К чему приведут нападения на ТЦК: по следам взрывов в Ровно и Павлограде и убийстве в Пирятине

Территориальные центры комплектования снова у всех на слуху. Но если раньше они муссировались как нарушители прав человека во время мобилизации, то теперь выступают в роли пострадавших. Два подрыва с жертвами, одно циничное убийство…

Соцсети полнятся постами и комментариями, ужасает, что находятся даже утешены такой «народной местью за бусификацию». Впрочем, большинство мнений конструктивны и напоминают о том, что война – это не только линия столкновения, вражеские «шахеды» и баллистические ракеты. Она может проявиться в любой момент, в любом месте, любым опасным для нашей страны способом.

Какие проблемы и риски обнажили эти три чрезвычайных события, какие они могут иметь последствия, какие оценки получают от экспертов и не только экспертов - в обзоре журналиста Коротко про.

Совпадение обстоятельств или звенья одной цепи

Взрыв в центре комплектования города Ровно раздался после четырех часов вечера 1 февраля. Известно об одном погибшем и шести пострадавших, один из которых находится в тяжелом состоянии. Обстоятельства происшествия и характер взрывного устройства пока не разглашаются. В сети пишут, что речь может идти о самодельной бомбе, которую кто-то пронес в здание ТЦК.

По схожему сценарию произошел взрыв в Павлограде (Днепропетровская область) 2 февраля. Устройство было активировано у здания ТЦК, ранен военнослужащий. ЧП также произошло вечером, есть свидетели, которые видели, как от забора терцентра отбежал мужчина и сел в автомобиль.

Этим двум событиям предшествовала драма в Полтавской области – житель Лубен на автозаправочной станции в Пирятине выстрелил в работника ТЦК и СП, сопровождавшего группу мобилизованных. По версии следствия, это он сделал по просьбе полтавчанина, который хотел скрыться по дороге в призывной пункт. Замысел удался ценой жизни военнослужащего, злоумышленников задержали спустя два часа.

Если два взрыва однозначно связаны между собой умыслами на теракт, то убийство служащего ТЦК и СП некоторые пытаются объяснить «семейными обстоятельствами» - стрелок был родственником, будто даже братом мобилизованного и хотел спасти его от войны. Тем не менее, высказывается мнение, что все три события являются звеньями одной цепи, в которую уже вплетены поджигатели военных автомобилей. Российские спецслужбы просто расширяют свои цели.

«Соблюдаю нетрадиционное, а возможно, и непопулярное мнение о том, что убийство сотрудника ТЦК в Пирятине и взрыв в ТЦК в Ровно (особенно в Ровно!!!) - это начало системной кампании врага по подрыву процесса мобилизации. Вроде того, что не так давно было связано с поджогом военных автомобилей, на которые все труднее и труднее собирать деньги», - пишет военный обозреватель Денис Попович.

За что упрекают ТЦК?

Что касается российских планов и российских спецслужб, то все очевидно: враг пытается изобразить «народный гнев» против мобилизации внутри Украины, а беспринципных и лакомых к деньгам исполнителей можно найти всегда и повсюду. Однако многие комментаторы терактов склонны перевести часть вины на ТЦК и СП из-за их специфических методов работы с военнообязанными.

Больше всего соцсети взбудоражил пост Марьяны Безуглой. Нардеп написала пост в телеграме, который перепостил даже российский пропагандист Соловьев. «Убийство военного из ТЦК – это следствие работы ТЦК. Люди не верят военным штабам, не знают своего пути, но знают откупившегося знакомого. Это рождает крайности».

Однако, и кроме Безуглой, есть люди, которые не сторонятся критики сотрудников ТЦК и СП.

«В принципе, произошло то, что неизбежно рано или поздно должно было произойти в абсолютно непродуманной, крайне коррупционной системе принудительной мобилизации, когда под ту принудительную мобилизацию попадали только те, кто не хотел или не мог откупиться в ТЦК, ВЛК, МСЭК или учреждениях, которые предоставляют бронирование.

Постепенно для украинцев враг на фронте, где-то далеко на востоке, своей значимостью и опасностью в восприятии бусифицированных и их родственников и близких уступил "ТЦКашникам", непосредственно проводящих здесь часто грубую насильственную русификацию», - пишет адвокат Иван Макар, бывший боец ​​«Айдара».

«…Никто бы не решился стрелять или взрывать "тецекашников", если бы не эта всеобщая атмосфера ненависти и презрения к ним, которая в последние год-полтора стала просто господствующей в обществе. И тут не надо рассказывать глупости об уклоняющихся, о патриотизме, и о том, что иначе всем придется воевать на стороне рашки. Потому что именно такими хамскими действиями власть и убила в людях патриотизм. Потому что никакой практической необходимости так по-скотски относиться к потенциальным защитникам не было и нет; бусификацию – скажем откровенно, придумали не для того, чтобы ускорить мобилизацию. Ее придумали для того, чтобы власть боялись!» – считает политолог, журналист, депутат Бориспольского районного совета Владимир Сонюк.

Почему оправдывают ТЦК?

Но не меньше, чем критиков, есть и комментаторы, которые считают, что терцентры комплектования сами оказались в зависимом положении. От требований, от разнарядки, от той роли, в которой их сейчас видит общество. Вот на что указывает колумнист, инвестиционный банкир Сергей Фурса, комментируя убийство на Полтавщине:

«..Россияне торжествуют и потому, что это произошло, и потому, что они сделали все, чтобы это произошло, и потому, что многие украинцы готовы радоваться или сочувствовать убийцам. Убийцам украинского солдата. Почему это стало возможно? Потому что, во-первых, российская пропаганда и полезные идиоты из Украины навязали образ плохих работников ТЦК, врагов простых украинцев. Просто потому, что ТЦК выполняет закон, пытаясь спасти мобилизацию, экзамен на которую провалило украинское общество. Которое не только терпит уклонение от мобилизации, но, похоже, воспринимает уже его как геройство.

Россияне смогли построить конструкт «свой – чужой» не по линии российские оккупационные войска против украинского народа, а украинская армия против украинского народа.

Было много случаев, когда неравнодушные граждане отбивали "своих" от чужих. И общество это терпело. Государство это прощало, хотя нужно было сразу жестко наказывать… И да, естественно, боятся мобилизации. Человек - такое существо. Поэтому легко понять, когда люди нарушают закон, прячутся, избегают встреч с ТЦК. И если они попадаются, то скорая мобилизация является платой за эти нарушения. И методы, примененные ТЦК, не от хорошей жизни. А скорее от слабой институциональной состоятельности государства».

Об ответственности государства напоминает также руководитель исследовательско-аналитической группы InfoLight_UA Юрий Гончаренко : «Май 2024 года, введение Резерв+ стало настоящей катастрофой, наиболее роковой ошибкой власти. Именно тогда начала формироваться параллельная реальность из тех, кто в целом был готов идти служить, однако ему не дали обновить данные или после обновления данных через Резерв+ почему-то забрали с улицы, не дав даже 24 часов собрать вещи. А с июля 2024-го еще и штрафовать начали за то, что ТЦК были физически не способны охватить всех военнообязанных.

Кстати, именно тогда мне стало больше жаль именно работников ТЦК, потому что я видел, как на них направлена ​​ненависть из-за ошибок Минобороны и в целом государства. И именно тогда на них начали канализировать ненависть и российская агентура, и украинские власти, избегая ответственности за несостоятельность, и журналисты, и антикоррупционеры на деньги USAID, и сами военнообязанные…»

Военный обозреватель Денис Попович переводит часть ответственности на блогеров и СМИ, которые руководствуются тем, что к негативным новостям у общества есть больший интерес, чем к положительным: «...Надо ли освещать беззаконие? Да, безусловно, надо! Причем на всех возможных площадках. Иначе нам его никогда не одолеть. Только после этого следует делать выводы, а их делает только враг, который прекрасно этим пользуется по принципу айкидо. ТЦК – это часть ВСУ.

Без ВСУ невозможно существование государства, без мобилизации невозможно вести войну. А ресурс для мобилизации – это общество. А общество скрывается, не хочет контактировать с ТЦК из-за случаев беззакония, которых меньшинство, но постоянно повторяются, потому что из них никто не делает выводов. Да и жить людям хочется. На войне можно погибнуть. А те, кто уже на фронте, тоже хотят жить, по крайней мере, хоть получить право на замену и отдых».

Одну из проблем подполковник ВСУ Сергей Мисюра видит в том, что в сознании людей и даже самих военных ВСУ разграничено с ТЦК. «Мало кто знает, что это не просто ТЦК, а ТЦК и СП – Территориальный центр комплектования и социальной поддержки. Поддержки – военнослужащих, бинго! Я не знаю, кто первым начал, но отмежевались и сами военные ВСУ, и средства массовой информации. Логика есть – чтобы весь негатив остался на ТЦК, чтобы авторитет ВСУ не трогать. Многие военные на авто, на форму, на рюкзаки – цепляли надписи "Не ТЦК", чтобы показать, что они другие. Настоящие военные», - пишет ведущий "Армия ТВ".

Позволят ли дополнительную силу

На события в Ровно, Павлограде и Пирятине отреагировало высшее военное руководство страны. Главнокомандующий ВСУ Александр Сырский назвал насилие в отношении военных недопустимым.

«Рассчитываем на полное и всестороннее расследование этих преступлений. Виновные должны понести заслуженное наказание. Вооруженные Силы Украины делают все возможное, чтобы защитить наше государство и народ. В условиях полномасштабной войны это невозможно без мер мобилизации», – утверждает генерал.

«Нет никаких оправданий убийству военнослужащего и нападению на ТЦК. Молниеносная и жесткая реакция власти – единственно возможная в ситуации произвола против военных… Без справедливого наказания убийц, злопыхателей и предателей мы получим еще больше убитых в тылу собратьев. В других городах, в других кварталах, на заправках, в супермаркетах, в подъездах, на улицах, которые мы называем именами Героев», - отреагировал на преступления командующий Сухопутными войсками Михаил Драпатый.

В ответ по соцсетям поползли слухи, что власти хотят предоставить военным дополнительные полномочия в применении физической силы и оружия против гражданских. Кто-то поддерживает такую ​​идею, кто-то – нет.

Где искать выход

О недостатках мобилизации, о реформе ТЦК и СП в Украине говорят где-то с середины 2022 года. Но идеальной формулы, чтобы и армия постоянно пополнялась, и принуждение к военнообязанным не было, не найдено до сих пор. «Не должны ТЦКшники бусифицировать военнообязанных – это незаконно и недостойно военных. Кому нужны такие защитники, которых поймали и насильно отправили на войну?" – задается вопросом офицер ВСУ, эксперт по радиоразведке Юрий Касьянов. И предлагает такую ​​модель справедливой мобилизации:

«На учете должны стоять все без исключения военнообязанные, с 20 (не менее) до 55 (не более) лет. Включая тех, кто находится за границей. Повестки должны посылаться по методу жеребьевки - как это честно сделать, могут рассказать в США, где лотерейная система мобилизации давно работает. Никаких справок о непригодности, никакой брони, никакого экономического бронирования. Пришла повестка – вот теперь, пожалуйста, иди на ВЛК, доказывай, если хочешь, что ты болен, или у тебя трое детей, или ты можешь рассчитывать на бронь...

Окончательное решение о мобилизации военнообязанного должна принимать независимая комиссия или суд, если есть спорные вопросы, а не лично военком (глава ТЦК). То есть если считает гражданин, что его незаконно мобилизуют - обращается в комиссию, которая в короткий срок (до 3 суток) принимает решение. Если глава ТЦК считает, что гражданин «отмазывается», – тогда он также обращается в комиссию или в суд.

И последний этап – "военная приемка": если представители воинских частей не принимают от ТЦК хромой, больной, алко- и наркозависимый контингент, тогда это уже большая проблема главы ТЦК. Тогда никто никого не упаковывает, не вывозит на "ДВРЗ" (известное место в Киеве), не отбирает телефоны, не удерживает в ТЦК. Ничего подобного.

Если гражданин скрывается, не приходит за повесткой, уклоняется от мобилизации, тогда автоматически заочно получает срок заключения, скажем, на 5 лет, лишается прав занимать государственные должности, голосовать и выставлять свою кандидатуру на выборах. И обязательно до конца войны отбывает заключение на линии фронта – в тюремных строительных батальонах, занимающихся созданием фортификаций на самых опасных участках.

И самое главное – ловить и паковать таких дезертиров должны правоохранительные органы, а не военнослужащие ТЦК. Вот тогда все станет на свои места - в войсках станет меньше беспомощных стариков и ненужных (и даже опасных) аватаров, военнослужащие ТЦК никого не будут ловить и упаковывать, а уклоняющие все равно отправятся на передок - копать окопы».

Напомним, что в ближайшие дни власти должны представить концепцию мобилизации 18-летних, которая предусматривает добрую волю в отправке в армию в обмен на ряд финансовых и социальных стимулов.