Львовский звонарь: Забирают болезни, дарят мощь – верю в чудодейственную силу колоколов

Древняя и особенная традиция звонарства Львова. Слышали про такой обычай на Галичине? Вот и журналист Коротко про удивилась, увидев информацию о том, что Министерство культуры и информационной политики внесло традицию именно львовского звонарства в Национальный перечень элементов нематериального культурного наследия Украины. О том, существует ли школа звонарей, может ли женщина бить в колокол и почему на колокольне нужно обязательно побывать незамужним девушкам – в материале Коротко про.

Многие храмы включают аудиозапись колоколов

Утро воскресенья. Обычно запруженные туристами улочки Львова в это время пустые. Только несколько женщин и бабушек спешат на службу божью в Успенскую церковь (ПЦУ). Туристы знают ее как Башня Корнякта, хотя это лишь часть ансамбля самого храма.

История Успенской церкви древняя и интересная. Пересказывать не будем, оставим это дело историкам и местным экскурсоводам. Только заинтригуем: представьте, сколько всего пережил этот храм, построенный в 1572-1578 годы.
А вот Башня Корнякта, построенная за деньги грека-купца Константина Корнякта, это колокольня с действующими колоколами Успенской церкви. Кстати, в настоящее время большинство храмов имеют аудиозаписи колокольного звона. Отлить качественный мелодичный музыкальный инструмент сложно и дорого: в Украине мастеров практически не осталось. Поэтому во Львове церквей с действующими колокольнями можно пересчитать по пальцам одной руки.
У входа в башню журналиста Коротко про уже ждал главный звонарь храма - 60-летний Петр. Именно он руководит колокольней храма.
– Наш настоятель отец Игорь говорит: «Я управляю в храме, а Петр - колоколами», – смеется Петр.
Большим ключом открывает старые металлические черные двери: это и есть вход в башню.

– Вы, главное, держитесь за перила, – предупреждает.

Держусь изо всех сил. Шаг за шагом поднимаемся несколькими ярусами закрученной деревянной лестницы. Ступени старые, скрипящие, сделаны еще с помощью деревянных гвоздей.

Общая высота башни без креста 65,8 метра. Колокольня находится на последнем ярусе где-то на высоте 55 метров. Это примерно 9-10-этажный дом. Подняться на такую ​​высоту по шаткой лестнице стало настоящим вызовом собственной физической выносливости. Да что говорить, крепатуру чувствовала еще несколько дней после посещения колокольни. А звонарь Петр - невысокого роста и мелкого телосложения мужчина - быстро взобрался наверх.

Только мужские имена

Но вернемся к главным героям этой статьи.

- У нас есть семь колоколов: один самый большой (4 тонны, диаметром два метра и высотой два метра) и самый старый называется "Святым Кириллом", он здесь был всегда, - рассказывает Коротко про звонарь Петр.

После постройки колокольни этот звон потихоньку подняли с помощью волов. Была еще пара чуть поменьше колоколов, но в Первую мировую войну их переплавили на патроны. А "Кирилла" оставили: слишком тяжелый.

- И еще есть три средних. "Юрий", "Олег" и "Петр" ( это пожертвование мецената) и три малых, – говорит Петр. - Все крепятся традиционно на коромыслах, Кстати, колокола обязательно освящают и дают только мужские имена.

- И здесь мужской шовинизм!

- Ни в коем случае, однажды на Волыни назвали звон женским именем, и он с первого раза треснул, - оправдывается звонарь. – Зато женщина может работать на колокольне, учиться играть на колоколах.

Труд чисто на волонтерских началах, не оплачивается.

До начала воскресного звона остается полчаса. За это время расспрашиваем Петра о том, как же он овладел этим благозвучным делом. И оказывается, что специальной школы или курсов звонарей не существует. Незамысловатая наука передается от старшего поколения младшему.

- Впервые на колокольню я пришел в 2004 году, здесь главным звонарем был пан Василий, работавший еще с 60-х годов (да, и при советах тоже), он меня согласился учить, - рассказывает Петр. – Сначала я стоял и только смотрел, со временем пробовал работать с меньшими звонами. И так постепенно овладел этим умением. Кстати, мой наставник Василий звонил в свои последние дни жизни. Ушел в лучшие миры в прошлом году, было ему 84.

На часах 10:45: пора бить в колокола. Звонарь трижды крестится, целует древнее распятие Христа, украшающее одну из балок, и начинается магия.

Звонили на похоронах Фарион

Сначала Петр изо всей силы с помощью веревки раскачивает тяжелый «язык» самого большого колокола - "Кирилла". Раскачивает раза четыре, пока тот не издает первый протяжный звук. Все, после этого "Кирилл" звонит. От его мелодии, кажется, вибрирует все вокруг: стены, пол, картинка на фотокамере, автор этого текста.

За несколько минут до колокола "Кирилла" присоединяются три средних колокола. И уже под конец звонко напоминают о святом воскресенье меньшие. Затем звонарь еще раз бьет "языком Кирилла". Все, конец утреннему перезвону Успенской церкви. Тишина. Петр несколько минут стоит неподвижно, молится. Кстати, на протяжении всего перезвона читает наизусть наиболее известные молитвы «Отче наш» и «Богородице Дево…».

- Вообще звоню дважды в воскресенье: около 9-и и 11-и, в среднем по 15 минут, - говорит Петр.

- Когда-то колокола извещали не только о празднике, но и о беде, - напоминаем.

– Да, это известный факт, и мы несколько раз тоже звонили, извещая о трагедии, – вспоминает звонарь. – Звучание было без праздничного перезвона, грустное. Это было дважды: когда на войне погиб один из наших прихожан. И когда хоронили убитую Ирину Фарион.

После завершения звонарской работы Петр закрывает старые ставни, чтобы ветер и птицы не гуляли по колокольне. И рассказывает совсем не церковные басни.

- Колокола имеют какую-то чудодейственную силу, уносят болезни, дарят мощь, - говорит. – Если незамужней девушке постоять под колоколом, то она в ближайшее время обязательно выйдет замуж. А если во время удара "языком" о колокол коснуться лбом «Кирилла», то самое заветное желание исполнится.

- Замуж я не хочу, а вот желание есть, давайте попробуем, - соглашаюсь.

Петр приставляет к стене шаткую лестницу. Подымаюсь ею к «Кириллу», и проводим такой немного странный ритуал. Какое желание? Наиболее заветное для каждого украинца.

После аккуратно спускаемся по ступенькам к выходу. По дороге на одном из ярусов Петр останавливается у старой пыльной картины Тараса Шевченко, вышитой крестиком. Проводит ладонью по шапке Шевченко и говорит:

- Береги колокола, Григорьевич, и до встречи.

Такова вот его собственная традиция.

- Петр, вы общаетесь со звонарями из других церквей, скажите: действительно традиция звонарства Львова отличается от традиции звонарства других украинских городов? – спрашиваем.

– Все же, думаю, вряд ли наши мелодии чем-то особенно отличаются, – скромно отвечает Петр.

Честно говоря, соглашаемся со звонарем. В каждом украинском городе, где есть храм со своей колокольней, знают и умеют бить в колокола. Возможно, меняется последовательность звуков, есть некоторые другие факторы, но мелодичность церковного перезвона и во Львове, и в Харькове, и в Одессе очаровывает.

Кстати

Извещали о воздушной тревоге

Недалеко от Львова находится небольшой городок Жовква. Славится не только центральной площадью, замком и рекой с неблагозвучным названием Свинья, но и многими церквями. Одна из них – храм святых апостолов Петра и Павла (ПЦУ). Здесь же есть и колокольня с 9 колоколами.

- Обычно звоним в воскресенье и по большим праздникам, но в начале войны наши колокола извещали о воздушной тревоге, - рассказывает Коротко про настоятель церкви архимандрит Маркиян. – Тогда сирены не было слышно во всех уголках города. И люди обратились к нам: а давайте при тревоге бить в колокола. Так мы и поступали. И ночью, и днем, когда нужно было. Дошло до того, что у меня была страшная крепатура и не мог бить поклоны в церкви (смеется. – Авт.). Но систему оповещения привели в порядок, и потребность сообщать о тревоге звоном отпала.