Певец JULIK: люди, сделавшие позорный выбор, запомнят это на всю жизнь

Певец JULIK раскритиковал Олега Винника и "компанию", а также рассказал, как едва не пострадал от ракеты оккупанта.

В интервью Главреду украинский певец JULIK откровенно поделился, как изменилась его жизнь после начала полномасштабного вторжения страны-оккупанта РФ в Украину. Он рассказал о кардинальных изменениях в творчестве, важности семьи и влиянии войны на его сына.

Также артист заговорил о разочаровании в отдельных украинских коллегах, избравших молчание, и поделился болезненными воспоминаниями о ракетном ударе рядом с его домом во Львове.

Как изменилось творчество после полномасштабного вторжения и каковы планы на 2025 год?

Я скажу так: жизнь изменилась очень кардинально. Все мы стали гораздо взрослее. Честно говоря, я открылся с другой стороны. Кроме того, что в первые месяцы мы с товарищами возили гуманитарную помощь и эвакуировали людей, я также пытался писать песни. Тексты и музыка появлялись сами собой. Открылись глубокие смыслы.

Еще полномасштабное вторжение дало мне бесценный дар - больше времени с семьей. До войны постоянные гастроли не позволяли мне видеть, как сын растет. Сейчас, хотя концертно-благотворительная деятельность очень активна, я все равно радуюсь, что могу чаще быть рядом с семьей.

Кто из украинских артистов разочаровал, а кто удивил после 24 февраля?

К сожалению, таких много. Все, кто молчат или прячут себя, – это полное дно. Эти имена вам давно известны. Я не понимаю, как можно себя вести: твоя земля, твоя страна, где ты вырос, жил и зарабатывал, а потом просто спрятался, ничем не помогаешь и ничего не делаешь. Напротив, нужно было активизировать свою аудиторию, ездить с концертами, собирать донаты и быть полезным.

Знаю одно: время поставит все точки над "i". Люди, сделавшие позорный выбор, запомнят это на всю жизнь. Больше всего, пожалуй, я разочаровался в Олеге Виннике. Мы с ним перед войной были на съемках – тогда он был совсем другим.

Что сейчас приносит прибыль?

Очень меткий вопрос, спасибо за него. Сейчас действительно тяжело, особенно творческим профессиям. До войны основным доходом были концерты, корпоративы, свадьбы. Сейчас этого практически нет. Помогают роялти, но их сложно назвать заработком. Хорошо, что до войны с партнером основали бизнес в сфере продвижения — он является основным источником дохода.

Какой самый большой донат делал и какой помощью для ВСУ больше всего гордишься?

Всего удалось передать более 10 миллионов гривен денежными средствами. Также были дроны, скорые, пикапы и другие гуманитарные вещи, приближающие победу. Каждый должен делать то, что в его силах. Кто готовит для ВСУ — респект. Кто-то собирает средства – тоже огромная благодарность. Уже почти три года идет война, и мы не имеем права расслабляться. Напротив, нужно еще больше работать, чтобы поскорее наступила победа.

Контактировал ли с Лесиком после того, как он попал в больницу?

Когда я узнал об этом инциденте, а это было почти из первых уст, потому что мой товарищ и звукорежиссер присутствовал на том концерте, — сначала был шок. Я держал связь с менеджером Натальи Бучинской, а потом стал общаться со старшим сыном Олега. Мы тесно контактировали. Слава Богу, что все прошло. По словам родных, врачи сделали невозможное.

Сколько провел благотворительных концертов и какой запомнился больше всего?

С начала полномасштабного вторжения я провел около 300 благотворительных концертов, и они продолжаются. Самые ценные концерты для ребят, которые возвращаются на ротацию или реабилитацию. Через песню я могу отчасти поблагодарить их за все, что они делают для нашей страны. Их вклад бесценен.

Изменились ли донаты людей во время войны?

Конечно. К сожалению, тенденция показывает, что люди устали донатить, особенно те, кто за границей. Это немного огорчает, ведь я выступаю бесплатно, чтобы поддержать чем могу, но иногда заметно некоторое безразличие. Хотя, справедливости ради, это не везде так. Я всегда говорю на концертах: даже самый маленький донат способен творить чудеса. Копейка к копейке, евро к евро — и мы уже можем передать крайне нужные на фронте дрон или пикап.

Как сын относится к войне? Изменилось ли его мнение?

Помню, как 24 февраля 2022 мы выезжали из Киева и объясняли сыну, что такое сирена и война, чем они опасны. Тогда он воспринимал это не столь серьезно, как сейчас, повзрослев на три года. Теперь он понимает последствия несоблюдения правил безопасности во время тревоги, осознает коварство врага. Сейчас я говорю с ним, как со взрослым. Жаль, что наши дети застали такой момент истории и не имеют спокойного детства.

У твоего дома был масштабный прилет во Львове. Расскажи об этом.

Это утро наша семья запомнила надолго. Как сознательный гражданин, я всегда стараюсь во время тревоги отправлять семью в укрытие. В то утро нас разбудила сирена, и пока мы собирались, услышали серию взрывов. Спускаясь по лестнице, показалось, что прилетело прямо в наш дом. Мы живем на 5 этаже. В укрытии я прочитал в новостях, что ракета упала в 300–400 метрах от нашего дома. Было очень страшно. Хуже всего то, что погибла целая семья. Их планы и амбиции оборвались в мгновение ока. Это огромная трагедия.