Одну из погибших опознавали по обуви. Как Полтава приходит в себя от ракетного удара

В воскресенье, 2 февраля, в Полтаве завершили аварийно-спасательные работы на месте разрушенной пятиэтажки, куда накануне прилетела российская ракета Х-22. В результате вражеского удара погибли 14 человек, из них 2 ребенка 9 и 12 лет. Еще 20 человек пострадали, среди них ребенка 3 месяцев, 2, 8 и 12 лет.

Вся семья погибла в одну секунду

Суббота. Первый день последнего месяца зимы. В Полтаве с самого утра льет дождь. Под ногами грязь, которую трудно обойти.

Обходя лужи, натыкаюсь на фотоальбом. Старый, с черно-белыми снимками. Из тех, которые имел каждый советский человек, когда заканчивал обучение в школе или вузе. Возможно, это все имущество, которое осталось от его владельца. А может, нет и самого владельца…

Мой смартфон намок. Сенсорный экран реагирует на касание пальца через раз. Но я, кое-как прикрывая технику зонтиком, продолжаю фотографировать этот армагеддон. На глаза попадается то диванная подушка, то изогнутая спутниковая антенна, то скрученный руль велосипеда, то серебристые металлические остатки ракеты-убийцы, то потрепанная художественная литература.

Пытаясь найти хоть какой-то защиты от дождя, забираюсь под козырек детской "горки". Хочу схватить в кадр спасателя, который стоит на пожарной лестнице выше всех и направляет струю воды в места, которые то и дело вспыхивают на руинах.

Но в мое поле зрения попадает рука погибшего человека. На нее наткнулись работники ГСЧС, работающие на разборе свалов. Не проходит и минуты, как они уже кладут тело в белую плотную ткань и спускают его вниз, идя по сложенным блокам, как по лестнице.

— Это уже пятый, — слышу, говорит женщина своей спутнице. — А вниз еще два этажа. Там еще не одна жертва будет. В этом доме спальни выходили на торец, в который попала ракета. А учитывая, что сегодня суббота, люди утром не спешили подниматься… Как подумаю, что до моей квартиры считанные метры оставались, совсем плохо становится.

Труднее всего ожидать таких ужасных находок. Прячась от дождя, присоединяюсь к толпе, собравшейся под козырьком подъезда дома — параллельного тому, что пострадал и светит выбитыми окнами. И становлюсь невольным свидетелем разговора молодой девушки со старшим мужчиной.

— Я набираю номер, вызов идет, а потом исчезает, — будто не своим голосом говорит девушка. Ее дрожь мне передается. Думаю, это столько холода, сколько нервное напряжение.

— Ну, может, твоя знакомая просто не может ответить, — утешает ее муж, находя совершенно неубедительные доводы. – Она где-то забилась в угол, а телефон в другом месте. Не надо думать сразу о плохом…

Пытаюсь выяснить ситуацию и сразу же получаю порцию гневных слов в свой адрес от одного, видимо, местного жителя, потому что одет он по-домашнему. Дошло до того, что меня заподозрили в провокации и чуть ли не в наведении ракеты на дом.

В общем, люди с большой осторожностью общаются с журналистами, каждый просит предъявить удостоверение личности. Не доверяют первому попавшемуся, и это правильно.

В ожидании самого худшего и военный пенсионер Игорь Яворский. Он уже не надеется на чудо.

— В этом доме на втором этаже жили мой сын Дмитрий, невестка Елена и внучка Софийка. Сыну и невестке было по тридцать семь лет, внучке девять. Все они в одну секунду погибли, — говорит Игорь сухим голосом, проклиная Путина и всех поддерживающих войну россиян.

Под вечер пресс-служба ГУ ГСЧС в Полтавской области официально подтвердила гибель молодой семьи.

О своей активной читательнице — 9-летней Софийке Яворской сообщили в библиотеке, которую она часто посещала, написал сайт "Полтавщина".

"Юная девочка, которая искренне любила книги и всегда приходила в библиотеку с любознательным взглядом и открытым сердцем. Она была талантливой, доброй, светлой, вдохновляла нас своей жаждой знаний и мечтами о будущем", — отзываются о Софийке библиотекари.

Впоследствии в соцсетях появилось сообщение, что под развалинами нашли тело 30-летней актрисы полтавского Театра современного диалога, лекторки местного киноклуба "Кинодвиж" и зооволонтерки Анастасии Кольвах.

Давно известно, что мир тесный. А здесь еще одно этому подтверждение. Год назад "Телеграф" писал о том, как во время ремонта балкона одной из многоэтажек Полтавы из-за обшивки выпали на землю и разбились сотни летучих мышей — краснокнижных рыжих вечерниц. Анастасия Кольвах была одной из спасавших беззащитных млекопитающих. К сожалению, вражеская ракета шанса на жизнь этой светлой девушке не дала.

Ее парень, к слову, служит в ВСУ.

"Ударная волна отбросила меня на полтора метра от кровати, меня засыпало стеклом"

Обхожу пострадавший от ударной волны соседний дом и вижу молодого человека, который выметает осколки стекла из квартиры на первом этаже.

— Нет, меня не было дома в момент прилета, — исчезает в разбитом доме и кричит матери, чтобы подошла к окну.

Ирина – так зовут хозяйку квартиры – соглашается на короткий разговор.

— Я лежала в спальне, спиной к окну, – говорит, – но мгновенно оказалась на полу. Ударная волна отбросила меня метра на полтора от кровати. И в тот же момент засыпало осколками стекла. Я поняла, что случился прилет. В квартире нет ни одного уцелевшего окна, дверь в ванной сломана. Шкаф пострадал, дверца в нем разбита. Хорошо, сын быстро прибежал — его и других отпустили, чтобы поддержать родных. "Скорая" приехала. Как будто все нормально, но от шока до сих пор не отойду. Но тут все в сознание прийти не могут.

Вот Александр выгребает мусор из разбитой квартиры своей дочери. Говорит, в момент прилета ракеты она сидела на кровати и кормила четырехмесячного сына Андрюшу. Оба попали в реанимацию. Старший, десятилетний ребенок, тоже пострадал, тоже в больнице.

Выгребает мужчина мусор и проклинает "асвобадителей".

Дальше смотрю, навстречу мне идет женщина с новенькими костылями под мышкой. Останавливаюсь поговорить с ней.

— Это для мамы, – объясняет Татьяна. — Она живет в этом пострадавшем доме. В соседнем подъезде, на первом этаже. Ей семьдесят. У нее перелом ноги и рваные раны. "Скорая" возила в больницу — раны зашили, наложили гипс. Теперь забрала ее к себе, буду выхаживать. А она во время тревоги еще звонила по телефону мне. Перед этим было три хлопка — может, ПВО шахеды сбивала. Она просила меня с сыном ехать к ней, говорила, у нее спокойнее. Только поговорили, тут взрыв. Дом прямо задрожал. Сестра с улицы звонит (собаку как раз выгуливала): "Бегом к маме, потому что там крайнего подъезда нет".

А в том разрушенном подъезде на первом этаже живет одна одноклассница. Мы и работаем с ней вместе. Не знаю, что с ней…

— Как вы думаете, куда эти варвары целились? — интересуюсь мнением молодой женщины.

— Думаю, у них нет цели. Они нас просто уничтожают.

Между тем, пока спасатели разбирают завалы, вокруг уже кипят ремонтные работы. Через несколько часов после взрыва некоторые успели даже затянуть пленкой или забить ОСБ-плитами поврежденные окна. С бесплатными строительными материалами здесь нет проблем.

— К сожалению, война давно, и уже наработаны четкие алгоритмы взаимодействия неправительственных гуманитарных организаций с органами местного самоуправления, — говорит руководитель гуманитарной миссии "Проліска" в Полтавской области Владислав Крят. — Вот сейчас от Управления Верховного комиссара ООН по делам беженцев мы предоставляем пострадавшим товары для быстрого ремонта жилья: прозрачную пластиковую пленку, листы тарпаулина, ОСБы. Это все в достаточном количестве, товар постоянно подвозят. Наши сотрудники выясняют все потребности пострадавших, примут их под социальное сопровождение к решению их проблем, займутся восстановлением документов. Жители могут воспользоваться программами социального обеспечения и подать заявление на получение временного жилья. Словом, это пролонгированный процесс. А сейчас наш психолог оказывает помощь на месте.

Двигаюсь дальше. Под навесом у подъезда встречаю группу спасателей. Усталые, грязные, они быстро подкрепляются бутербродами с колбасой и сыром, которые им приносит женщина из лотка с продуктами. И сразу же направляются на свое место работы. На разговоры эти мужественные мужчины не идут.

Волонтерские точки с едой и горячими напитками стоят практически на каждом шагу.

Более двух десятков добровольцев добровольческого формирования территориальной общины (ДФТО) стали в цепь и передают друг другу обломки бетонных плит, стекла, металла, дерева, личных вещей.

Коммунальщики убирают последствия попадания на территории вне красно-белых лент, которыми обнесено место разрушения.

"Больше всего жалею свадебное платье"

В предвкушении недобрых новостей из-под завалов и Владислав Лещенко. Он стоит недалеко от своего дома, где еще этим утром на четвертом этаже была его квартира.

– Звонил своим соседям с верхнего и нижнего этажей. Не взяли трубку. Что с ними неизвестно.

Семья Владислава также осталась без жилья, но, к счастью, живой и невредимой, поскольку в момент удара находилась в близлежащем школьном укрытии.

– Во время массированных обстрелов мы с друзьями Петром и Екатериной всегда идем в укрытие, – говорит мужчина. — Сегодня, как только прозвучала тревога, где-то в пять утра, мы с женой разбудили ребенка, собрались и пошли в безопасное место. Это и спасло нам жизнь. В укрытии слышали, что рядом грохнуло. Нашей квартиры, в которой мы прожили более семи лет, уже нет. Даже не хочу смотреть в ту сторону. Но говорят, что береженого и Бог бережет.

Еще одну семью, которой удалось чудом выжить, я встретила в школьном укрытии, где оборудован штаб помощи пострадавшим.

18-летняя Анастасия и 19-летний Павел поженились в прошлом году. Выбрали зеркальную дату — 24.04. 2024. Три месяца назад они заселились в съемную однокомнатную квартиру на втором этаже того злосчастного первого подъезда, которого уже нет.

В субботу у Насти был рабочий день. Она рано ходит на работу — к семи утра уже должна быть в киоске по продаже шаурмы на Южном вокзале.

– У меня было прекрасное настроение, никаких плохих предчувствий. Накануне была выходная, хорошо выспалась. Приехала на работу, сварила кофе. А вскоре услышала взрыв. Позвонила мужу, он ответил, но кричал не своим голосом.

Молодые супруги живут с сестрой Настиной бабушки, Любой. Она около восьми утра села на кухне пить кофе и позвала Павла. Это и спасло его от самого плохого. В момент удара парень находился в туалете, а диван, с которого он встал буквально через пару минут, привалил плитами. В туалете ударной волной вырвало дверь. У Павла потемнело в глазах и закружилась голова. Медики заподозрили у него незначительную контузию.

Парня вытащили на улицу в шортах и футболке, а бабу Любу в халате и тапочках.

У Любови врачи диагностировали шоковое состояние. Как она уцелела, одному Богу известно.

— Мы разговаривали с Любой по телефону, — рассказывает ее старшая сестра Валентина, которая срочно приехала из Чутовской общины. – Воздушная тревога продолжалась и я просила ее выйти в коридор, чтобы обезопасить себя двумя глухими стенами. Но она ответила, что хотят выйти с Павлом на улицу. После этих ее слов связь прервалась, я подумала, сестра отключилась, даже ничего не заподозрила.

Звоню позже, а они мне говорят: "Мы живы, с нами все хорошо". А у меня паника началась. Тогда мы с дедом заводим машину и быстро едем в Полтаву. Забрали Настю по дороге.

Потерпевшим подсказали обратиться в гуманитарный штаб. Здесь их осмотрели медики, оказали первоначальную помощь.

— О чем больше всего жалеете из потерянного? — спрашиваю Анастасию.

— О свадебном платье, — отвечает сразу. — Документы можно восстановить, а былого счастья не вернуть…

Здесь же, в укрытии, работает бригада экстренной медицинской помощи, к которой обращаются все, кто чувствует себя плохо после пережитого.

После того как врач осмотрел Павла и бабу Любу, прошу фельдшерку Алену рассказать о характере повреждений пострадавших в результате ракетного удара.

— Наша бригада координировала работу коллег на месте взрыва с самого утра, — рассказывает она. — Госпитализированы люди с осколочными ранениями мягких тканей, переломами позвоночника, ребер, конечностей, с черепно-мозговыми травмами. Среди пострадавших и наша коллега – медсестра из областного кожно-венерологического центра. Ее состояние крайне сложное. Надеемся на чудо…

Чуда, однако, не произошло. Медицинская сестра Елена Скляр скончалась в больнице. У женщины остался несовершеннолетний сын…

Уже по окончании спасательной операции пресс-секретарь Главного управления ГСЧС в Полтавской области Светлана Рыбалко рассказала кое-что, что не вошло в официальные сообщения.

— К поиску погибших мы не привлекали кинологов, хотя они ждали сигнала на месте. Была большая задымленность, а это собакам мешает. Наши спасатели справились сами. Вели себя очень осторожно. Сначала разгребали завалы лопатами, а потом буквально перебирали мусор руками, чтобы ненароком не задеть тела. Ночью так нашли двенадцатилетнюю девочку, придавленную бетонной плитой. Она жила на четвертом этаже соседнего подъезда. А утром, добравшись до подвального помещения, обнаружили два трупа. Не факт, что погибшие скрывались в подвале во время тревоги. Скорее всего, когда рушились стены и перекрытия, они туда упали с верхних этажей. Это мужчина и женщина. Пол женщины определили по ботинку на ноге.

По сухим же официальным данным, в результате попадания ракеты Х-22, запущенной россиянами из Белгорода, в Полтаве повреждены 18 жилых домов. Двадцать два человека спасены из-под завалов. 17, из которых 4 детей, получили травмы. На месте происшествия работали около 500 спасателей, силовиков и коммунальщиков. Были привлечены спасатели из других районов области, из соседних Черкасской и Сумской. А также более 100 единиц техники.

Ракета унесла жизни 14 человек. Светлая память.