"Некоторые писали, что захотелось мобилизоваться": военный и актер Евгений Авдеенко о спектакле Третьей штурмовой

Актер Евгений Авдеенко с начала полномасштабной войны служит в Третьей штурмовой. Был артиллеристом, а после травмы ног присоединился к Хорунжей службе, где занимается гуманитарно-идеологически-информационной поддержкой бойцов 3 ОШБр. Однако окончательно со сценой проститься не пришлось. Вместе с режиссером Анатолием Нейоловым, художественным руководителем театра "Черный квадрат" они создали моноспектакль "Нерожденные для войны". В ней единственный актер Евгений рассказывает истории военных с передовой. Моноспектакль уже успели показать на сценах ряда городов Украины. 12 декабря в Киевском культурном кластере Краков ее могут увидеть жители и гости столицы. Евгений рассказал "Апострофу" о том, почему решил уйти из театра Леси Украинки, как удалось сохранить эмпатию в тяжелых условиях фронта и как реагируют зрители на его спектакль. Далее его прямая речь с незначительными правками.

О театре

В 2019-м я окончательно ушел из театра им. Леси Украинки. Почему? Там был ватный руководитель-коллаборант Резникович (Михаил Резникович - генеральный директор-художественный руководитель Национального академического театра русской драмы им. Леси Украинки (1994 - 2022), ныне - Национальный академический драматический театр имени Леси Украинки). Он сейчас находится в России. У него энциклопедические знания, потому он очень опасен. Рассказывали, что одному человеку, а это было после Оранжевой революции – он говорил: не разговаривайте в моем кабинете на украинском, это русский театр, хотите – идите в театр Франко.

Оранжевая революция меня изменила. Тогда понял, что он ватник, а я, студент 4-го курса, осознал, что украинец. Я из Сум – обрусяченного города. Украинской идентичности не было, половина русскоязычных школ, я учился в Александровской гимназии, построенной в 1893 году и названной именем к***пского царя. Оранжевая революция, университет, друзья из других городов Украины, книги – все это изменило меня.

В 2015-м Резникович организовал гастроли в Лондон – его сын, один из "кошельков" Кремля, имеет там по соседству с Абрамовичем недвижимость. Мы играли в центре Лондона, в нескольких метрах от Букингемского дворца. Гастроли продолжались около месяца, представьте, какой бюджет был. Во время Майдана Резникович делал вид, что ничего не происходит. В 2014-м он вообще хотел поехать на фестиваль в Петроград! Тогдашний министр культуры Евгений Нищук сказал: вы что, с ума сошли? То есть мы были филиалом, "малым" театром Москвы, центром культуры "русского мира". Там до сих пор на вахте сидит м**зь, мечтающая о РФ. Словом, меня это достало.

Я пошел в Украинский легион, где проходил обучение. Нас забрасывали гранатами, мы должны выполнять разные тактические упражнения. Конечно, это не сравнить с реальной войной, но основы дали – это круто. Свой первый окоп я там вырыл. Правда, не в ту сторону начал копать:). Затем последовал долгий процесс вступления в Нацгвардию: собрать документы, сдать психологические тесты…

Я понимал, что надвигается п****ец, какой театр? 19 февраля 2022-го я сыграл в пьесе Корчинского. Дальше была мобилизация.

О юморе в окопах

Юмор на фронте никуда не девается. Это очень хорошо, когда твои собратья дружат с юмором, то есть хотя бы иногда, но будет весело. По крайней мере, в артиллерии бывают паузы, когда мы ждем цели. Плохая погода, дроны не взлетели, и мы ждем, пока нам найдут цель. Помню, когда около нашей позиции, не по блиндажу, а довольно близко, прилетел 122-й или 155-й снаряд – он очень ощутим, вибрация идет, потому что ты под землей, но все смеялись, потому что кто-то смешно дергался. Бывают моменты, когда вообще не до юмора, хотя я стараюсь найти его хоть на миллиметр всегда, потому что можно сойти с ума. Сколько у меня знакомых – все с чёрным юмором. Знаете высказывание: одна нога на Донбассе, одна – здесь?

Евгений Авдеенко Фото: instagram.com/evgen.avdeenko.actor/

влиянии войны на человека

Конечно, люди меняются, если увидят много смертей, ранений... Для человека, который с тобой прошел через многое, хочешь сделать по-максимуму, поддержать, помочь. На войне меняется отношение к не воюющим. Это их выбор, несчастные люди, уехавшие за границу. Тоска все равно по дому есть, как бы ты классно ни чувствовал себя, не кайфовал от жизни за границей. Говорят, что нужно возвращать людей из-за границы. Детей, женщин – да, а мужчин? В Болгарии - меня отпускали к детям в отпуск - наши здоровенные татуированные мужчины, когда их жены спрашивают, как там в Украине, говорят: "давайте сегодня без грусти-печали". С такими не знаю, что делать… Если у тебя что-то внутри позволяет плавать через Тису, ты считаешь, что это круто, не знаю, что ты за существо?

О страхе

Страх, конечно, есть, это нормально. В спектакле я говорю слова боевой сестры, медика Фокс: "я боюсь идти в бой с тем, кому не страшно". Всем страшно. Просто нужно делать свою работу. Как-то мы в САУ сидели, я был занят своим делом: что-то заряжал… Тогда ты не думаешь ни о чем - не боишься. Бывали паузы, потому что ждали цели. В этих паузах мне было страшно.

О моноспектакле "Нерожденные для войны"

Идея спектакля возникла в нашей медийной службе. В ее основе – сотни интервью разных бойцов. Это сложно: в театре есть пьеса, на съемочной площадке сценарий, а здесь интервью. Я у ребят-артиллеристов по телефону интервью записывал, мои боевые сестры и братья из Хорунжей службы ездили к танкистам, пехотинцам, а режиссер выбирал, что надо, есть там мысли разных людей, философские размышления, например, о любви на войне, о значении разговора с мамой, бывшей женой или женой, которая тебя немножко не дождалась и в Австрии кого-то нашла.

После спектакля люди говорили, что это ненавязчивая агитация. Хорошо, что именно так спектакль поняли. Военные благодарили, а некоторые даже писали: захотелось мобилизоваться. Это лучший отзыв о спектакле.