Сирия — только начало: Что не так на Ближнем Востоке и кто будет "вносить исправления" в карту

Ближний Восток: старт дает Первая мировая война

Особенностью Ближнего Востока является то, что он едва ли не единственный в Евразии да и во всем мире сформировался как геополитическая конструкция по результатам не Второй, а еще Первой мировой войны.

Конечно, Вторая мировая война внесла свои коррективы. В частности, образованная по ее результатам ООН поспособствовала формированию государства Израиль, что стало основой политической повестки дня на последующие десятилетия. Однако еврейское государство поместили на уже сформированные в результате предыдущей Мировой войны карты (что и стало причиной последовавших за этим конфликтов).

Однако мы говорим о Ближнем Востоке не в контексте арабо-израильских войн, а пытаемся выяснить, откуда взялись все эти арабские государства и существовали ли они в какой-либо форме до межвоенного (тогда считали "послевоенного") передела мира.

Какие государства составляют Ближний Восток

Сейчас регион Ближнего Востока, кроме Израиля и Палестины, формируют четыре основных государства, которые составляют его сердцевину — Сирия, Ливан, Ирак и Иордания. Все они до Первой мировой войны были в составе Османской империи, где находились последние несколько веков. До этого на их месте почти тысячу лет существовали различные арабские государственные и протогосударственные формирования.

Региональными игроками в этом уголке мира пытаются быть Египет, Турция, Саудовская Аравия и Иран. Однако эти страны, в отличие от первой четверки, слишком большие и объективно больше относятся к другим регионам, а на Ближнем Востоке присутствуют лишь частично, можно сказать — "задевают" одной стороной.

Из всех перечисленных стран никакого отношения к Османской империи не имеет лишь Иран — её исторический заклятый враг. Турция возникла на руинах власти Османов, действующая её власть хочет восстановить древнюю империю и всячески демонстрирует это своё желание. Остальные же государства были захвачены турками-османами.

Если Сирия и Египет взяли себе наименования средиземноморских государств периода древней истории, хотя и не имеют к ним кроме территориального никакого другого отношения, то Ливан, Иордания и Ирак возникли практически из ничего.

Саудовская Аравия, объединившая в себе наименование правящей династии и этнической группы, наиболее искусно объединила идею исторического наследия, на которое она претендует (Родина всех арабов) и объективную геополитическую реальность (арабы действительно происходят с Аравийского полуострова, большую часть которого сейчас контролирует эта абсолютная монархия).

Лоуренс Аравийский, британцы и арабское восстание

В годы Первой мировой войны Османская империя воевала против Антанты. Поэтому естественно, что ее враги пытались расколоть уже и так совсем не здоровую империю изнутри. Британцы решили организовать восстание арабов против Османской империи, которое должно было ударить ей в тыл и заставить растянуть свои силы на два фронта. Для этой амбициозной цели было решено привлечь британского археолога Томаса Эдварда Лоуренса, которому впоследствии кинематограф принес славу под именем Лоуренса Аравийского (считается прообразом всем известного Джеймса Бонда). Из его псевдонима понятно, где именно снискал себе славу этот археолог, ставший разведчиком и затем даже полководцем.

Будучи ученым, годами исследовавшим арабское прошлое, Лоуренс нашел общий язык с шарифом (губернатором) Мекки — святого для всех мусульман города, который с XVI века контролировала Османская империя. Сама по себе эта должность была авторитетной для всех мусульман, а в нашем случае ее занимал еще и прямой потомок Пророка Мухаммеда в 37 поколении — Хусейн бин Али аль-Хашими, который в 1916 году провозгласил себя королем Хиджаза (аравийское побережье Аравийского полуострова, отделенное горами от пустыни) и двинулся с войсками на север. Уже через два года совместные британо-арабские войска взяли Дамаск — древнюю столицу Арабского Халифата. Британцы обещали Хусейну образование арабского государства, которое он и должен был бы возглавить, однако после победы, которую аль-Хашими небезосновательно считал общей, оказалось, что не все так просто.

Британия, договариваясь с арабами, параллельно разделила территории Ближнего Востока с французами — своими основными союзниками по Антанте. Научный сотрудник отдела Ближнего Востока в Бейкерском институте публичной политики Университета Райса Кристиан Коутс Ульриксен отмечает, что несмотря на все договоренности и уже заключенное перемирие с османами британские войска продолжали движение своих войск, оккупировав в частности, самый богатый центр добычи нефти в Месопотамии — Мосул. Британцы поставили Хусейна Хашими перед фактом своего и французского контроля над бывшими османскими территориями Ближнего Востока. Когда же языком свершившихся фактов попытался говорить сам король Хиджаза и провозгласил своего сына Фейсала (который тоже принимал активное участие в арабском восстании) королём Сирии, при этом легитимизировал его путём проведения Конституционного съезда в Дамаске, то французы, имевшие планы на эту территорию, выгнали его оттуда, применив военную силу.

Правда, сопротивление Кемаля Ататюрка в Турции, возникшей на руинах побежденной Османской империи и показавшей своими военными победами, что с диктатом победителей можно не соглашаться, а также восстание арабских националистических сил (хашимиты представляли религиозные силы, обращенные к панарабизму на основе единой для всех религии — ислама), заставили Францию и Великобританию изменить свои подходы к ситуации.

Великобритания и Франция раздают мандаты

Контролируя Парижскую мирную конференцию, Великобритания и Франция сформировали концепцию "мандатов" на определенные территории (окончательно была сформирована в 1922 году через Лигу Наций — международную организацию, образованную по результатам Первой мировой войны, предшественницу ООН). Если упрощенно, то нациям на бывших территориях побежденных государств вроде бы дается право на самоопределение, однако оно откладывается в долгий ящик, а пока эти территории передаются под контроль (конечно же временный) опытным государствам — победителям в войне. Профессор истории Ближнего Востока в Нью-Йоркском университете Закари Локман назвал это замаскированным продолжением эпохи колониализма.

Зато фасад оказался красивым. Поэтому Франция получила мандат на территории современных Ливана и Сирии, а Великобритания — Ирака, Палестины и Иордании.

Французы и их мечты

На своих территориях французы сразу начали чертить на песке границы на основе религиозной принадлежности. Так было решено создать оазис для христиан среди наполненной арабами пустыни — Ливан. В 1943 году это государство получило независимость, однако оставалось в сфере влияния Франции. Государственное устройство Ливана было построено так, чтобы не оставить ни с чем ни одно из его меньшинств, однако на практике это полностью парализовало государственное управление страны, потому что напоминало сказку о лебеде, щуке и раке. В конце концов Ливан захлестнула кровавая гражданская война уже в 1980-х годах. Ее последствия ощутимы до сих пор, а почти половину государства, которое задумывалось как "оазис" для христиан, контролирует радикальная исламская группировка "Армия Аллаха" (Хезболла).

Также французами были предприняты попытки создать государство алавитов (религиозное сообщество, к которому принадлежит, в частности семья Асадов) и государство друзей (другое религиозное сообщество; в него входит значительная часть населения Сирии), однако местное население отвечало на эти инициативы восстаниями и таки заставило Париж учитывать мнение местных элит. Сначала в 1930-х годах была образована марионеточная Сирийская республика, которую оккупировали британо-французские войска в 1941 году. Окончательную независимость Сирия получила в 1946 году. Со временем власть в стране узурпировала панарабская Партия арабского социалистического возрождения БААС, что и вылилось в более чем полувековую диктатуру в стране династии Асадов.

Лондон договаривается с элитами

Британцы на своих подмандатных территориях оказались между тремя огнями — Хашимитами (тот самый шариф Мекки с его сыновьями), которым они пообещали образование арабского государства в 1916 году; евреями-сионистами, которым было обещано образование еврейского государства на тех же территориях в 1917 году, и местными националистами, которым никто ничего не обещал, однако они не желали, чтобы их землями (или, возможно, песками) распоряжались в столицах за тысячи километров без их ведома. В конце концов британцы пошли путем договоренностей с элитами.

В 1921 году для короля Фейсала было образовано новое государство — Ирак. Не получилось в Сирии, то стал королем Ирака. Правда, смесь арабов-суннитов, шиитов и курдов стала бомбой замедленного действия, но это уже дела дней грядущих. В 1925 году к стране была присоединена еще и богатая нефтяными месторождениями провинция Мосул, что компенсировало потерю Хашимитами Хиджаза.

А Хиджаз захватил лидер пустынной части Аравийского полуострова — король Неджду Абдул Азиз ибн Абдуррахман ибн Файсал аль-Сауд, который в 1932 году объединил два своих королевства в Саудовскую Аравию и сам стал ее королем.

Хусейн аль-Хашими и его дети

При таких обстоятельствах безземельные Хашимиты согласились возглавить подмандатные территории, тем более, что Фейсалу даже добавили нефтеносный Мосул. В конце концов он таки добился независимости Ирака в 1932 году, а вот его брат Абдулла до полной независимости Трансиордании должен был ждать аж 1946 года. Однако династия Хашимитов до сих пор успешно правит Иорданией, а вот в Ираке — не сложилось. Страна пережила ряд военных переворотов, приход к власти той же партии БААС, в результате одного из них, военную диктатуру, иностранную оккупацию и в конце фактическую раздробленность страны.

Карта Ближнего Востока: что с ней не так и кто будет "вносить исправления"

Так что же мы имеем в результате. Из всех подмандатных территорий стабильное государство удалось построить лишь в Иордании, где власть прочно держат в руках потомки Хусейна аль-Хашими. В остальных государствах такое впечатление, что консенсус удавалось удерживать лишь с помощью антисионистской риторики, используя которую, в Сирии и Ираке цементировала власть партия БААС.

Зато Ливан, где пробовали строить демократию, первым погрузился в ад гражданской войны. Ирак и Сирия имели разную судьбу, но тоже докатились до этого состояния, продемонстрировав через века провальность идеи мандатов, которая была мертворожденной — все понимали ее неэффективность, но склонились перед правом сильного.

Когда в демократическом обществе приличные и уважаемые люди не решаются называть важные вещи своими именами — к власти приходят популисты. В диктатурах в таком случае часто на авансцену выходят радикалы. Так, ИГИЛ свое государство Ирака и Леванта строил именно на лозунгах "искусственности навязанных Западом" действующих политических конструкций. Критикуют действующие границы и другие мусульманские радикалы и беспощадно кроят их на всех пространствах бывших колониальных империй. Чем это завершится и когда на землях Ближнего Востока наконец воцарится устойчивый мир, сейчас не берется сказать никто.