Люксовые сумки и одежда: у РФ нашли способ обходить санкции для покупки дорогих брендов

Таможенные записи демонстрируют, что посредники не препятствуют поступлению высококачественной моды в Москву, несмотря на санкции.

Состоятельные россияне регулярно обходят ограничения в торговле люксовыми брендами, используя домашнюю индустрию личных покупателей, торговых посредников и трансграничных контрабандистов, чтобы не отставать от лучшей европейской моды.

Об этом говорится в статье издания Financial Times.

Instagram и Telegram переполнены торговыми посредниками, обслуживающими как крупных розничных торговцев, так и частных покупателей в России, обещая способ обойти санкции в отношении дорогих сумок и высокой моды.

Европейские бренды класса "люкс" пострадали от ограничений на продажи в Россию после ее полномасштабного вторжения в Украину, когда Евросоюз ограничил легальные продажи товаров стоимостью менее 300 евро.

Несмотря на то, что средние цены на модную одежду высокого класса значительно превышают этот лимит, россияне продолжают демонстрировать в Москве последние западные коллекции, купленные через процветающую теневую сеть поставок. Так, один из покупателей Lliyenish, имеющий более 10 тыс. подписчиков в соцсетях, обещает достать "все, что есть в вашем списке желаний" из ОАЭ и Европы. Этот покупатель не ответил на запрос издания о комментарии.

Таможенные записи указывают на то, что санкционные ограничения направляют торговлю через торговых посредников в третьи страны, которые не применяют никаких таких ограничений. К примеру, в сентябре партия из более 300 итальянских сумок Bottega Veneta по средней цене 1800 дол. была отправлена в Россию из Дубая торговым посредником из Китая. У Bottega не ответили на запрос о комментариях.

По информации аналитиков и таможенных данных, некоторые бренды и российские импортеры также откорректировали свои предложения для гарантирования, что товары не подпадают под санкции.

Московская консалтинговая компания по розничной недвижимости IBC Real Estate заявила, что около половины крупных западных дизайнерских брендов, присутствовавших в РФ в начале 2020 года, до сих пор доступны и привозят новые линейки в страну.

Когда вступили в силу санкции против России, посредники увидели развитие бизнеса. Один покупатель в Италии сказал, что отправлял от 10 до 20 посылок в Россию еженедельно, зарабатывая до 6000 евро на комиссии за неделю.

"Итальянцам все равно. Для них важно продать продукт, а что с ним будет потом – наше дело", – сказал покупатель, попросивший называть его Михаилом.

Михаил, до 2022 года исследовавший европейский рынок линеек одежды для запуска в России, сейчас утверждает, что назначение покупаемых им товаров является открытой тайной.

"В этих цехах меня уже все знают, знают и моих коллег. Все очень хорошо знают, куда идет эта одежда", – сказал мужчина.

Латвийские таможенники сообщили изданию, что с начала года они отклонили 60 партий предметов роскоши, направлявшихся в Россию, многие из которых имели искусственно заниженную цену в таможенной декларации. Посредники часто пытаются замаскировать такие отправления под личные, например снимая бирки с сумок.

Западные бренды могут нести ответственность за нарушение экспортного контроля, если их продукция попадает на российский рынок вне зависимости от маршрута в страну.

"Чтобы обеспечить защиту, вы должны были доказать, что вы не знали и не имели разумных причин подозревать, что товары в конечном счете предназначены для России", – сказал адвокат Гэвин Ирвин.

Иногда ценовые пороги влияют на принятие решений.

Анализ FT российских таможенных документов показывает, что мужские костюмы, отправленные в РФ итальянской компанией Canali, стоили оптовикам в среднем около 600 евро за год до начала войны. После введения санкций цена за единицу почти всех поставок упала чуть ниже санкционного порога в 300 евро. Похоже, это не отражало общие изменения в ценовой стратегии компании: костюмы Canali, декларируемые при въезде в Индию, например, не демонстрируют таких изменений.

Представитель Canali заявил, что они "полностью соответствуют всем действующим нормам". Отвечая на вопрос об их стратегии ценообразования, в компании сказали, что решения по ценообразованию "очень конфиденциальны и коммерчески чувствительны". Но добавили: "Для российских покупателей цены не упали". В компании заявили, что падение цены отражает то, что покупатели в России "выбирают и покупают доступные для них товары, то есть те, которые можно экспортировать… по цене ниже нормативного порога".

Некоторые костюмы Canali сейчас продаются в большом московском универмаге ГУМ за около 170 тыс. руб. (это 1600 евро или 1650 долл.).

Руководитель отдела аналитики IBC Real Estate Екатерина Ногай сообщила, что некоторые другие западные бренды выпускают "капсульные коллекции" по цене, отвечающей требованиям продаж в Россию.

"Хотя экспорт предметов роскоши, возможно, не столь очевиден, как экспорт западных компонентов, используемых в российском оружии, он также играет важную роль в поддержке режима Путина", – сказал Виталий Воловой, исследователь Squeezing Putin, организации, отслеживающей реакцию компаний на полномасштабную войну России. Эта компания первой заметила изменение оптовых цен на одежду Canali.

"Любые публичные случаи обхода санкций уменьшают общие рычаги влияния санкций против России и помогают режиму Путина построить этот нарратив, что они все еще могут получить доступ к совершенно новым западным продуктам", — сказала Юлия Павицкая, менеджер программы санкций Института Киевской школы экономики.

Одна россиянка сказала изданию на условиях анонимности, что экспортный контроль повлиял только на покупателей среднего класса, таких как она, которые редко покупают предметы роскоши и теперь полностью прекратили делать это из-за высоких цен, которые взимают торговые посредники.

"Богатые россияне, которые раньше легко могли себе это позволить, продолжают получать все через модных покупателей, для них ничего не изменилось. Я всегда старался больше работать, зарабатывать немного больше, чтобы позволить себе эти предметы роскоши, а с войной кажется, что я опустился в социальном классе", – сказал изданию 28-летний веб-дизайнер, живущий в Москве.