"Если мы проигрываем, то никакого генофонда не будет". Нужно ли мобилизовывать на войну 18-летних?

Наши американские партнеры, оказывающие военную помощь, продолжают настаивать на снижении мобилизационного возраста в Украине с 25 до 18 лет. Ранее об этом говорили в администрации Джо Байдена. Теперь такое мнение проталкивают и люди новоизбранного президента Дональда Трампа. Этот вопрос для украинцев достаточно чувствителен и вызывает в обществе много эмоций. Президент Украины Владимир Зеленский и депутаты Верховной Рады из разных фракций заявляют, что мобилизация с 18 лет нецелесообразна и не предполагается. С какого возраста проводилась мобилизация во время войн, в каком возрасте проводится призыв в армию в странах НАТО, нужно ли в Украине снижать мобилизационный возраст и что может быть в случае, если это сделать или не сделать — в материале «Апострофа».

Что для кого в приоритете

Номинированный новоизбранным президентом США Дональдом Трампом на должность советника президента по нацбезопасности Майк Уолтц на днях в интервью американскому телеканалу ABC News сказал, что в Украине нужно снизить мобилизационный возраст до 18 лет из-за проблем с человеческим ресурсом.

Он добавил, что новая администрация президента США будет просить об этом украинские власти. И как можно понять из контекста, под такое решение Трамп готов оказывать какую-то военную помощь.

«Нам нужно, чтобы проблема с нехваткой человеческого ресурса была решена. Речь идет не только о боеприпасах или выписывании дополнительных чеков, но и о том, чтобы увидеть линию фронта, чтобы мы могли заключить какое-либо соглашение», – заявил Уолтц.

Ранее представитель Госдепартамента США Мэтью Миллер сказал, что если в Украине снизят мобилизационный возраст с 25 до 18 лет, то всех новобранцев Америка готова обеспечить полным снаряжением.

Президент Украины Владимир Зеленский, комментируя слова Миллера, обвинил западных партнеров в несоблюдении договоренностей по поставкам оружия. По словам Зеленского, Украина не должна компенсировать нехватку оборудования и подготовки молодостью солдат, поэтому нужно сосредоточиться на обеспечении бригад.

«Приоритетом должны быть поставки ракет и снижение военного потенциала России, а не снижение призывного возраста в Украине», - подчеркнул глава государства.

"Они еще дети"?

Президент Украины в многочисленных интервью западным СМИ всегда подчеркивает, что он против снижения мобилизационного возраста до 18 лет. Основным аргументом Зеленского является то, что западные партнеры не дают нам того количества оружия, которое нужно.

«Если человек стоит перед вами без оружия, какая разница – 20 лет этому человеку или 30? Никакой нет разницы», - так ответил президент на пресс-конференции в Брюсселе 19 декабря прошлого года.

Зеленский также отметил, что война изменилась, и ключевую роль играют современные технологии - ракеты, дроны, дальнобойные возможности, противовоздушная оборона.

"Как можно продвигаться вперед, если с неба на голову прилетают управляемые авиабомбы, а ты не контролируешь небо?" – сказал президент.

Как показывают многочисленные опросы, большинство украинцев выступает против мобилизации с 18 лет. Здесь основные аргументы таковы: «Они же еще дети», «Это наш будущий генофонд», «У них еще нет жизненного опыта».

По словам юристов, законодательно снизить мобилизационный возраст в Украине до 18 возможно, потому что с совершеннолетием человек становится граждански дееспособным со всеми связанными с этим правами и обязанностями.

«Разговоры о том, что хлопцы в 18 лет еще дети – это глупости, – говорит «Апострофу» киевлянин Алексей В. – Мое поколение отправляли служить в Афганистан. Нам было по 18 лет.

«Вспоминаю случай, как парень из нашего двора пришел из Афгана и захотел угостить друзей и дождавшуюся девушку. Зашел, как был, в военной форме в гастроном, чтобы взять бутылку водки, а продавщица ему в этом отказала, потому что тогда по закону алкогольные напитки можно было отпускать с 21 года, а ему было только 20. Сергей, так звали парня, начал громко возмущался и кричал: «В Афганистан на войну с 18 можно, а водку – нет. Это абсурд». Тогда какой-то мужчина, который находился рядом и слышал это, купил бутылку водки парню», – рассказал историю Алексей.

По его мнению, сейчас происходит наоборот, 18-20-летние парни тусуются в клубах, гуляют с девушками, а защищать страну им почему-то нельзя.

Война – дело молодых

Правы ли наши западные партнеры, когда говорят о необходимости снижения мобилизационного возраста?

К примеру, в США призыву подлежали молодые мужчины от 19 до 26 лет. Офицеры в возрасте до 49 лет. Во время войны во Вьетнаме возраст американских солдат был таким же. Но из-за непопулярности войны и богатого числа погибших в стране начались массовые протесты, и правительство решило проводить мобилизацию через лотерею. Возраст мобилизации остался прежним до 1970 года. После 1970-го лотерею проводили еще шесть раз, вплоть до 1975-го, но участниками были только 19-летние мужчины.

Теперь в США контрактная армия. На службу по контракту принимают с 17 до 42 лет.

В постоянно воюющем Израиле призывной возраст 18 лет. При этом призыву подлежат все здоровые мужчины в возрасте от 18 до 27 лет и все здоровые женщины в возрасте от 18 до 25 лет.

В Германии военнообязанными были все мужчины от 18 до 45 лет, а в случае обороны страны до 60 лет. Но сейчас в ФРГ армия контрактная. Контракт можно заключить с 19 лет, а в некоторых случаях и с 17 лет.

Французский иностранный легион, участвующий в военных конфликтах, предлагает заключать контракт на службу лицам мужского пола в возрасте от 17,5 до 39,5 лет.

Если взять большие войны, там ситуация была такая.

В Первую мировую мобилизация в разных странах, принимавших участие в военных действиях, была с разных возрастов в зависимости от численности армии страны. Но в ходе войны планку мобилизации снизили до 18 лет все страны. Причем верхняя была – до 50 лет.

Во Вторую мировую в Советском Союзе сначала мобилизовывали с 21 года, а затем снизили планку до 17-18 лет.

Третий Рейх объявил тотальную мобилизацию с 17 до 45 лет, но к концу войны в армию Гитлера уже брали и детей с 14 лет.

В Британии во время войн в армию призывали почти всех мужчин в возрасте от 18 до 51 года и женщин от 20 до 30 лет. В мирное время призыв распространялся только на мужчин от 17 до 22 лет. Сейчас там армия контрактная от 17 до 40 лет.

Что думают эксперты

«Апостроф» опросил экспертов и нардепов по поводу снижения в Украине мобилизационного возраста. Вот их ответы.

Ирина Фриз, нардепка, фракция «Европейская солидарность», член Комитета Верховной Рады по нацбезопасности, обороне и разведке:

«Я категорически против. Более того, уверена, что сейчас в этом нет нужды. Вовлечение молодежи в Силы обороны должно идти исключительно через мотивационные пакеты и увеличение сроков подготовки молодых специалистов, а не снижение мобилизационного возраста.

Я хотела бы сказать нашим западным партнерам следующее. Прежде всего Украина нуждается в бесперебойных поставках нашим Силам обороны оружия, которое согласовано и подтверждено в рамках «Рамштайна».

Инвестирование партнерами в украинские разработки ОПК для обеспечения нашей армии.

Обеспечение действенности санкций против государства-агрессора, которое научилось их обходить и через третьи страны получает доступ к технологиям.

И ключевое: в войне современного типа побеждают не количеством человеческого капитала, а инновациями, технологиями и оружием, которое позволит добиться существенного поражения врага. Нужно не сдерживание, а преимущество на поле боя, чтобы завершить войну».

Константин Машовец, военный обозреватель, координатор группы «Информационное сопротивление», полковник Вооруженных сил Украины:

«К снижению мобилизационного возраста до 18 лет отношусь нейтрально. Нужно ли нам понижать мобилизационный возраст? Здесь все зависит от оценки имеющегося в стране мобилизационного ресурса. У меня пока нет объективных данных, чтобы сделать такую оценку. Они есть у высшего военно-политического руководства страны, поэтому вопрос "нужно или ненужно" стоит адресовать ему... Любой, кто сейчас возьмется единогласно утверждать, что нужно или не нужно, при этом не имея соответствующих данных, будет крайне субъективным».

Иван Ступак, военный эксперт, бывший сотрудник СБУ:

«Я против. Это наш генофонд. Если мы опускаем планку, у нас не будет будущего. Мобилизационный ресурс наш и российский сравнивать нельзя, они не сопоставимы. Если мы молодой ресурс потратим, у нас могут остаться только дети и пенсионеры. Западные союзники живут представлениями Второй мировой войны, когда была тотальная мобилизация, или каких-то средних веков. Они не давали нам вооружение, которое нам требовалось в достаточном количестве. Только вот сейчас, когда занавес за ним опускается, Байден стал вытаскивать оружие. Сравнивать нас и Израиль тоже неуместно. Да, Израиль воюет, но у него нет такой войны, как у нас. Израиль не закидывают каждый день ракетами и над его территорией не летают ежедневно БПЛА.

Об Афганистане и советских временах тоже говорить не уместно. Почему тогда отправляли молодых парней? Потому что они были подневольными. Это самое простое.

Если мы отправим сражаться всех от 18 до 60 лет, то кто у нас останется? У нас будет пустая территория».

Виталий Бала, политтехнолог, директор Агентства моделирования ситуаций:

«В подавляющем большинстве стран мобилизационный возраст с 18, а то и 17 лет. У нас экзистенциальная война, война за выживание страны. И здесь либо все страну защищают, либо мы проигрываем. Все разговоры о генофонде – это, по-моему, просто отговорки. Если мы проигрываем, то никакого генофонда не будет, это нужно понять. Все видят, что у нас много молодежи развлекается в клубах. У нас сложилась такая ситуация, что часть Украины решила, что война не для нее. Это неправильно. При таком подходе нам рассчитывать на победу невозможно.

Не должно быть никаких исключений. Мы должны мобилизоваться. Надо переводить страну на военные рельсы, а власти этого еще не сделали. У нас нет правового статуса войны. Власти уже думают о выборах, и я думаю, что как раз 18-25 летних рассматривают как потенциальных избирателей. Во время войны не бывает популярных или непопулярных решений, решения должны быть только необходимые. Нам нужно сделать все, чтобы враг не мог двигаться дальше. Понимания, как решать вопрос мобилизации, у власти пока нет, а этот вопрос нужно решать».