"Экономическому бронированию нужен элемент справедливости", — исполнительный директор ЕВА Анна Деревянко

По данным результатов опроса предприятий, который регулярно проводит Нацбанк, оптимистичные прогнозы относительно международного финансирования, оживление потребительского спроса, стабильная ситуация в энергетике, достаточное предложение товаров, а также благоприятные погодные условия положительно влияли на ожидания бизнеса в октябре. В то же время сдерживающими факторами оставались усиление обстрелов портовой инфраструктуры, риск дальнейших терактов против энергетических объектов, рост расходов бизнеса на энергию, оплату труда, логистику, подорожание топлива из-за увеличения ставок акцизного сбора, дефицит квалифицированных кадров, ускорение темпов инфляции. О том, какие главные вопросы беспокоят сегодня украинский бизнес, быть ли экономическому бронированию и готовы ли компании инвестировать в Украину, Фокус говорил с исполнительным директором Европейской Бизнес Ассоциации (ЕВА) Анной Деревянко.

Об энергетике и подготовке к блэкаутам

В преддверии зимы особенно остро стоит вопрос, сможет ли бизнес работать в условиях блэкаутов. По вашему мнению и по опыту членов Ассоциации, была ли бизнесом проведена тщательная подготовка, какие решения используют компании, чтобы обезопасить производство от возможных отключений? Есть ли данные о суммах инвестиций в энергонезависимость?

Компании в большинстве уже подготовились к возможным отключениям, ведь это не первая сложная зима, и уже летом компании понимали, что надо подстраиваться под новые непростые реалии и инвестировать в оборудование. У нас есть аналитические данные от компаний-членов Ассоциации, и уже по состоянию на сейчас 85% бизнеса инвестировало в свою энергонезависимость. Как правило, компании инвестируют в альтернативные источники, — это инверторы, солнечные станции, мощные генераторы. Также крупные компании имеют возможность покупать объемы импортной электроэнергии. То есть все знают, что к сложным временам надо готовиться, и готовятся. Мы также сравнивали, сколько компаний инвестировали в энергонезависимость до войны и уже во время войны, и оказалось, что до войны инвестировали 65% компаний, а сейчас их количество выросло на 20%. Во время войны мы увидели, что только 15% компаний не инвестируют в оборудование для поддержания собственной энергонезависимости. По нашим данным, 55% инвестировали до 200 тысяч долларов, 30% — более 200 тыс. долларов. Да, компании с опаской ожидают зимы, но паники точно нет. Поэтому уверена — бизнес подготовился и будет продолжать работать.

Важно В Раде назвали условия отмены графиков отключения света: детали

Может ли сегодня бизнес рассчитывать на определенную поддержку со стороны государства — доступны ли кредиты на установку энергетического оборудования? Насколько это важно?

Компании пользуются программами, которые были введены правительством, и мы видим, что еще больше компаний пользуются различными грантовыми программами. Это вполне понятно, ведь кредиты нужно возвращать, а грантовая помощь — безвозвратная. Соответственно, со стороны бизнеса гранты более востребованы, хотя, конечно, определенная часть компаний привлекают кредиты в рамках программы "5-7-9%".

Опубликованные выводы опроса Европейской Бизнес Ассоциации "Развитие энергетической независимости бизнеса" показывают, что в среднем собственную готовность к зимнему сезону бизнес оценивает на 3,84 баллов из 5-ти. А поддержку государства в этом контексте компании оценили в 2 балла из 5-ти. О чем говорят такие результаты?

Во-первых, что все же бизнес рассчитывает сам на себя и готовится самостоятельно к сложной зиме, к возможным длительным отключениям электроэнергии. И речь не идет вообще об ожидании помощи от государства, мне кажется, речь идет о том, что государство — это мы, каждый из нас, и каждый из нас имеет определенную зону ответственности и долю ответственности. Наш бизнес является ответственным, поэтому мы понимаем, что то, что мы можем взять на себя, мы на себя берем, и мы отвечаем за наши коллективы, за наше производство, и не перекладываем это на государство, ведь самим государственным институтам сейчас непросто, то есть им надо принимать массу различных, непопулярных иногда, решений, это их ответственность. Что точно бизнес ожидает от государства, это равных понятных правил игры, и мне кажется, что государство должно их сформировать. Также, на мой взгляд, государство может помочь с определенным упрощением таможенного оформления энергетических товаров, с беспошлинным даже ввозом некоторых категорий, возможно, с уменьшением НДС или определенных коррекций налоговых стимулов, чтобы упростить подготовку к зиме.

Об экономическом бронировании и мобилизационной политике

Одним из вызовов для компаний во время войны является кадровый голод, в том числе и в результате мобилизации. Какова позиция Ассоциации по экономическому бронированию? Поможет ли такое бронирование удержать ценные кадры?

На сегодняшний момент мы видим, что у нас есть рынок работника, а не работодателя, за счет того, что у нас происходит вокруг мобилизационной политики, а частично и из-за масштабной волны миграции.

Если коротко — нет людей. Чтобы решить вопрос с теми людьми, которые остаются в Украине, то есть, вывести их на рынок труда, надо в частности запустить процесс экономического бронирования, а также восстановить бронирование по критическому принципу, которое сейчас приостановлено, и сделать бронирование через Дію возможным по принципу критичности.

Важно Шел на работу – попал на фронт. Предприятия ВПК не могут бронировать сотрудников, чем это опасно

Бизнес считает необходимым утвердить процедуру экономического бронирования. Но общаясь уже с представителями Министерства обороны, понимаем также, что этот механизм действительно должен иметь определенный элемент справедливости. Однако как найти справедливость в этой непростой задачке? Мне кажется, это возможно только во время коммуникации, когда, например, военные и бизнес смогут прислушаться друг к другу.

И я надеюсь, что нам удалось по крайней мере услышать друг друга, я имею в виду Министерство обороны и Европейскую Бизнес Ассоциацию, и мы будем налаживать этот диалог, потому что во время диалога мы поймем, что военным нужно и как мы можем адресовать, как бизнес, их запрос. Между тем, они могут понять нашу боль, наши запросы, как бизнеса. Возможно, в таком тандеме мы сможем найти нормальный, справедливый механизм, в том числе, экономического бронирования.

Дискуссии по экономическому бронированию все еще продолжаются, я не знаю, справедливо это будет или нет, потому что, если в принципе мы завалим рынок труда, завалим экономику и завалим потом в конце концов фронт, то вопрос справедливости вообще отпадет. Мне кажется, что нам сначала надо понять, что у нас в основе, потом понять, что мы вкладываем в термин справедливость, и просто услышать, какие есть предостережения относительно экономического бронирования, что именно говорят юристы, что говорят военные, что говорят бизнесмены?

И тогда найти путь, как все-таки эти запросы совместить и найти компромиссный механизм, который будет устраивать все группы причастных. Не знаю, каким будет итоговый механизм, думаю, бизнес подстроится под конкретную систему, которую предложит государство, бизнесу очень важна тема дефицита кадров.

Мы понимаем потребности в военном резерве, но и тыл нужен, чтобы генерировать доходы для государства, чтобы институты работали, чтобы Вооруженные силы Украины могли получать средства. К тому же, то, что мы слышим о "бусификации" или других случаях историй о ТЦК, ВЛК, тоже не способствует мобилизационной политике. Корпоративная культура должна измениться, то есть должно быть больше уважения к людям, мне так кажется, потому что если мы будем провоцировать страх и ненависть, это никогда не обеспечит надлежащую мобилизационную политику. Кроме того, должна эффективно работать и система здравоохранения, она должна с уважением относиться к людям, лечить, должны быть у государства средства, чтобы и лечить, и реабилитировать всех должным образом. То есть это должны быть разные аспекты, которые могут работать вспомогательными к Министерству обороны.

А экономическое бронирование могло бы подтолкнуть ситуацию на рынке труда к определенному урегулированию, но нужно слышать военных, и нам точно об этом надо откровенно говорить, потому что бизнес стремится выстоять и развиваться, платить налоги, зарплаты, но в итоге всем нам важно вообще удержать это государство и победить врага.

О будущем повышении налогов в Украине

На подписании у президента находится законопроект №11416д по повышению налогов и увеличению военного сбора. Какое мнение Ассоциации относительно этого документа, учтено ли там мнение бизнеса, как может повлиять этот законопроект в случае подписания на бизнес?

Наш бизнес понимает необходимость финансирования армии, финансирования Вооруженных сил, вообще финансирования способности государства противостоять врагу, поэтому это не даже обсуждается. Более того, наши компании, которые являются крупными налогоплательщиками, в подавляющем большинстве, они и создают возможности для того, чтобы держать доходную часть государственного бюджета, откуда и финансируется оборона.

Что нас беспокоит, как представителей прозрачного бизнеса, это то, что есть те, кто платит налоги, а есть те, кто не платит налоги, и вот именно этот фактор несправедливости и возмутил часть компаний. Они говорили — как можно поднимать налоги для определенной части общества, когда другая часть ничего вообще не платит? И здесь вопрос к государству: что оно может сделать и сделает для того, чтобы решить вопрос теневой экономики.

Важно Под колпаком. Зачем украинцев заставляют переводить средства на IBAN, а не по номеру карты

Что касается самого текста законопроекта, то нам удалось во время общения с народными депутатами и налоговым комитетом убрать или видоизменить некоторые вопиющие нормы, убрать то, что было бы катастрофическим для бизнеса. В итоге это точно не тот законопроект, за который бизнес готов аплодировать, но это определенная компромиссная версия. Хотя некоторые довольно сложные моменты там остались, например, налог на прибыль банков, который будет собираться ретроспективно, это прецедент. Но повторюсь, этот проект точно меньшее зло по сравнению с тем вариантом, который мог быть принят без поправок.

Мы уверены, что по теневой экономике недостаточно тех механизмов, которые заложены в законопроект, и это именно то, что раздражает прозрачный бизнес. Нужно, чтобы государство продемонстрировало больше политической воли, которая не просто на словах, а на деле трансформируется в нормы и в инструкции, нормативные акты и реальные шаги по борьбе с тенью. В таком случае прозрачному бизнесу было бы гораздо проще согласиться на повышение налогов. Ведь сейчас это выглядит так: кто и так платил налоги, будет платить больше, кто ничего не платил, будет продолжать ничего не платить.

В экспертном сообществе звучали мнения относительно возможного временного повышения НДС вместо увеличения налоговой нагрузки через военный сбор. По вашему мнению и по мнению членов Ассоциации, возможен ли такой вариант и был бы он лучше тех изменений, которые принял парламент в законопроекте №11416д?

Действительно, есть часть бизнеса, которая говорит о том, что вместо того, чтобы повышать военный сбор на зарплаты, лучше поднять НДС, и довольно много крупных компаний имеют такое мнение. С другой стороны, в рамках Ассоциации есть компании, которые также не считают справедливым повышение НДС. Логика в этом такова: из-за повышения НДС все равно будет только расширяться разрыв между прозрачными компаниями и тенью. Потому что при неизменности нынешней эффективности правоохранительных органов и ее неспособности обеспечить надлежащую борьбу с тенью, когда мы увеличиваем налог на добавленную стоимость, соответственно, цена продукта или продукции или сервиса будет увеличиваться.

Тот, кто платит налоги, будет вынужден увеличивать цену для потребителя, а значит, терять конкурентоспособность по сравнению с теми, кто эти налоги не платит. И потребитель, конечно, будет выбирать более низкую цену, отдавать предпочтение теневому бизнесу, чем компаниям, которые платят все налоги. И таким образом прозрачный бизнес будет проигрывать конкуренцию.

Нам надо обеспечить надлежащую борьбу с теневым сектором, чтобы он постепенно уменьшал свой объем, а это опять же касается правоохранительной системы, она должна быть не карательной, а работать над тем, чтобы прозрачному бизнесу дать возможность расправлять крылья, а теневому сектору их постепенно надо подрезать.

О возможности помощи бизнесу через фискальные стимулы

Ассоциация регулярно проводит опросы бизнеса, и в уже упомянутом октябрьском опросе "Развитие энергетической независимости бизнеса" говорится, что к наиболее востребованным мерам поддержки со стороны государства бизнес относит фискальное стимулирование, а именно отмену пошлин, НДС, снижение акцизов. По вашему мнению, какими должны быть действенные меры фискального стимулирования для украинского бизнеса?

Уменьшать налоговую нагрузку при таком дефиците государственного бюджета и с учетом условий того же МВФ, заложенных в последнем Меморандуме, вряд ли возможно. Большие расходы на оборону не позволяют предусматривать уменьшение налогов. С другой стороны, есть потребности, которые можно и необходимо адресовать государству, то же наличие блэкаутов или риск блэкаутов, государство должно было бы гарантировать возможность справиться с ними. И в этом случае фискальный стимул имеет целью помощь всей стране, по сути, пережить последствия ударов по энергетической инфраструктуре.

Вопрос фискальных стимулов во время войны — довольно дискуссионный, ведь надо финансировать оборону, а значит, максимально привлекать налоговые поступления. Однако, по моему мнению, у государства есть пространство, как и в каких секторах развернуть определенные программы, как создать рабочие группы, которые бы решили определенные вопросы именно с позиции фискальных стимулов и, конечно, для понимания, каким будет эффект от их внедрения. К тому же, нужны прозрачные и понятные решения, которые бы не ставили под сомнение необходимость таких новаций. К примеру, тот же законопроект о клубе белых налогоплательщиков — кому-то он нравится, но есть и много критики. Однако важно доверие к государству, которое должно гарантировать, что стимулами воспользуются не какие-то "свои", а действительно те, кто по всем параметрам имеет на них право. Мнение ЕВА таково, что надо иметь стимулы, но без доверия к государству, государственным институтам строить какие-то новые налоговые стимулы для секторов невозможно. Да и инвесторам сейчас интересны не столько фискальные стимулы, сколько другие аспекты, среди которых главными все же называют безопасность и верховенство права.

Об инвестициях и необходимости реформы защиты инвестиций

Неоднократно в ЕВА говорили о необходимости реформы защиты инвестиций. На ваш взгляд, что такое защита инвестиций и какой она должна быть?

Бизнесу нужна предсказуемая стабильная плоскость, в которой можно работать. Если мы говорим о бизнесе, который уже работает здесь, он привык, это его дом, соответственно, он понимает, как работает этот рынок, и ему в некоторых случаях проще. Но на восстановление нам нужны большие объемы средств, нужны миллиардные инвестиции, и только благодаря украинскому бизнесу мы не сможем получить такие инвестиции, нужны иностранные инвестиции частного сектора. Нужно понимать, чем Украина может привлечь инвесторов иностранного частного сектора, и мы все должны сделать свое домашнее задание.

Когда мы общаемся с с международным бизнесом, я вижу, что ему нужно понять, куда он придет, с кем он будет работать, как ему защитить свои права. Компании хотят уверенности, что защитить капитал реально. Кроме того, им важно понять, если они вкладывают средства в Украину, как можно вывести средства из Украины, то есть, как получать дивиденды, как получить вообще прибыль. На эти вопросы нужно иметь ответы.

Конечно, сейчас ключевой момент — это безопасность. Международному бизнесу нужно страхование военных рисков, которое позволит им не потерять свои инвестиции. И все это вышеназванное на сегодняшний момент вызывает много вопросов, ведь мы не видим сейчас большой длинной очереди из иностранных инвесторов, которые просто стучатся в двери Украины и хотят зайти. Они интересуются, многие компании присматриваются к Украине. Но реальные иностранные инвестиции мы ожидаем уже после войны. Когда будут гарантии безопасности. Тогда инвесторы будут активнее заходить в разные сектора.

Сейчас видим заинтересованность в инвестициях в оборонную промышленность, имеет перспективы новых иностранных инвестиций строительный сектор, сектор инфраструктуры, логистики, конечно, энергетика, они все будут оставаться в топе и по интересу, и по объему привлеченных инвестиций. Думаю, будет определенный приток инвесторов в сектор здравоохранения — это то, что просто очевидно нам надо будет поддерживать и развивать, и этот сектор будет привлекать инвестиции, ведь нам необходима не просто классическая медицина, но и реабилитация наших ветеранов. Одна из перспективных отраслей для привлечения инвестиций — пищевая промышленность, переработка.

Сейчас компании, работающие в Украине, не прекращают инвестиции, это инвестиции в поддержку операционной деятельности, в энергонезависимость, в людей, в технологии. Есть иностранный бизнес, который еще не в Украине, который ждет, когда закончится война или активно присматривается, даже строит определенные партнерские отношения, но такой сегмент в меньшинстве. Больше таких, которые ждут ясности относительно завершения военных действий.

Во время войны некоторые компании заявили, что продолжают инвестировать в новые направления, новые площади, оборудование. Как вы оцениваете такие заявления, действительно ли бизнес во время войны находит ресурсы на развитие? Какие сектора экономики, по вашим наблюдениям, больше всего инвестируют в развитие сейчас? Инвестируют ли иностранные компании?

Компании, действительно, вкладывают в развитие, также они оперативно инвестируют в восстановление. То есть тот бизнес, который поставил для себя цель продолжать быть в Украине, такие компании будут инвестировать, ведь для того, чтобы продолжать быть успешным здесь, надо также уметь конкурировать, а это предполагает, что ты должен быть лучше своих партнеров на рынке, должен заботиться о своем сервисе, о своем персонале, думать о будущем, строить планы развития.

У нас в ЕВА 924 компании, и ни одна компания не сбежала за границу. Наши компании продолжают работать в стране, 50% наших членов — это компании с иностранными инвестициями. Хотя мы не разделяем компании на те, что с иностранными инвестициями, и те, что с украинскими, это все наш украинский бизнес. И все они хотят продолжать бизнес в Украине. Даже если компании смотрят на глобализацию или на экспансию, это не значит, что они хотят свернуться в Украине и релоцироваться в другие страны. А если ты хочешь оставаться здесь, соответственно, надо делать инвестиции, потому что технологии стареют, оборудование стареет, требуется восстановление, ликвидация последствий ударов врага.

Мир не стоит на месте, движемся вперед, Украина меняется, и бизнес этот опыт учит быть очень гибким, а это также инвестиция, потому что люди инвестируют в ментальное здоровье своих команд, в тренинги, в семинары, образование, они инвестируют в людей, в инфраструктуру. Мы видим, что по уровню инвестиций 2024 год лучше предыдущих лет, и компании уже планируют инвестиции на 2025 год. Среди наших компаний в 2025 году крупные масштабные инвестиционные проекты планируют 16% компаний. Средний размер таких инвестиций — 9 млн долларов. И это правильный путь, ведь бизнес должен вкладывать в свое развитие, только так он может выстоять и победить.

Об антикоррупционной политике и восприятии коррупции в Украине

В исследовании "Индекс инвестиционной привлекательности Украины" российская военная агрессия продолжает возглавлять перечень факторов негативного влияния на инвестиционный климат, далее следуют коррупция и слабая судебная система, теневая экономика, атаки на украинскую энергосистему. То есть фактически коррупция все еще в топе угроз. По вашему мнению, по отзывам компаний-членов Ассоциации, происходят ли изменения в вопросе антикоррупционной политики?

Мы хорошо сотрудничаем с НАПК и с НАБУ, то есть у нас с ними есть рабочее взаимодействие, и это плюс. С другой стороны, каких-то существенных или ощутимых шагов или сдвигов в плане антикоррупции за этот год мы особо не видели. Возможно, это из-за того, что самые большие вызовы для бизнеса сегодня все же связаны с вопросами безопасности, а также с вопросами бронирования, мобилизации. Потому что в стране просто сумасшедший дефицит кадров, и эта проблематика стоит очень остро. Плюс одним из важнейших аспектов является ситуация в энергетике. И эти все перечисленные вызовы вышли на первый план, тогда как важное трио "верховенство права — судебная система — коррупция" — оно все еще в перечне проблем, но временно уже не на первом плане для бизнеса.

Что сейчас волнует бизнес, так это мобилизационная политика. В компаниях говорят о возможности пересмотреть подходы к бронированию, к вопросам мобилизации, потенциально эти вопросы могут содержать элементы коррупции. У нас в ЕВА мы выстраиваем коммуникацию с государственными органами власти и никогда лично Ассоциация не сталкивалась с коррупционными ситуациями, то есть мы можем только судить о наличии коррупционных рисков из разговоров с членами Ассоциации. Были непростые ситуации, когда бизнес к нам обращался за помощью, и в конце концов все вопросы снимались в пользу прозрачного и законопослушного бизнеса.

Мне кажется, в Украине еще есть такое восприятие коррупции, будто страна слишком коррумпирована, но по информации различных экспертов, работавших в странах Европы, можно делать вывод, что подобные риски не редкость и там. Нужна качественная коммуникация со стороны государства. Потому что в стране ЕС, когда министр или другой чиновник засветился в коррупционной истории, происходят масштабные увольнения, ротации, идут расследования. И никто из запятнанных такой историей служащих не возвращается на высокие государственные должности. В Украине, хоть фокус сейчас и сместился с коррупции на другие риски, все же очень нужна эффективная антикоррупционная политика, нужно движение в сторону стандартов Европейского союза, мы должны идти по пути к нормам и правилам ЕС, исключая коррупционную составляющую.

В этом нам должна помочь и цифровизация, в частности, у нас Минцифры под эгидой Михаила Федорова уже внесло весомый вклад в антикоррупционную политику, и некоторыми новациями мы вправе гордиться. Я считаю, что восприятие коррупции — это то, с чем нам надо работать. Нам надо работать над европейской интеграцией, менять процедуры, правила, законы, чтобы исключать коррупцию. И конечно — работать дальше в направлении цифровизации, чтобы постепенно уменьшать возможности для коррупции в нашем государстве.