Константин Октябрьский – о новом полицейском детективе, разрушенной квартире и меценате Михаиле Терещенко

17 февраля на «1+1 Україна» стартует детективный сериал «Парочка слідчих». Одну из главных ролей, прямолинейного и острого на словцо судмедэксперта Павла, играет Константин Октябрьский. Актер признается, что был в восторге от сценария, ведь он не похож на другие истории о полицейских, так что ему и самому интересно посмотреть на эту работу.

В интервью Коротко про Константин Октябрьский рассказал, хватает ли работы нашим актерам, какие роли не готов играть, кто помогал оправиться после попадания в его квартиру, как вера помогает держаться и почему мечтает сыграть известного мецената Михаила Терещенко.

В условиях войны все вынуждены уменьшать бюджеты

- Костя, у вас вроде как неплохая вовлеченность в кино. Работы сейчас хватает?

- Честно говоря, хотелось бы, чтобы занятость была более равномерной. Ведь, например, ноябрь-декабрь – это три-четыре проекта, в январе – тишина. Про февраль пока не знаю.

– Чем занимаетесь, пока нет съемок? Как актеру выживать?

– Если в плане зарабатывания денег, то ничем. В декабре поработал, отложил сбережения, потому что не первый год в профессии, и потом мы на них живем. Понимаю, если в декабре не стартовал долговременный проект, который будет сниматься январь и февраль, буду сидеть без работы. Слава Богу, у меня еще есть утреннее шоу, где я один из ведущих.

– В инстаграме вы написали, что сами ждете премьеру «Парочки слідчих». Действительно ждете свои премьеры или этот пост следует воспринимать просто как анонс?

– Я действительно жду «Парочку слідчих». Во-первых, мне очень понравился сценарий. Он не похож на другие полицейские детективы, которые у нас снимают. Было интересно работать, очень крутая актерская команда, операторы, режиссер. Поэтому мне очень интересно посмотреть, что у нас получилось.

– Просматриваете свои ленты?

– Просматриваю в первую очередь для того, чтобы сделать работу над ошибками.

– Вы говорили, что в условиях украинского кинопроизводства очень сложно воспроизвести все то, что написали здесь сценаристы. В чем именно проблема?

- Речь о бюджете и времени. Собственно, бюджет влияет на то, сколько времени мы будем снимать, и, соответственно влияет на качество продукта. К сожалению, в условиях войны все вынуждены уменьшать бюджеты, поэтому большое количество материала должно быть снято за один съемочный день. Мало времени на репетиции, чтобы какие-нибудь интересные ходы с актерами отработать.

– А есть для вас сегодня роли, которые вы играть не готовы, не хотите, не будете?

- Я не буду играть каких-то насильников, маньяков, людей с нетрадиционной ориентацией. Таких ролей на самом деле не так и много, чтобы я мог говорить: я это не буду играть, я это не хочу. Просто когда сделают такое предложение, то я скорее откажусь.

Слава Богу, у нас в Украине очень много талантливых актеров, искусных, талантливее меня, техничнее меня, более одаренных, чем я, которые могут это играть. Поэтому не думаю, что это проблема, если один актер откажется.

- Как вы самокритично о себе говорите, что есть актеры более талантливые, более искусные, чем вы.

– Я не занимаюсь самоуничтожением. Просто знаю свои сильные и слабые стороны, знаю, что у меня получится лучше, а что нет. Я не приуменьшаю свои таланты. Я реально вижу, что есть очень крутые актеры моего возраста, моложе меня, и они более одаренные, более техничнее.

Что-то у них лучше получается, а что-то – у меня. Причем у меня нет какой-то зависти. У меня это вызывает только восхищение. Мне очень нравится с такими людьми работать, потому что есть чему у них научиться. Когда твой партнер в кадре мощнее, искуснее, это же круто, это для меня возможность научиться новому и последовать примеру.

– Между прочим, в инстаграме у вас указано: мощный актер кино.

– Это фраза с юмором (смеется).

– Интересно, что не видела на вашей странице ни одного негативного комментария. Все пишут, какой вы классный актер. Хейтеры вас обходят?

– Даже не знаю. У нас в команде утреннего шоу работает женщина, наводит в наших офисах чистоту, и моему коллеге однажды сказала: «Константин на экране такой говнюк, а в жизни такой приятный человек, интересно очень, как это так» (смеется).

Такой фидбек слышу, он без какого-то негатива, люди с юмором это говорят. Мне и лично говорили: у вас так хорошо получается воплощать на экране отрицательных персонажей, каких-нибудь подхалимов, людей с двойным дном, а в жизни вы другой человек.

- Вы говорите, что круто чему-нибудь новому поучиться у коллег. С кем вы всегда с радостью идете в кадр? Ведь не раз слышала от актеров, режиссеров, что профессионал хороший, а как человек - не очень.

– У меня нет списка, с кем бы я больше хотел работать, с кем меньше. Меня очень радует, что мы собираемся на площадке на определенный промежуток времени. Бывает, что возникают конфликтные ситуации. Но ведь мы все взрослые люди. Я могу все проговорить, выяснить, расставить точки над «і» и дальше продолжить работать. Для меня это не препятствие. Даже если человек по своим чертам характера не очень хороший, я же с ним жить не собираюсь, я с ним просто работаю определенное время, чтобы сделать интересный продукт.

Стараюсь, чтобы какие-либо конфликтные ситуации не влияли на съемочный процесс.

Квартира выгорела вся

- В октябре прошлого года ваша квартира была повреждена во время обстрела Киева. Вы тогда писали, что квартире – торба. Это ваша собственная или вы арендовали?

– Квартира выгорела вся. Это не наша квартира, мы ее арендовали. Но внутри все было наше – вещи, техника, мебель.

– Кто помог, приютил? Реально, когда такая беда случилась, куда идти?

- Спасибо моему другу из Днепра Артуру Лысоконю, который открыл сбор для нас. Очень благодарен Лилии Ребрик. Большое ей уважение и моя признательность. Я ей лично тоже это говорил. Лиля сразу тоже открыла «банку». Оля Сумская тоже сбор организовывала.

Во-первых, мне как-то не удобно было просить у людей. Да и сначала нужно было вообще хотя бы прийти в себя, понять, что дальше делать, потому что ты потерял все.

Поэтому помогли наши друзья, мои коллеги собрать средства. Подруги жены сразу пригласили нас к себе, и мы день или два были у них. А потом родители жены отдали нам свою квартиру, сейчас мы живем там.

- Слава Богу, что вы были не дома.

– Мы как раз были дома, спали. Слышал сквозь сон, как пролетел первый «шахед», а проснулись уже от мощного взрыва. У жены контузия была.

- У вас двое маленьких сыновей, как они чувствовали себя? Это же шок. При этом и самому нужно не впасть в какую-то панику.

– У меня есть ПТСР. Жена уже заканчивает лечение. Очень благодарен Богу, что дети физически не пострадали, как и мы. У младшего Матвея нет признаков ПТСР, я не замечаю. У старшего Роберта немного есть, но он справляется, работает сейчас с психологом.

Стараюсь с ними больше времени проводить, говорить об этих вещах. Стараюсь больше давать им любви, внимания.

– Это последствия после попадания в квартиру?

– Да. До этого все было нормально. Дети понимали, что идет война, что есть обстрелы, но поскольку мы не волновались, не поддавались панике, и они были спокойны.

– Что вам помогает справляться с этим?

– Я парень верующий, поэтому мне помогает вера в Бога. Если чувствую, что со мной что-то не ок, обращаюсь к нему в молитве, делюсь всем, что со мной происходит, звоню своим друзьям, тоже верующим, обсуждаем что-то, молимся, общаемся. Это меня очень вдохновляет, поддерживает, дает колоссальную силу, надежду – все, что необходимо.

– А как не потерять эту веру? Я сама себе часто задаю вопрос: если Бог существует, почему он не прекратит этот ад, в котором мы живем?

- Если вы спрашиваете такое, то сразу перекладываете ответственность на Бога. Мол, почему он допустил, что люди гибнут, люди страдают. Но надо понимать, что когда Бог сотворил человека, он дал ему определенную власть и определенную ответственность. Многое зависит от человека. Человек сам решает, какой поступок ему совершить. Бог не корректирует его действия, Бог учитывает волеизъявление человека. Если человек принимает решение совершить тот или иной поступок, Бог с этим соглашается. Ему это может не нравиться, но он не ломает человека через колено, он учитывает его выбор и решение.

А позиция – от нас ничего не зависит, мы к этому не имеем никакого отношения – это перекладывание ответственности на Бога. Это немного не соответствует действительности и тому, что о Боге говорит Библия.

- Вы проходили для себя какие-то учения, чтобы, по крайней мере, уметь помочь себе и тем, кто рядом?

– Ходил стрелять, закончил курсы по тактической медицине. У меня в авто всегда лежит турникет, аптечка, где есть необходимые штуки для оказания первой неотложной помощи. Это важно. Это о сознательности.

Материальные вещи – это все временно

- Есть ли у вас роль, которую вы хотели бы сыграть?

- Когда-то в руки мне попал сценарий фильма «Первый украинский олигарх», который рассказывает о выдающемся украинском меценате Михаиле Терещенко. Его внук написал о нем книгу, а мой знакомый режиссер Алексей Пантелеев написал сценарий.

Жизнь этого человека просто поражает. Михаил Терещенко – масштабная личность, меценат, общественный деятель. Когда прочитал этот сценарий, думал: какая красота, как это может быть круто! Там прекрасно все – от костюмов, потому что это определенная эпоха, до локаций, где все планировалось снимать. Но на тот момент наше мощное Госкино просто срезало этот проект. Несколько раз мы обращались с просьбами о предоставлении средств для съемок, но тщетно.

Поэтому я бы очень хотел сыграть этого выдающегося человека. Надеюсь, когда-нибудь этот проект реанимируют. Раз в год спрашиваю Лешу, как там дела. Это действительно вау-кино.

Есть сценарий, есть режиссер, у которого есть видение, понимание, как это делать. И самое главное – у Алексея есть культурный вкус. Я работал с ним, и мне очень нравится он как мастер, как режиссер. Это было бы вкусно смотреть.

А так, честно говоря, радуюсь каждому проекту, в который захожу. Слава Богу, есть работа, есть съемки, есть хорошие коллеги, с которыми мы работаем, есть люди, которые смотрят и ценят.

– О чем вы сегодня мечтаете? Многие запрещают себе мечтать, потому что не знают, что будет завтра. Вы позволяете себе это делать?

– Да, я позволяю себе мечтать. Я не ставил свою жизнь в паузу с началом полномасштабной войны. Конечно, определенное время был шок, адаптация, понимание, переосмысление происходящего. Даже после прилета в квартиру был определенный период переосмысления, почему это произошло, что делать дальше. Происходила большая переоценка ценностей. Я осознал, что материальные вещи – это все временно. Должны быть ценности, которые выходят за видимую реальность, которые тебя будут держать и помогать жить. Для меня это, конечно, отношения с Богом.

Поэтому позволяю себе мечтать, мечтаю и детям говорю, чтобы они этим занимались, потому что это круто, это развивает. Мечтаю стать одним из лучших актеров в Украине, хочу развиваться, построить классную карьеру. Хочу новых интересных ролей, работать с мастерами украинского кино, чтобы учиться, созерцать.

А еще очень хочу, когда закончится война, путешествовать с семьей по Европе. Очень хочу, чтобы мои дети видели мир, его разнообразие, знали, как живут люди в других странах. Хочу, чтобы у моих сыновей было то, чего у меня не было. Я уже в достаточно взрослом возрасте впервые поехал за границу.

– Многие ваши мечты связаны с работой. Вы уже узнаваемый актер. Всегда верили в себя, что у вас все получится?

– Да. Сначала меня очень поддерживала мама, вдохновляла, верила в меня, мои силы. Она переживала, когда я поехал поступать в театральный: 17 лет, один, в другой город, возможностей мало, денег не хватает, это начало 2000-х. Все было очень сложно. Но она все равно меня поддерживала. И это меня «пушило» некоторое время. Поэтому верю в себя, в свои силы. Тем более, вижу, что есть какой-то талант, что-то у меня получается.