Путин не хочет мира, Европе нужна армия, а Украина ждет настоящего мира - текст выступления Зеленского в Мюнхене

Президент Украины Владимир Зеленский в субботу, 15 февраля, выступил на главной сессии Мюнхенской конференции по безопасности 2025. В своем выступлении он акцентировал на необходимости создать единую европейскую армию, и заявил, что вопрос вступления Украины в НАТО не снят с повестки дня. Глава государства также рассказал о переговорах с президентом США Дональдом Трампом и возможных срока завершения войны, а еще предупредил, что диктатор Путин не хочет мира и пытается вести свою игру.

Полный текст выступления главы украинского государства:

Уважаемые дамы и господа!

В начале конференции каждая страна обычно делится своей позицией, приоритетами – официально, открыто или в неформальном разговоре с журналистами, с партнерами.

А в этом году страна, которая даже не была приглашена, все же заявила о своем присутствии. Страна, о которой здесь все говорят – и не в самом лучшем смысле. В этом году в ночь перед Мюнхеном российский ударный беспилотник поразил саркофаг, накрывающий разрушенный четвертый реактор Чернобыльской атомной электростанции. Это был модифицированный дрон «Шахед» – русский дрон, технологию изготовления которого Иран передал России. Его боеголовка несла не менее 50 килограммов взрывчатки. И мы рассматриваем это как очень символический шаг со стороны России, со стороны Путина.

Только недавно в Украине мы обсуждали решающую роль ядерной энергетики в обеспечении жизнедеятельности страны, несмотря на постоянные атаки России на нашу украинскую энергетическую инфраструктуру. Сейчас мы готовим проект расширения нашей Хмельницкой атомной электростанции – буквально за день до «Мюнхена» я был там на станции – с участием американского бизнеса, в частности компании Westinghouse.

Этот проект укрепит энергетическую безопасность не только Украины, но и всего европейского региона. А еще мы также недавно говорили с Президентом Трампом и его командой о ядерной энергетике и крупнейшей в Европе атомной электростанции – нашей Запорожской АЭС, которую сейчас оккупировала Россия. И Россия ответила, отправив беспилотник, чтобы поразить чернобыльский саркофаг, где хранится радиоактивная пыль и обломки.

И это не какое-то безумие. Это позиция России.

Страна, которая наносит такие удары, не хочет мира. Нет. Не желает.

Она не готовится к диалогу. Практически каждый день Россия направляет на нас до сотни, а то и больше «шахедов». Каждый день. И регулярно атакует баллистическими ракетами. И постоянно увеличивает количество авиаударов. Но это еще не всё.

В этом году Москва планирует создать 15 новых дивизий, увеличив численность до 150 тысяч солдат. Это больше, чем национальные армии подавляющей части европейских стран. Россия еженедельно открывает новые призывные пункты.

И Путин может себе это позволить – цены на нефть все еще достаточно высоки, чтобы он мог игнорировать мир. И у нас есть четкие разведданные, что этим летом Россия планирует отправить войска в Беларусь под предлогом учений. Но именно так они разворачивали войска перед полномасштабным вторжением в Украину три года назад.

Назначены ли эти российские силы в Беларуси для нападения на Украину? Может быть. А может, нет. А может быть, они для вас.

Позвольте мне напомнить: Беларусь граничит с тремя странами НАТО. Она практически стала плацдармом для русских военных операций.

По словам как Путина, так и Лукашенко, в Беларуси сейчас размещено запрещенное оружие – ракеты средней дальности и даже ядерное оружие. Очевидно, что Путин рассматривает Белоруссию как очередную российскую провинцию. И мы должны быть реалистами – если кто создает военный плацдарм, мы должны спросить: что нам с этим делать?

И, что важнее: что мы можем сделать до следующего нападения, последующего вторжения?

Вспомните, что на польской и литовской границах с Беларусью уже были провокации, связанные с миграционным кризисом, которые устроила российская разведка, чтобы посеять хаос в Европе.

Но что если в следующий раз это будут не мигранты? Что если это будут русские войска? Или северокорейские войска? Не делайте ошибочных выводов – северные корейцы не слабы.

Сейчас они учатся воевать, вести современную войну. А как насчет ваших армий? Готовы ли они?

И если Россия начнет операцию под чужим флагом или без опознавательных знаков с территории Беларуси, как это было с Крымом в 2014 году, как быстро отреагируют союзники? И отреагируют ли вообще?

Вчера здесь, в Мюнхене, вице-президент США четко дал понять: десятилетия, по его словам, десятилетия прежних отношений между Европой и Америкой заканчиваются. Теперь все будет по-другому, и Европа должна адаптироваться к этому.

Дамы и господа! Я верю в Европу. И я уверен, что вы тоже верите. И я призываю вас действовать – ради себя и ради Европы, народов Европы, ваших наций, ваших домов, ваших детей и нашего общего будущего. Для этого Европа должна стать самодостаточной – объединенной общей силой, украинской и европейской.

Сейчас украинская армия благодаря мировой поддержке – спасибо за нее – сдерживает Россию. Но если не мы, то кто их остановит? Действительно! Будьте честны: сейчас мы не можем исключить возможность того, что Америка может сказать «нет» Европе относительно вызовов, которые ей угрожают.

Многие, очень многие лидеры говорили о том, что Европе нужны собственные вооруженные силы, армия – армия Европы. И я действительно верю, что это время пришло. Необходимо создать вооруженные силы Европы. Это не сложнее, чем решительно противостоять российским атакам, как мы это уже делаем. Но речь идет не только об увеличении оборонных расходов в качестве долей ВВП.

Деньги, конечно, нужны, но сами по себе деньги не остановят враждебное наступление. Люди и оружие не даются даром, но опять же дело не только в бюджете. Дело в осознании людьми необходимости защищать свой собственный дом.

Без украинской армии европейских армий будет недостаточно, чтобы остановить Россию. Это реалии настоящего. Только наша армия в Европе имеет настоящий, современный боевой опыт.

Но одной нашей армии тоже недостаточно. И нам нужно то, что вы можете предоставить. Оружие. Учеба. Санкции. Финансирование. Политическое давление. И единство.

Три года полномасштабной войны доказали, что у нас уже есть основа для объединенных европейских вооруженных сил. И теперь, когда мы ведем эту войну и закладываем основы мира и безопасности, мы должны построить вооруженные силы Европы. Чтобы будущее Европы зависело только от европейцев, и решения о Европе принимались в Европе.

Именно поэтому мы говорим с европейскими лидерами и Соединенными Штатами о военных контингентах, которые могут обеспечить мир, и не только в Украине, но и во всей Европе. Именно поэтому мы развиваем совместное производство оружия, особенно беспилотников. Прежде всего.

Например, датская модель совместного инвестирования в производство вооружений в нашей стране уже хорошо работает очень, очень, очень успешно. Только в прошлом году благодаря усилиям украинцев и партнеров мы произвели более 1,5 миллиона беспилотников разных типов. Украина сегодня является мировым лидером по использованию беспилотников в боевых действиях. Это наш успех. Но это тоже и ваш успех. Безусловно. И все, что мы строим для своей обороны в Украине, укрепляет вашу безопасность. Это же касается и артиллерии, и противовоздушной обороны, и технологий, и бронетехники.

Все, что необходимо для защиты жизни в современной войне, должно производиться в Европе в полном объеме. У Европы есть все необходимое. Европе просто нужно объединиться и начать действовать так, чтобы никто не мог сказать Европе «нет», командовать ею или обращаться с ней, как со слабой силой.

Речь идет не только о накоплении оружия. Речь идет о рабочих местах, технологическом лидерстве и экономической силе для Европы. Прошлой осенью в своем Плане победы я предложил заменить часть американского контингента в Европе украинскими войсками – конечно, если Украина будет в НАТО. Если американцы сами решат пойти по этому пути и уменьшить свое присутствие – это, конечно, нехорошо, это очень опасно, но мы все в Европе должны быть готовы к этому. И я начал говорить об этом еще до выборов в США, поскольку видел, куда двигается американская политика.

Но Америка должна увидеть, куда двигается Европа.

И это направление европейской политики должно быть не просто многообещающим – оно должно вызывать у Америки желание быть рядом с сильной Европой. Это вполне возможно. Я в этом уверен. И мы должны формировать этот курс, Европа сама должна определять свое будущее. Нам необходима уверенность в собственной силе, чтобы у остальных не было другого выбора, кроме как уважать европейскую силу.

А без европейской армии это невозможно. Еще раз повторяю: Европе нужны свои вооруженные силы. И я знаю, я знаю, что Марк Рютте, мой добрый друг, сейчас меня слушает. Марку, друг, речь не идет о замене Альянса. Речь идет о том, чтобы внести вклад Европы в наше партнерство равным вкладу Америки.

И нам нужен одинаковый подход, когда речь идет о дипломатии: работать вместе ради мира.

Украина никогда не согласится на сделки, заключенные за нашей спиной, без нашего участия. И это самое правило должно применяться ко всей Европе. Никаких решений по Украине без Украины.

Никаких решений по Европе без Европы. Европа должна иметь место за столом, когда принимаются решения по Европе. Все остальное – ничто. Если мы остаемся вне переговоров о нашем собственном будущем, то мы все проигрываем.

Посмотрите, что сейчас пытается сделать Путин. Это его игра. Путин хочет переговоров с Америкой тет-а-тет – так же, как перед войной, когда они встретились в Швейцарии и, казалось, собирались разделить мир.

Далее Путин попытается добиться того, чтобы Президент США стоял на Красной площади 9 мая этого года не как уважаемый лидер, а как массовка в его спектакле. Нам это не нужно. Нам нужен настоящий успех.

Нам нужен подлинный мир. Некоторые в Европе, возможно, не до конца понимают, что сейчас происходит в Вашингтоне. Но сосредоточимся на понимании самих себя именно здесь, в Европе. Сначала мы должны дать силу Европе. Нужна ли Европа Америке? Как рынок сбыта – да. Но как союзник? Я не знаю. Чтобы ответ был "да", Европе нужен единый голос, а не десяток отдельных голосов.

Даже регулярно приезжающие в Мар-а-Лаго должны быть частью сильной Европы, потому что Президент Трамп не любит слабых друзей. Он уважает силу.

Далее.

Некоторые в Европе могут испытывать недовольство в отношении Брюсселя. Но будем откровенны: если не Брюссель, то Москва. Это ваше решение. Это геополитика. Это история. Москва разорвет Европу на части, если мы, европейцы, не будем доверять друг другу.

Несколько дней назад Президент Трамп рассказал мне о своем разговоре с Путиным. Он ни разу не упомянул, что Америке нужна Европа за этим столом. Это о многом говорит. Старое время, когда Америка поддерживала Европу просто потому, что она всегда это делала, прошли.

Но Президент Трамп однажды сказал: важна не та семья, в которой ты родился, а та, которую ты построил. Мы должны построить теснейшие отношения с Америкой – и да, новые отношения, – но как европейцы, а не просто как отдельные нации.

Поэтому нам нужна единая внешняя политика – скоординированная дипломатия – внешняя политика общей Европы. И пусть окончание этой войны станет нашим первым общим успехом в этой новой реальности.

И мы уже работаем над тем, чтобы 24 февраля, в третью годовщину полномасштабного вторжения России, мы могли собраться вместе в Киеве вживую и онлайн. Все европейские лидеры. Все ключевые партнеры защищают нашу безопасность. От Испании в Финляндию. От Великобритании до Польши. От Вашингтона до Токио.

Эта встреча должна дать четкое видение наших следующих шагов по миру, гарантиям безопасности и будущему нашей общей политики.

И я не верю в гарантии безопасности без Америки – да они будут просто слабыми.

Но Америка не даст гарантий, если у самой Европы нет сильных гарантий. Я также не буду снимать вопрос членства Украины в НАТО с повестки дня.

Но сейчас самым влиятельным членом НАТО, похоже, является Путин, ведь его прихоти способны блокировать решения НАТО. И это при том, что именно украинская армия остановила Россию не страна НАТО, не войска НАТО, а только наш народ и наша армия. На стороне Украины в этой войне не воюют иностранные армии. Но Путин потерял в этой войне около 250 тысяч солдат. Более 610 тысяч человек были ранены.

Только в Курской битве наши войска уничтожили около 20 тысяч русских солдат. Мы полностью уничтожили северокорейские подразделения, которые Путин вынужден был ввести, потому что его собственных сил не хватало, чтобы сдержать наше контрнаступление. Уже больше полугода украинцы удерживают позиции на российской территории, хотя именно Россия хотела создать буферную зону на нашей земле, в Украине.

Я горжусь Украиной. Я горжусь нашим народом.

Но сейчас я прошу вас – каждого из вас – честно ответить на этот вопрос: если бы Россия пришла за вами, могла бы ваша армия воевать так же?

Я не хочу, чтобы кому-то пришлось это выяснять – не дай бог. Вот почему мы говорим о гарантиях безопасности. Именно поэтому мы считаем, что основой любых гарантий безопасности для Украины должно быть членство в НАТО. Или если не это, то условия, которые позволят нам построить другое НАТО прямо здесь, в Украине.

Потому что в какой-то момент будет предел между войной и миром. Где этот предел будет проведен и насколько он будет крепким, зависит от нас.

Мое предложение: восточная граница Украины, восточная граница Беларуси, восточные границы стран Балтии, восточная граница Финляндии. Это самая сильная линия безопасности для всех нас в Европе, потому что это линия международного права. И помним ли мы еще, что такое международное право? Будьте честны: «международное право» – эти два слова уже звучат несколько устарело. Но я считаю, что миссия Европы состоит в том, чтобы сделать так, чтобы международное право все еще имело значение.

И, наконец, последний пункт.

Какие гарантии безопасности может предложить Путин?

До войны многие сомневались, смогут ли украинские институты выдержать давление России и Путина.

Но, наконец, именно Путин столкнулся с внутренним вооруженным восстанием.

Именно ему пришлось защищать свою столицу от своих военачальников. Уже одно свидетельствует о его слабости.

Так что же будет с миллионом российских солдат, сейчас воюющих в Украине? Где они будут сражаться, если не в Украине?

Вот почему мы не можем просто согласиться на прекращение огня без реальных гарантий безопасности, без давления на Россию, без сдерживания России.

Чтобы сразиться с нами, Путин стащил войска из Сирии, из Африки, с Кавказа, даже с части Молдовы. И сейчас он сталкивается с нехваткой боевых сил.

И если эта война закончится не так, как надо, у него будет переизбыток проверенных в боях солдат, которые не умеют ничего, кроме как убивать и мародерствовать. И это еще одна причина, почему судьбу этой войны не могут определить лишь несколько лидеров: ни Трамп и Путин, ни я и Путин, ни кто-либо здесь, в Мюнхене, наедине с Путиным.

Мы должны давить вместе, чтобы достичь подлинного мира.

Путин не может предложить реальные гарантии безопасности. Не только потому, что он лжец, но и потому, что России в ее нынешнем состоянии нужна война, чтобы удержать власть. И мир должен быть от этого защищен.

Итак, во-первых, вооруженные силы Европы как обновление НАТО.

Во-вторых, общая европейская внешняя политика.

В-третьих, уровень европейского сотрудничества, который Вашингтон должен воспринимать всерьез.

В-четвертых, международное право.

В-пятых, продолжение давления на Россию, потому что мир гарантирует именно это давление, а не слова Путина, не просто какие-то бумаги.

Путин лжет. Он предсказуем. И он слаб.

Мы должны этим воспользоваться – сейчас, а не потом. И мы должны действовать как Европа, а не как группа отдельных людей.

Некоторые говорят, что новый год наступает не 1 января, а во время Мюнхенской конференции по безопасности.

Этот новый год начинается сейчас, и пусть он будет годом Европы – объединенной, сильной, безопасной и мирной. Мир для Украины. Мир для Европы. Мир для всего мира. Для всех ваших семей.

Благодарю вас! Слава Украине!