Электоральные особенности украинской эмиграции

Благодаря многомиллионной миграции Украина сегодня является трансграничным явлением, значительно влияющим на жизнь Европы и мира. А влияние вынужденной украинской эмиграции на политическую жизнь собственной страны можно будет понять во время будущих выборов, когда бы они ни состоялись.

Напоминания о необходимости их проведения все чаще звучат как внутри страны, так и извне. Республиканский сенатор Линдси Грэм пускал пробный шар, призывая к проведению выборов еще в 2023 году. С того времени американцы периодически возвращаются к этой теме. На днях спецпредставитель президента США по вопросам Украины и России Кит Келлог заявил об уместности проведения выборов в 2025 году. Такая забота об украинской демократии объясняется планами по запуску переговоров о прекращении войны, результаты которых со стороны Украины должна подписывать сторона, не имеющая рисков потери легитимности.

Этот подход горячо поддерживает кремлевский трон. Большие «приверженцы» демократических выборов — россияне — принимают активное участие во всех выборах в мире, кроме собственных. Российское вмешательство в украинские политические гонки должно компенсировать военно-стратегический провал РФ в деле уничтожения нашего государства.

Внутри Украины оппозиционные политические силы также стремятся подсчитать избирательные голоса, потому что считают Зеленского и его менеджеров теми, кто со временем стали бенефициарами этой войны, не заинтересованными в ее прекращении из-за высокой вероятности потерять власть на выборах. Власть же понимает, что завоевать электоральную приверженность без победы невозможно. Вместе с тем с учетом неотвратимости выборов ведется работа по изучению общественного мнения и даже создается Министерство национального единства. Одним из его задач является коммуникация государства с эмигрантами.

Несмотря на сложности проведения выборов в обозримые сроки, становится очевидным, что тема обновления украинского политикума — одна из тех, которые будут определять общественную жизнь в 2025 году не только в Украине, но и вне ее границ.

В электоральном поле произошли уникальные изменения — миллионы украинцев переместились с постоянных мест проживания в том числе и за границу и отныне составляют демографическую прослойку с мощным избирательным потенциалом.

Характеристики электорального потенциала вынужденной эмиграции

Количественные характеристики. За границей сейчас находится немногим менее 7 миллионов украинских вынужденных эмигрантов, около 5 миллионов живут в странах ЕС. Из них 2,9 миллиона украинских граждан — избирательного возраста (женщин — 1,9 миллиона, мужчин — 960 тысяч). Это почти 70% от общего количества украинцев с временной защитой в Европе.

Соответственно, мировое количество потенциальных зарубежных избирателей, учитывая данные, предоставленные МИД на запрос ОО «Опора» (8 177 638 человек), могло бы составлять около 4,5 миллиона человек. По данным предыдущих выборов (президентских в 2019 году), общее количество избирателей составляло немногим более 30 миллионов. Следовательно, доля предполагаемого избирательного потенциала вынужденных эмигрантов — около 15%.

Следует вспомнить еще свыше миллиона украинских беженцев, уже проголосовавших билетами на Восток и находящихся в РФ и Беларуси (по данным управления Верховного комиссара ООН по вопросам беженцев). Возможность и целесообразность формализации их политической позиции на выборах — еще два вопроса, на которые должны быть даны ответы в соответствии с буквой и духом избирательного законодательства.

Следовательно, если бы выборы состоялись сейчас, значительную долю избирателей составляли бы эмигранты — граждане, которые уже почти три года живут в абсолютно других условиях, чем жители Украины, и в случае высокой явки могут сильно повлиять на политический курс страны.

Качественные характеристики. По данным разных опросов, от 25 до 60% эмигрантов не планируют возвращаться в Украину, и среднеарифметический показатель продолжает расти с углублением адаптации украинцев за границей.

Но они остаются гражданами Украины и имеют право голоса. Какое их количество будет иметь желание голосовать — большой вопрос.

Но есть вопросы еще серьезнее. Доля мужчин избирательного возраста среди зарубежных вынужденных эмигрантов составляет свыше 30% (почти 1 миллион человек). Большинство из них — военнообязанные и находятся в полулегальном положении с точки зрения консульского учета. А следовательно, имеют преграды для реализации своих избирательных прав. Только один из 16 украинцев за границей находится на консульском учете. По состоянию на 21 июня 2023 года таких граждан было немногим более 493 тысяч, и 88% из них являются совершеннолетними.

Как бы то ни было, но большое количество граждан за границей имеют значительный электоральный потенциал. Уровень влияния эмигрантов на политический курс страны можно увидеть на примере недавних выборов в Молдове и Грузии.

«Бытие определяет сознание», и поэтому логично, что эмигранты всегда голосуют не так, как граждане внутри страны.

Очевидная причина того, почему жители Молдовы и Грузии не отдают большинство голосов прозападным политическим силам, — война в Украине. Они боятся российской агрессии в ответ на откровенно прозападный курс. Вместе с тем российская эмиграция и обход россиянами западных санкций привели в эти страны дополнительные деньги.

Количество грузин, принимающих участие в голосовании за границей, небольшое, поэтому погоды не делает. А вот если бы не молдовская зарубежная диаспора, результаты прошлогодних президентских выборов в Молдове могли быть абсолютно другими.

Украинцы за границей тоже голосуют иначе, чем жители Украины. На предыдущих выборах влияние украинских представителей диаспоры на результаты всегда было незначительным из-за их мизерной доли и низкой явки. Это подтверждают показатели предыдущих выборов в 2019 году, когда из 449 174 человек, включенных в список избирателей на зарубежных участках, проголосовали всего 59 830 (13%).

Но отныне влияние зарубежных избирателей выглядит для Украины значительно актуальнее, чем для какой-либо страны мира. Поэтому с учетом уникальной демографической ситуации и структуры интересов украинцев за границей можно ожидать на выборах абсолютно неожиданные результаты. Что, если текущие интересы украинских эмигрантов и эмигранток в большей степени совпадают не с политическим курсом на евроатлантическую интеграцию, развитие системы безопасности и военные реформы, а с нарративами «Мир любой ценой», «Запад нас использует», «Украина никогда не будет в НАТО», «Откроем границы» и «Амнистия всем уклонистам»?

Текущие интересы

На фоне указанного выше следует рассмотреть структуру текущих интересов вынужденной украинской эмиграции.

Две основные категории украинцев за границей определяются желанием вернуться или не возвращаться в Украину. Согласно этим стремлениям, эмигранты очерчивают будущие перспективы отношений с родиной.

Не вернутся. Тех, кто находится за границей, а также тех, кто планирует навсегда покинуть Украину, прежде всего будут интересовать:

• Судьба имущества, оставшегося в Украине
• Открытие границ
• Воссоединение семей за границей
• Угроза прекращения льготных условий из-за предоставления временной защиты в странах Европы
• Получение нового гражданства

Вернутся. Перемещенные украинцы, желающие вернуться или рассматривающие возможность возвращения, будут учитывать наступления следующих условий:

• Долгосрочное решение рисков безопасности
• Жилищные вопросы
• Статус мужчин, уклонявшихся от мобилизации за границей
• Возможности для получения образования, получение работы и ведение бизнеса
• Масштабы восстановления
• Государственная поддержка

С течением времени адаптация украинцев за границей углубляется. Соответственно, количество тех, кто не планирует возвращаться, увеличивается, а количество тех, кто интересуется политической жизнью в Украине, уменьшается. Следовательно, чем дальше откладываются выборы, тем меньшим будет участие в них украинских эмигрантов.

Что мешает проведению выборов в кратчайшие сроки?

Помимо приостановки войны есть ряд барьеров для того, чтобы граждане могли полноценно избирать и быть избранными:

• Миллионы украинских граждан исключены из жизни в Украине формально, физически и ментально. Прекращение боевых действий, открытие границ, а также мероприятия и определенное время, необходимое для выполнения предвыборных действий, — ключевые условия для проведения выборов.
• Угрозы низкой явки избирателей. Большинство украинских граждан за границей не находятся на консульском учете. По данным опросов, 25–50% не планируют возвращаться. В итоге значительная часть эмигрантов или не сможет принять участие в выборах, или может их проигнорировать.
• Технические проблемы. В условиях, когда миллионы избирателей переместились с постоянных мест проживания, техническая организация голосования связана с рядом проблем. Возможность электронного голосования нуждается в реформах законодательства и имеет риски хакерских вмешательств. Доверия к онлайн-выборам не добавляют технические аварии, происходящие, в частности, из-за вражеских кибератак. Последние примеры декабря 2024 года — срыв онлайн-голосования за Общественный антикоррупционный совет МО Украины или взлом государственных электронных реестров, надолго приостановивших работу.
• Нехватка финансов. В последний раз, когда президент Зеленский отвечал на замечания западных партнеров о необходимости выборов, он озвучивал цифру около 5 млрд грн, необходимых для их проведения, и подчеркивал, что источником этих средств должны быть западные инициаторы украинских выборов.
• Организационные проблемы. Проведение выборов предусматривает ряд вопросов, ответы на которые даже не начинали обсуждать. Нужно ли открыть границы? Должны ли западные страны аннулировать временную защиту для украинских мигрантов (а если так, то в каком статусе вынужденные эмигранты должны находиться там до возвращения)?
• Новые миграционные угрозы. Взаимодействие с западными партнерами. Нужно учитывать, что баланс между украинцами с обеих сторон западной границы может измениться в пользу доли эмигрантов в случае, если накануне проведения выборов будут открыты границы. Как следствие на протяжении по меньшей мере нескольких месяцев будут наблюдаться новые разнонаправленные волны миграции. Если Украина и страны ЕС не введут механизмы сдерживания таких волн, то есть основания считать, что многие украинцы проголосуют билетами на поезд в сторону Запада.

Но есть и еще одна преграда — понимание украинцами уязвимости политического поля для вмешательств и манипуляций. Применение инновационных инструментов влияния на электорат через социальные сети и видеосервисы дает возможность эффективно продвигать к власти политиков-шоуменов с контроверсионными взглядами и даже без политического бэкграунда, как, например, на текущих президентских выборах в Румынии. К тому же возможности рашистских ботоферм за границей значительно шире, чем на территориях вещания телемарафона. Москва будет пытаться расколотить украинское общество старыми добрыми нарративами — армия, язык, вера — только от российского производителя. В Украине же к этим традиционным линиям размежеваний добавилась новая: уехал — остался.

Поэтому большинство украинцев, согласно опросам, считает запуск электоральных гонок преждевременным. Но количество тех, кто хочет ускорения проведения выборов, увеличивается.

Подытоживая, нужно заметить, что, несмотря на наступление ключевых условий и решение организационных проблем, дающих возможность провести выборы, нужна целенаправленная коммуникация с вынужденной украинской эмиграцией. Независимо от даты будущих выборов электоральный цикл уже начат, а следовательно, коммуникационные стратегии с эмиграцией нужно запускать уже сейчас.

Коммуникационная политика, направленная на перемещенных за границу украинцев, должна включать:

• Донесение понятных предложений со стороны громад, бизнеса и государства
• Консультации со стороны специалистов
• Противодействие дезинформации (особенно со стороны РФ)
• Проведение исследований и опросов мнения эмигрантов
• Налаживание связей между эмиграцией и громадами, в частности привлечение эмигрантов к жизни громад.

Те политические силы, которые наладят эффективную коммуникацию с эмигрантами, получат голоса украинцев за границей. Выборы же могут из главной угрозы для украинской государственности превратиться в инструмент эффективных перемен и поощрения украинцев к возвращению.