Соломинка для Путина. «Похоронит» ли Кадырова сбитый пассажирский самолет

Только на четвертый день после крушения самолета Azerbaijan Airlines в аэропорту казахстанского города Актау Путин позвонил президенту Азербайджана Ильхаму Алиеву. И принес свои извинения «в связи с тем, что трагический инцидент произошел в воздушном пространстве России».

Судя по сообщению пресс-службы Кремля, Путин не стал прямо говорить об ответственности России за крушение самолета и не признал, что тот был сбит ракетой российской системы ПВО над территорией Чечни. Если называть вещи «по-пацански», то Путин «отмазал» главу республики Рамзана Кадырова. В то же время в России называли авиакатастрофу «подготовленной Киевом провокацией».

Но Алиева не устроил перевод стрелок на Украину. Он потребовал от Москвы «признания вины, наказания виновных и выплаты компенсаций». При этом неофициально в Баку полагают, что пассажирскому судну, неоднократно пытавшемуся приземлиться в аэропорту столицы Чечни, специально не разрешили совершить вынужденную посадку в Грозном, Минеральных Водах и Махачкале, и отправили в Казахстан, надеясь, что оно упадет в море.

«Одним из моментов, который нас огорчил и удивил, было то, что российские официальные структуры выдвинули версии о взрыве какого-то газового баллона. То есть, это открыто показывало, что российская сторона хочет замять вопрос, и это, конечно, никому не делает чести», — сказал Алиев в интервью азербайджанскому государственному телеканалу AzTV. «К сожалению, первые три дня мы не слышали от России ничего, кроме бредовых версий», — заявил азербайджанский президент.

Как отмечает российский политолог Михаил Виноградов, Кремлю «остался тяжелый выбор, кого назначить виновным — республику, военных или дрон». Очевидно, что трагедия с самолетом Azerbaijan Airlines бьет по позициям Кадырова в российской системе власти, однако не будет иметь для него катастрофических последствий. Ведь на главе Чечни у Путина завязано многое: и стабильность на Кавказе, и планы удержать российское военное присутствие в Сирии.

Соломинка для Путина

После краха режима Башара Асада Кремль всеми силами пытается сохранить свои военные базы в Сирии. Препятствием этому может стать позиция нового сирийского руководства: Россия последние девять лет утюжила бомбардировками позиции боевиков организации «Хайят Тахрир аш-Шам», захватившей ныне власть в стране. Чтобы и далее контролировать в Сирии ключевой для российской логистики пункт на пути в Африку и Ближний Восток, Путин хватается за любую возможность.

Такой соломинкой для него стал глава Чечни Рамзан Кадыров.

По информации «Новой газеты Европа», Кадыров должен наладить отношения между российскими властями и «Хайят Тахрир аш-Шам» и добиться сохранения российских военных баз в Сирии. Взамен Кадыров получил поддержку Путина в конфликте вокруг маркетплейса Wildberries. «Сейчас Москве необходимо срочно решить вопрос с сирийскими военными базами, и если у Кадырова получится, то никакой Wildberries за это не жалко», — утверждает собеседник «Новой газеты Европа».

Кроме того, Кадыров может получить долю в золотодобывающем бизнесе сенатора Сулеймана Керимова в качестве сатисфакции за моральный ущерб, якобы причиненный ему Керимовым в ходе конфликта вокруг Wildberries.

Противостояние между двумя влиятельными региональными кланами Северного Кавказа вытекло из семейной драмы по разделу имущества между бывшими супругами Бакальчук, когда Керимов и Кадыров увидели возможность прибрать к рукам прибыльный бизнес.

Напомним, что в начале осени стало известно о сделке по слиянию крупнейшего российского маркетплейса Wildberries, которым владела чета Владислава Бакальчука и Татьяны Бакальчук (ныне Ким), с оператором наружной рекламы Russ, главным бенефициаром которого называли дагестанского миллиардера и сенатора Сулеймана Керимова. Несмотря на то, что сделку одобрил Путин, Владислав Бакальчук выступил против слияния и обратился за помощью к Кадырову.

В результате произошли события, поставившие Северный Кавказ на грань вооруженного противостояния. За перестрелкой 18 сентября в московском офисе Wildberries и гибелью его охранников-ингушей последовало объявление Кадыровым кровной мести Керимову, а также депутатам Госдумы Ризвану Курбанову и Бекхану Барахоеву, которых обвинили в попытке заказать покушение на главу Чечни. После чего за Керимова демонстративно «подписалось» руководство Дагестана и лидеры дагестанских кланов.

Хотя в середине декабря Арбитражный суд Московской области отклонил иск Владислава Бакальчука о передаче активов маркетплейса в ООО «РВБ» — объединенную компанию Wildberries и Russ, исход противостояния между Кадыровым и Керимовым за контроль над прибыльным бизнесом еще не ясен. Судя по информации «Новой газеты Европа», все будет зависеть от способности Кадырова решить поставленную задачу в Сирии. Пока же Бакальчук заявил, что подаст апелляционную жалобу.

У Кадырова есть определенное влияние в арабском мире благодаря совместным инвестиционным проектам, участию в восстановлении исламских святынь и существованию разветвленной чеченской диаспоры. Как отмечает эксперт Берлинского центра Карнеги Никита Смагин, «в целом российские шансы остаться в стране уже при новой власти выглядят не такими уж низкими». Многое будет зависеть от того, насколько в российском военном присутствии, как альтернативе влиянию Турции и США, будут заинтересованы в «Хайят Тахрир аш-Шам».

Однако связи главы Чечни с арабами могут и не оправдать ожиданий. Да и не всех в Кремле устраивает, «чтобы Кадыров снова чувствовал себя особенным и важным». (При том, что в экспертной среде не исключают, что Путин мог поручить Кадырову наладить и неофициальные контакты с таким членом НАТО как Турция. Тем более многие полагают, что говорить необходимо с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом: ведь именно Анкара усилила свои позиции в Сирии.)

В то же время российские анонимные ТГ-каналы пишут, что «Кириенко (замглавы администрации президента РФ — Ред.) активно ищет другого переговорщика для улаживания сирийского вопроса».

Вотчина Кадырова

Для Кадырова решить сирийский вопрос и установить контроль над Wildberries — не только способ заработать лишние миллионы, но и возможность продемонстрировать свое влияние в России и эксклюзивный статус в российской системе власти. Сегодня Чечня — территория, на которой не действуют федеральные законы. Здесь безгранична власть Кадырова, опирающегося на личную армию. В республике насаждаются феодальные порядки, устанавливаются нормы шариата, практикуются похищения, пытки и убийства несогласных.

Особый статус Чечни и Кадырова вызывает раздражение у Z-патриотов и федеральных силовых структур. Но этот особый статус стал возможен благодаря личным отношениям Кадырова с Путиным и намерению президента РФ добиться умиротворения республики. Ведь покорная Чечня — залог лояльности всего Северного Кавказа, для которого характерны высокий уровень внутриклановых, этнических и религиозных противоречий, глубокие социально-экономические проблемы и масштабная коррупция.

Сам же Кадыров на федеральном уровне позиционирует себя не только «пехотинцем Путина» и поборником традиционных ценностей, но и представителем интересов всех мусульман России и защитником ислама. Он возмущается запретом на хиджаб в школах, введенным в нескольких субъектах РФ, и обещает сразу расстрелять любого, кто скажет его дочери снять платок. Ратует за многоженство. Преследует тех, кто оскорбительно отзывается об исламе. Высказывается в защиту прав и свобод мигрантов в России.

Эти действия Кадырова вызывают негодование Z-сообщества и наращивают неприязнь к чеченцам. Возмущает турбо-патриотов и «ястребов» и то, что личная армия главы этой северокавказской республики не участвует в боевых действиях в Украине: по словам Кадырова, в его распоряжении в Чечне находится более 80 тысяч бойцов.

Впрочем, для Путина чеченцы — это современные опричники, а Кадыров — реинкарнация Малюты Скуратова. К тому же, в Кремле заинтересованы и в управляемом противостоянии северокавказских кланов: это позволяет контролировать нестабильный регион. Собственно как и в контролируемом противостоянии внутри самого чеченского руководства. Не случайно в российском Минобороны идет вверх карьера командира отряда «Ахмат» Апти Алаудинова, пребывающего в непростых взаимоотношениях с Кадыровым.

Имея серьезные проблемы со здоровьем, Кадыров задумывается о безопасности своей семьи: сегодня для него главное — обеспечить преемственность власти, а за годы правления он обзавелся бесчисленным количеством кровников и врагов. В числе последних не только Сергей Кириенко, но и практически все силовики. Следствием этого противостояния стало и заявление Кадырова о том, что председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин и глава МВД Владимир Колокольцев «сидят не на своих местах».

Внешне Кремль никак не отреагировал на публичные заявления Кадырова, хотя в конфликтах главы Чечни с федералами Путин, как правило, занимает сторону чеченского президента. Среди силовиков союзник Кадырова — только глава Росгвардии Виктор Золотов. И ситуацию не меняет совместное фото с директором ФСБ Александром Бортниковым — этот союз ситуативен. По словам руководителя проекта Gulag.net Владимира Осечкина, именно на Бортникова опирался Кадыров, критикуя Колокольцева и Бастрыкина.

Но многие эксперты намекают на то, что российские военные специально допускают атаки украинских беспилотников по Грозному и казармам спецподразделения «Ахмат». Ведь атаки наших дронов на военные объекты в Чечне — это удар по репутации Кадырова. Последний же настаивал на увеличении систем ПВО в республике, в частности «Панцирей». Один из «Панцирей» и сбил азербайджанский пассажирский самолет во время отражения атаки украинских БПЛА.

Кремль весьма чувствителен ко всем вопросам, касающимся Кадырова. Но в условиях, когда его влияние вызывает раздражение даже в окружении Путина, а противостояние с силовиками и кавказскими элитами достигает пика, позиции главы Чечни становятся все более уязвимыми. Ведь у Кадырова не так много союзников. Зато хватает врагов.