Прощальный поклон Байдена

В прошлую субботу на полях саммита АТЭС в Перу встретились лидеры США и КНР — Джо Байден и Си Цзиньпин. За последние десять лет они виделись неоднократно, но эта встреча наверняка была последней официальной: в январе Байден уходит с поста и вряд ли останется в политике после этого. Не случайно американский президент во время публичной части много вспоминал о прошлом и отмечал сложившийся между ними «доверительный и открытый характер общения».

Участие Байдена и Си в саммите АТЭС — региональной торгово-экономической организации азиатских и американских стран — было запланировано заранее, так же, как и их разговор с глазу на глаз. Если бы демократам удалось остаться у власти, основной его темой стало бы согласование повестки отношений для новой американской администрации. Байден мог бы передать Камале Харрис эстафету на одном из самых сложных направлений внешней политики. Победа на выборах Дональда Трампа сделала большую часть вопросов неактуальными. Мало того, что политика нового президента в отношении Китая будет отличаться от политики предшественника, никто, включая Трампа и его ближайших соратников, еще не знает, какой именно вид эта политика примет после инаугурации.

Ожидаемо, результативным саммит не стал. По сути, стороны достигли согласия лишь в одном вопросе — о том, что ядерное оружие должно оставаться под контролем людей и ни в коем случае не передаваться под управление искусственного интеллекта. Остальные пункты, попавшие в итоговые отчеты обеих сторон, — контроль над оборотом веществ, используемых для производства наркотиков, «горячая линия» между военными ведомствами двух стран — были согласованы еще год назад, во время прошлого саммита. На этом фоне чуть ли не самым значимым достижением выглядит признание, что США и Китай являются «главными державами в мире» — именно при администрации Байдена такое определение стало общепринятым в официальном диалоге, и в Перу оба лидера вновь подчеркнули свою особую роль и особую ответственность в решении центральных проблем международной политики.

Однако встречу нельзя назвать пустым протокольным мероприятием: обоим лидерам было что сказать, правда, в основном не друг другу, а Трампу. То, что именно новый американский президент был целевой аудиторией, лишний раз подчеркивают принципиально разные акценты в резюме встречи, сделанные американской и китайской сторонами.

В американском документе основное внимание уделено словам Байдена о важности последовательной политики в отношении Китая — важности для сохранения влияния США в мире и в Индо-тихоокеанском регионе в частности. Прежде всего речь идет о сохранении союзов и партнерских отношений в регионе, ведь прошлую свою каденцию Трамп начал с отказа от Транс-Тихоокеанского партнерства, созданной демократическими администрациями Барака Обамы экономической группировки, а также с угроз пересмотреть условия союзов с Японией, Южной Кореей, Австралией.

Сейчас на кону ставки не меньше. В 2022 году Байден запустил Индо-Тихоокеанское экономическое партнерство, которое должно сохранить для США ключевую роль в региональной торговле. Существенно активизировалось сотрудничество в области безопасности в рамках квартета США—Япония—Индия—Австралия. Был подписан трехсторонний военно-политический пакт с Австралией и Великобританией. Эти структуры — основа американского лидерства в регионе и сдерживания Китая. Если Трамп решит отказаться от них, американские позиции в Индо-Тихоокеанском пространстве — и в мире в целом — ослабнут и выиграет от этого Китай.

Китайская сторона выделяла слова Си об опасности любых шагов, которые разрушат статус-кво в отношениях двух держав. Такими, несомненно, станут поддержка идеи независимости Тайваня (не говоря уже о признании его независимости), протекционизм в торговле, ограничения на доступ к технологиям, давление на третьи страны с целью сокращения их сотрудничества с Китаем. Да, все эти шаги делала и администрация Байдена, и делала очень активно. Но китайский лидер опасается скачкообразного роста американских санкций: Трамп во время предвыборной кампании заявлял о намерении ввести 60% таможенные тарифы на все китайские товары (в отношении которых еще не введены более высокие тарифы), а это объем торговли на полтриллиона долларов.

Си предостерег Трампа от «вмешательства в двусторонние отношения Китая с соседями», имея в виду территориальные споры в Южно-Китайском море, а также «провоцирования обострения конфликта на Корейском полуострове». Фактически китайская сторона использовала встречу, чтобы обозначить свои «красные линии» в отношениях с США — в надежде, что Трамп и его администрация учтут их при разработке политики в отношении КНР.

При внешне миролюбивом тоне сторон и многократных упоминаниях о важности сохранения стабильности, встреча больше подчеркивала конфликт в отношениях, чем убеждала в возможности нормализации. О масштабе противоречий как нельзя лучше свидетельствовала несовместимость позиций США и Китая по Украине.

Российско-украинская война во время встречи обсуждалась — это признают обе стороны. Не вызывает сомнения, что достичь какого-либо согласия в этом вопросе не удалось. И очевидно это не только потому, что в итоговых документах стороны повторяют свои обычные формулы («недопустимость поддержки России» с американской стороны и «нейтралитет и посредничество» — с китайской).

Во время встречи обе стороны заявляли, что нужно избегать дальнейшей эскалации конфликта. Но уже в течение следующих суток после саммита обе стороны сделали шаги, которые такую эскалацию обеспечивали — хоть и сделали это избегая громких политических заявлений.

Вскоре после встречи Байдена и Си в американской и (чуть погодя) мировой прессе распространилась новость, что американская администрация сняла ограничения на использование дальнобойного оружия по целям на российской территории. Хотя официального подтверждения Вашингтона нет, опровержения тоже не последовало, и потому эту новость можно считать достоверной.

Китай в свою очередь не осудил воскресную масштабную российскую воздушную атаку, во время которой пострадали гражданские лица и объекты гражданской инфраструктуры. Кроме того, сразу после саммита в китайском информационном пространстве начала распространяться новость об учениях российских военных кораблей в Южно-Китайском море, прошедших при китайской поддержке.

Наконец, Евросоюз сделал заявление про «достоверные сведения о китайских поставках вооружений для российской армии» — речь идет о сборке российских боевых дронов в Китае при участии китайских компаний. Обещанные высшими чиновниками ЕС антикитайские санкции в ответ на эти поставки могут сделать последствия войны в Украине по-настоящему ощутимыми для Китая и окончательно похоронить его планы на статус «нейтральной державы» и роль «посредника в мирных переговорах».

Последняя встреча Байдена и Си со всей очевидностью показала, что конфликт между двумя державами связан с их ключевыми интересами и принципиальной позицией по мироустройству. Американская и китайская модели международного порядка не просто разнятся — они несовместимы. Потому и конфликт между ними — это не прихоть Трампа, а логичное развитие противоречий. Но от Трампа ожидают решительных (и радикальных) шагов в сложившемся противостоянии.

В Перу китайская сторона предпочла занять оборонительную позицию, предоставив новой администрации сделать первый шаг — к временной стабилизации отношений или к новому витку конфликта. В то же время Китай обозначил возможные ответные шаги — в том числе и большую поддержку российской стороне в Украине.