во-первых, виртуозные диалоги как бы "ни о чем": о еде, выпивке, поп-культуре. Эти диалоги, в отличие от сюжетной жизни персонажей, настоящие. Предмет этих разговоров обожает анализировать сам Квентин. Когда он вкладывает эти мысли в уста гангстеров или боксеров, слова обретают особую значимость, теряя "обывательское" происхождение. "Маленькая правда" придает вес "большой": разговор бандитов о разном прочтении названия гамбургеров в США и в Париже становится важным, когда воспроизводится перед смертельно опасным делом или под дулом пистолета. И приближает зрителя к криминальным героям на экране — ведь в таких бытовых вещах все пересекаются. Этот прием потом использовали в своих картинах другие режиссеры, например, Гай Ричи в ленте "Карты, деньги, два ствола" (1998) или Мартин Макдонах в "Залечь на дно в Брюгге" (2008).
• Во-вторых, Тарантино умело создает интригу: события сменяют друг друга стремительно. Как например, когда бандиты в первом фильме режиссера "Бешенные псы" не могли вычислить, кто среди них агент полиции – подозрение ежеминутно переходило с одного на другого.
• В-третьих, оружия в картинах Квентина Тарантино — просто завались, сценарист накоротке со смертью: она постоянно добавляет напряжения и остроты даже там, где не ждешь, как случайный выстрел Винсента в голову подельнику в авто. Чеховское ружье у Тарантино не просто давно снято со стены, из него беспрерывно палят.
• В-четвертых, и это, наверное, главное, сочинив крутой клубок сюжетных линий, Тарантино, пусть и надерганными киноцитатами, устраивает на экране убедительные метаморфозы с героями — это производит сильное впечатление.
• И в-пятых, как ни удивительно, авторский сюжет Тарантино таков, что каждый из персонажей получает то, что заслужил, словно по велению судьбы.

На старте фильма пара мелких грабителей Ринго (Тим Рот) и Иоланда (Аманда Пламмер) за чашкой кофе в придорожной забегаловке решают "потрясти" посетителей кафе. Решившись, они выхватывают пистолеты: в этом месте ленты начинаются вступительные титры — интрига стартовала. Далее появляются два гангстера, Винсент Вега (Джон Траволта) и Джулс Уиннфилд (Сэмюэл Л. Джексон). Но не будем пересказывать сюжет — его все знают. Сразу перейдем к танцу, чтобы ответить, почему это ключевой эпизод ленты.

Твист

Новелла про Винсента Вегу и супругу мафиози Мию (Ума Турман) начинается с того, что Винсент заезжает за женой шефа. Она — несостоявшаяся актриса (снялась в пилоте сериала, который был забракован), от безысходности вышедшая замуж за мафиози, о чем она сама рассказала в ресторане. Винсент — крайне никудышный киллер. Это мы понимаем, проанализировав его действия: он агрессивен, несдержан, недалек и совершает кучу ошибок: случайно убил подельника в авто; грубит боксеру Бутчу, провоцируя будущий конфликт боксера и мафии; глупо гибнет на толчке, читая комикс, потому что оставил автомат в засадной квартире на плите. Даже героин ему продали не в "шариках", из-за чего Мия получила передоз, посчитав, что это кокаин. Из хорошего: он же и спас Мию, вколов адреналин в сердце. Но, понятно, что если бы жена босса умерла — Винсенту тоже несдобровать.

На конкурсе твиста в ресторане в танце (кстати, "твист" на киноязыке — неожиданный ход) — Винсент и Мия вдруг обретают себя. Почему?

Мия профессионально танцует, хоть и не стала кинозвездой . А Вега, как вдруг выясняется — превосходный танцор. Кем, конечно, является сам Джон Траволта – звезда мюзиклов "Лихорадка субботнего вечера" (1977) и "Бриолин" (1978). Он даже ходит в боевике, грациозно пританцовывая.

Они, наконец, занимаются тем, что у них классно получается, срывая у публики заслуженные овации, и привозят домой наградной кубок за номер. Но, как поется в хите Чака Берри, под который они выплясывали, You Never Can Tell ("Никогда не знаешь, что случится"): Мия вскоре чуть не умрет от передозировки, а Винсент Вега — погибнет. Однако Винсент мог остаться в живых, если бы обращал внимание на знаки судьбы.

Уроки судьбы

Грабители Иоланда и Ринго обнаглели, но нарвались на криминальный крупняк и еле живыми ушли из переделки. Эта встряска им даст шанс оценить риски такого образа жизни. Созданы ли они для этого?

Гангстер Джулс, восприняв пролет пуль мимо как Божье чудо, уходит после этого знака судьбы из криминала — в гораздо более светлое будущее, чем у него было.

Джулс спрашивал у ребят, взявших дипломат с деньгами у его шефа: "Марселлас Уоллес – сучка? Вы хотели его поиметь? Нет, он здесь всех имеет". Но извращенец Зед изнасиловал босса мафии, того, кто "сам всех имел". Однако судьба в лице Бутча дает мафиози возможность казнить насильника.

Боксер Бутч (Брюс Уиллис), совершив свои подвиги и доказав, что он настоящий боец, уматывает на мотоцикле убитого извращенца Зеда с кушем, красавицей и отцовскими часами на руке. Шеф мафии пообещал его забыть. Бутч — наибольший победитель в фильме.

Винсент Вега, который глух и слеп к знакам судьбы (хотя дал в кафе блестящее определение Божьему чуду: "Когда невозможное становится возможным") гибнет глупейшим образом, поскольку занимается делом, к которому непригоден.

Дальнейшую судьбу Мии Квентин оставляет под вопросом: выбор за девушкой. Но находящийся дома кубок за танцы, возможно, ей будет напоминать о том, что пора бы вернуться к карьере актрисы.

Вы будете смеяться, но кто скажет после этого, что Тарантин — не режиссер-моралист? Формула "Криминального чтива": активные герои — испытание судьбой, которая посылает знаки — каждому по заслугам.