Виктор Жданов: Больше всего мне нравится играть простых людей, много вижу таких в жизни

«Старий» у «Кіборгах», Омелько Кайдаш у «Спіймати Кайдаша», дядя Вася у «Додому», Хорун у «Захарі Беркуті», Свирид Ивасюта в «І будуть люди», Петрович у «Я працюю на цвинтарі», Сергей Сергеевич у «Сірих бджолах»… Это лишь частичка картин, которые украсил своей игрой Виктор Жданов.

12 декабря в прокат выходит комедия «Збори ОСББ», где у актера также одна из главных ролей. По сюжету, в канун новогодних праздников жители многоквартирного дома собираются, чтобы обсудить покупку общего генератора. Однако соседи, которые месяц не могли согласовать цвет краски для скамеек, в этом вопросе не могут найти общий язык и подавно.

В интервью Коротко про Виктор Жданов рассказал о важных для себя ролях, почему всегда соглашается сниматься у Ахтема Сеитаблаева, об игре вместе с женой Еленой Хохлаткиной, что помогло не разувериться, когда в 2014-м они семьей переехали из Донецка в Киев, стал ли Киев его домом и какими мечтами живет сегодня.

Мой Кайдаш - это мои наблюдения из жизни

- Виктор, когда вы играете, умеете только одним взглядом передать все эмоции, в вас хочется всматриваться и всматриваться. Это врожденная черта или актерское мастерство?

– Это, наверное, уже достояние опыта. И – возраста. Раньше, конечно, так не было. В молодости был совсем иной. Да и время такое, диктует какие-то свои условия.

- У вас в кино что ни роль – и она прекрасно сыграна. Кажется, именно под вас и писали персонажа. И ленты с вашим участием нравятся зрителю. Как выбираете для себя, где играть? Ведь, бывает, актеры говорят, что играют какие-то роли, потому что нужно за что-то жить, а эти роли – так себе.

- Я так же говорю. Я тоже немного занимаюсь самоедством. И мне, бывает, кое-что не нравится. Если людям нравится, если они выносят что-то для себя из того, что они посмотрели, то я благодарю их.

Роли я не выбираю. Сейчас не то время, чтобы их выбирать. Хотя, пожалуй, немного лукавлю, потому что все-таки кое-что выбираю. Больше всего мне нравится играть простых людей. Я очень много таких людей вижу в жизни. Возможно, это срабатывает.

Беру все из жизни. Стараюсь, по крайней мере. Стараюсь наблюдать, смотреть, как, кто и что делает, подмечать. Это и моя профессия диктует. Где-то родственников своих показываю. Мой Кайдаш, например, – это мои какие-то наблюдения из жизни. Мне даже говорили, что увидели в нем и то, и се, как в жизни.

– Это же круто, когда люди узнают в ваших персонажах себя, значит, это не оторвано от реальности.

– Стараюсь так делать. Я же тоже смотрю фильмы, и что-то меня восхищает, что-то мне не интересно. Как это выходит, то уже зритель скажет. Вот вы говорите добрые слова, спасибо. А бывает, и не попадаешь.

– Не знаю такого из вашей фильмографии. Мой муж, он военный, например, говоря о «Киборгах», сказал, что вам верит.

– В «Киборгах» было личное. А если оно и написано хорошо, когда написано о жизни, то и играть… Не сказал бы, что легче, но приятнее. Ты получаешь удовольствие от того, что делаешь.

Когда молодые люди делают что-то для страны, это классно

– Лента «Збори ОСББ» – это легкая комедия. Кажется, из комедий вы играли разве что в «Я працюю на цвинтарі». Но ведь это немного другое. Эта история чем вас заинтересовала?

– Здесь меня поставили в какие-то немного другие рамки. Для меня этот персонаж еще не разгадан. Просто по времени были сжатые сроки, нужно было очень быстро все делать. И я не очень доволен своей работой.

– Именно своей игрой или сценарий не очень понравился?

- Сценарий отличный. Я просто не смог в полной мере сделать то, что можно было бы сделать. Не было возможности из-за плотных съемок. Считаю, что недоделал очень много. У меня и пространства по большей части там не было. Дядька у меня скован и в словах, он только отстреливает взглядами.

- Но ведь как раз взгляд – это ваша фишка.

- Не знаю, сработает ли эта фишка.

– Вы сказали, что иногда занимаетесь самоедством. Может, это оно?

– Когда снимается кино, ты выполняешь волю режиссера. Если тебе предлагают определенные рамки, ты не можешь что-то от себя делать, добавлять. Это было немного для меня необычно и иногда даже неприятно.

– Исходя из собственного опыта, что скажете: сделать полнометражный фильм за полтора месяца реально?

- На мой взгляд, это очень мало. Но, познакомившись с людьми, которые делали этот фильм, я увидел их большие устремления. Они написали отличный сценарий, мне очень понравился сценарий, они работают для людей и о людях.

Может, это будет звучать во время войны не очень корректно, но они не снимали сугубо про войну, хотя война там и присутствует. И это классно, что они сделали такой ход. Ибо стрельба уже немного надоела и в жизни.

Я очень рад, что есть перспектива роста и у них, и у нашего кинематографа. Когда такие люди берутся за дело, дай бог, чтобы все вышло. Я только за это. Я и им это говорил. Когда молодые люди делают что-то для страны, это классно.

– По сюжету, жильцы дома собираются вместе, чтобы обсудить покупку генератора. Вы подготовились к возможным блэкаутам?

– Конечно. Мы ведь это уже переживали. Есть генератор. Делаем все для того, чтобы защитить себя и своих близких. Даже соседей.

Опять же, это именно та тема, которая сейчас нужна. Найти свой баланс в жизни, гармонию очень сложно. Этим мне эта история и нравится.

Я не изменял профессии

– Во многих лентах вы играете вместе с женой Еленой Хохлаткиной. Как так выпадает? Между вами сразу возникает какая-то близость на площадке?

- Честно говоря, затрудняюсь ответить на этот вопрос. Мы выполняем свою работу. Да, мы родные люди. Но у каждого своя роль и каждый делает ее по-своему. Даже недоразумения небольшие бывают. Кому-то хотелось бы так, а кому-то - так. Мы относимся друг к другу по-доброму, но есть сценарий, режиссер – это работа.

- Когда вы переехали из Донецка в Киев в 2014-м, были некоторое время без работы, жили на помощь для переселенцев. Сейчас у вас прекрасные работы в кино, вы актер Театра Франко, одного из самых популярных театров страны. Это настойчивость к этому привела? Не только же судьба так складывается.

– Мне кажется, вы сами ответили на этот вопрос. Я это говорю и своим знакомым, и детям: наверное, так сложилось потому, что я не изменял профессии. Я делал свою работу, добился каких-то результатов. Слава богу, так сложилось, что меня увидели, чем-то я приглянулся, что я нужен. Даже не знаю, как сказать. Другими словами это уже будет звучать как-то не очень приятно. Мол, я такой крутой. Нет. Я так не считаю. Ты занимаешь то место, которое занимаешь. Я пришел в кино в 2014 году благодаря Саше Кобзарю, я не перестаю это повторять. Он взял меня за руку и привел на площадку. Это факт.

– Что это было за кино?

– «Последний янычар». Я смотрел на тех актеров, которые были рядом, а рядом были очень классные артисты, следил за тем, как они работают, что они делают. Подкрадывал, а что поделаешь! Если есть что украсть, это очень классно. Такая у нас работа.

– Да украсть что-то и сделать это своим – это тоже надо суметь.

- Да, мы пользуемся актерскими приемами, но все равно, как говорится, глаза не врут о том, что у тебя внутри.

– Ваша жизненная история еще и о том, как не опускать руки, не разувериться.

- Конечно, было какое-то отчаяние, какие-то непонятные ситуации. Но чтобы прекратить работу, прекратить продолжать жизнь, такого не было. Я никому ничего не хотел доказывать, просто понимал, что нужно что-то делать. И делать как можно лучше. Что в театре, что в кино. Ты все время сдаешь экзамен. На кастинге - сдаешь экзамен, в театре - снова сдаешь экзамен. Ты учишь роли, что-то себе доказываешь, что-то - людям. Наверное, сама профессия тебя подталкивает к тому, чтобы ты что-то делал, а не сидел, сложа руки. Если сидеть, то ничего и не будет.

– Чтобы не впасть в депрессию, наверное, должно быть и какое-то светлое отношение к жизни.

– Была и депрессия. Но от этого нас, многих актеров, спасает работа. Если ты в нее погружаешься, то забываешь обо всех депрессиях, думаешь над образом, как его лучше сделать, и все остальное уходит на второй, третий, четвертый план. Я уже потом переживал – что есть, каким-то бытом. А на работе я занимался и занимаюсь работой. И это спасало.

Не сказал бы, что стал киевлянином, но мне здесь комфортно

– Ваша жена рассказывала, что, когда ехала из Донецка, гладила стены, просила их дождаться. Утрата дома или чувство утраты – это очень сложно. Вы это отпустили?

– У меня не было таких предчувствий и таких ощущений. Когда поступил на режиссуру в университет в Киеве, уже тогда как бы прощался с Донецком. У жены свои ощущения, у меня – свои. Я еще тогда говорил всем, что нужно ехать в Киев.

– Какие это годы?

– Это, наверное, 2007-2008 год. На самом деле у нас дома никогда и не было. Получив – потеряли через 2-3 года. Я бы не сказал, что это было отчаяние. Просто пустота. Люди этого не понимали, улыбались вокруг, у них жизнь продолжалась. Это сейчас, когда зацепило всех, все поняли.

Нам гораздо легче было все снова переживать, потому что мы это уже переживали. И потерю дома, и безработицу, и безденежье. Многие мне говорили: «теперь я тебя понимаю». Теперь! Ибо раньше война была где-то там, все жили своей жизнью.

Радует то, что сейчас люди не забывают о войне, донатят, делают все для того, чтобы она закончилась и закончилась победой Украины.

- Больно, думаю, было, когда люди не понимали, через что вы прошли в 2014-м. Ведь в том же Киеве было все прекрасно.

– Так было не только в Киеве. Так было и в Херсоне. Так было всюду. Мы же были и там, и там, пока не поняли, где нам остановиться, где, так сказать, начинать снова что-то делать. Было нелегко.

Приятно видеть, что сейчас народ объединяется. Бывают, конечно, случаи очень неприятные, но я все равно верю, что добро победит.

- Неприятные – это какие?

– И то, что происходит на фронтах, и военные говорят, и мы сами видим многое. И страшная коррупция. Кто-то богатеет, а кто-то жизнь теряет. С этим нужно бороться.

Я все равно верю и уверен, я с этим живу, что культура – ​​это идеология страны. Человека, его мысли, мировоззрение формирует культура. Иначе ничего не будет. Иначе, зачем все? Для того, чтобы деньги зарабатывать?

Спорт – так же, это ведь не только о деньгах. Тот же Усик как поднял Украину!

Я не все отвергаю от Советского Союза, чему нас учили. Кое-чему надо следовать. Жизнь – как сито, она процеживает все ненужное, а то, что нужно – остается.

– Киев стал для вас домом?

– У меня это ощущение появилось где-то в 2019-2020 году. Когда выезжал из Киева во Львов или на  Херсонщину, неделю там высидеть не мог. Мне хотелось назад. И я пришел к выводу, что это какой-то значимый момент в моей жизни, если тебе хочется вернуться в Киев. Я бы не сказал, что стал киевлянином, но мне здесь комфортно, мне здесь нравится.

Ты занимаешь свою нишу – «старичок». Хотя себя таким не считаю

– Насыщенный у вас сейчас график по съемкам?

– Нет, съемок нет. Я понимаю, что пошла вперед молодежь, сейчас они работают, они более востребованы. Ты занимаешь свою нишу – «старичок». Хотя я себя таковым не считаю. Но все равно, возрастная категория такая штука, которую ты никуда не денешь. Если нет – то нет.

– Не все же роли молодежь может сыграть!

– Сейчас пишется молодежное. Пишется военное. Стариков там в основном нет. У меня нет претензий ни к кому, что меня где-то не берут. Ну не ко времени ты. Ну не выпадает, как говорят мои знакомые (смеется).

– Напомним сейчас режиссерам, что Виктор Жданов свободен.

- Конечно, хотелось бы еще где-нибудь поработать. От чего-то я и отказывался. Я отдавал предпочтение театру сейчас. Потому что то, что мне предлагали, не очень нравилось. А в театре была большая работа. И театр – это моя основная работа.

Съездил в Польшу. Мне очень приятно, что представился такой случай. В первый раз выехал туда, снялся с поляками. Увидел, как они работают. Наверное, фильм выйдет летом. Это копродукция Украины и Польши, но это польская история. Не могу пока все рассказывать, но мне все понравилось – отношение, сам процесс, как они работают. Это классно для себя, для опыта, для осведомленности.

– Отказываетесь, чтобы не портить хорошую биографию?

– Не хочется делать хуже, чем было. Кто-то мне недавно сказал, что впервые увидел меня в негативной роли. Все привыкли, что я – такой положительный дядька, такой весь хороший. А тут немного другой, и все – люди смотрят на тебя совсем по-другому.

Не хочется быть только Кайдашем, конечно, но и хуже не хочется, чтобы было. Это самое главное.

– Кстати, в «Мирном-21» у вас отрицательный герой.

– В «Мирном-21» – Ахтем Сеитаблаев. Я Ахтему сказал: у тебя буду играть даже собаку (смеется). Я серьезно говорю. Мне просто приятно общаться с такими людьми. И когда тебя зовут даже на эпизод, это очень классно.

- Но ведь интересно играть не только положительных героев, но и негативных, как говорят актеры, там всегда есть где разгуляться.

– Да конечно! Они и гораздо интереснее. Мне нравятся шкодные, неоднозначные люди. Они интересные.

А еще интересно, когда в тебе видят что-то другое. Даже ты сам от себя можешь этого не ожидать, когда тебе предлагают определенные обстоятельства. Это очень интересно.

У нас есть поговорка, что актер должен быть адвокатом своей роли, то есть должен оправдать своего персонажа. А у меня были такие моменты, что я не мог оправдать персонажа. И я отказывался, потому что такую ​​сволочу сыграть не мог. Я могу играть сволочь, но у меня должно быть железобетонное алиби, почему я это играю, что герой поступает так, потому что такие обстоятельства, и почему он так действует. А такую ​​скотину я оправдать не смог.

Надо просто любить тех, кто с тобой рядом

– В вашей семье очень теплое отношение друг к другу. Елена с вашей дочерью, актрисой Оксаной Ждановой, рассказывали, как вы любите все друг друга очень сильно. Во многих семьях, бывает, даже не разговаривают друг с другом. Как вам удается выстраивать эту связь?

– Надо просто любить тех, кто тебя окружает, кто с тобой рядом. А как иначе? По-другому не получится. У меня одно только слово – любить. И принимать их такими, какие они есть.

Это заслуга больше Елены. Оксана, слава богу, в нее удалась, она такая же: что-то организовать, что-то интересное придумать, куда-то пойти. Я совсем не такой. У меня все по-другому. А я уже ведусь на то, что они говорят, и с удовольствием поддерживаю, подхватываю, отвезти, привезти. Но все идеи исходят от них.

Женщины, мне кажется, всегда что-то вытворяют. А мы гдк-то рядом помогаем, перенести тяжелые вещи, так сказать.

– Оксана – успешная актриса, надеюсь, все, чего она хочет, у нее в профессии есть. Павел выучился на кинооператора. Ему есть где работать? Потому что рынок невелик.

– Сын работает художником по свету в Театре Франко. Он знает, как работать со светом, профессия кинооператора очень помогла. Он вошел в этот коллектив. Его приняли. И дай бог.

Мне очень приятно, что он работал помощником оператора в фильме «Сірі бджоли, который мы доснимали уже в Киеве, потому что начинали снимать в Северодонецке. Спасибо Иванке Дядюре (продюсер фильма. – Авт.), что взяла его.

Сейчас гораздо сложнее, наверное. И себя нужно сформировать, и мысли собрать вместе, и найти силы. Но сразу только вспоминаешь о ребятах, которые на передовой, все становится на свои места.

– О чем сегодня мечтает Виктор Жданов? Конечно, кроме победы, потому что мы все ради этого живем и боремся.

– Вообще я мечтаю только об этом. Если будет победа, все остальное настроится, отстроится и жизнь пойдет нормальным руслом.

Хочется, чтобы здоровье было. Мечтаю, конечно, иметь свой домик или квартирку. Потому что бегать по съемным уже немного надоело. Это прямо мечта. Хочется, чтобы дети были обеспечены.

Но сейчас приходишь к выводу, что главное все же – это мир, порядок и нормальные позитивные люди в стране, которые правят страной, строят страну, отстаивают интересы. У меня сейчас только такие мысли.

- Надеюсь, на домик себе откладываете. Желаю вам иметь свой дом.

– Откладывали (смеется). Пытаемся что-то делать. Но это очень смешной вопрос сейчас. Главное, чтобы была возможность двигаться к своей цели. А все остальное будет. Мне кажется, надо не терять веру, надежду – и все будет хорошо.