Российское образовательное оружие в Крыму

Одиннадцать лет Крымский полуостров пребывает под оккупацией. За это время россиянам удалось не только превратить его в мощный военный плацдарм, но и радикально изменить крымскую образовательную парадигму, с 2014 года ориентированную на формирование «настоящих патриотов России» и «послушных граждан», которые должны поддерживать любую политику Кремля. Именно поэтому идеологическая обработка маленьких крымчан начинается еще с детских садов и продолжается на всех образовательных уровнях. Но с началом полномасштабной агрессии против Украины образование становится настоящим оружием россиян.

Патриотические каноны и «историческая правда»

В конце 2014 года во временно оккупированном Крыму приняли Концепцию патриотического и духовно-морального воспитания населения в Республике Крым, акцентирующую внимание в первую очередь на роли образования в формировании чувства патриотизма среди крымских детей и молодежи. Основными направлениями патриотического воспитания определили: использование исторического наследия; пропаганду российских ценностей; интеграцию молодежи в общественную жизнь через участие в волонтерской деятельности (в частности через сотрудничество с разными организациями).

Выполнение этой концепции предусматривало кардинальное изменение исторической составляющей образования. В 2014/2015 учебном году крымские школьники начали учиться по российским стандартам, которые должны были изменить их представление об исторических событиях, прежде всего связанных с новейшей историей. Поэтому российскую аннексию полуострова подают как «воссоединение с Россией», которое произошло по «волеизъявлению крымчан» вследствие «смены власти в Украине, угрожавшей крымчанам притеснениями». Методические рекомендации предлагали усиливать эти тезисы высказываниями Путина об «извечном российском статусе Крыма» и настаивать на том, что «крымская весна» освободила крымчан от «гнета украинизации».

Переход к российской исторической парадигме способствовал изданию весьма одиозного учебника «История Крыма» для 10-го класса, в котором фактически повторялись сталинские обвинения крымскотатарского народа в «пособничестве нацистам». Например, был тезис о том, что именно представители крымских татар встречали гитлеровцев цветами и вином, а позже активнее, чем другие народы полуострова, сотрудничали с нацистами. Несмотря на то, что учебник изъяли, его тезисы остаются популярными не только среди простых крымчан, но и среди тех, кто считается учеными. Бесспорно, клеймо измены помогает уже современной российской власти преследовать крымских татар.

Откровенную ненависть к Украине демонстрирует новый российский учебник для старшей школы авторства бывшего министра образования РФ Владимира Мединского, который идентифицирует Украину как «ультранационалистическое государство», что в российской интерпретации фактически равняется нацизму. Таким образом, российскую агрессию против Украины оправдывают «необходимостью защитить Россию», а аннексию Крыма в 2014 году — превентивными мерами против НАТО, которое планировало «разместить свои базы вместо Черноморского флота РФ». В конце концов, в учебнике уже окончательно отказывают Украине в субъектности — начиная с тезиса об «Украине как антироссийском проекте австрийского генштаба» и заканчивая «подконтрольностью Западу, который руками советников из НАТО подталкивал к нападению на РФ». Все это должно сформировать у крымских детей понимание Украины как вражеского государства, которое не имеет права на существование.

Милитаризованное образование

Историческая основа становится основой для воплощения практических шагов, ключевым из которых является повышения уровня мотивации детей идти на военную службу. На это образовательные структуры ориентирует принятый в Крыму в конце 2022 года закон «О патриотическом и духовно-моральном воспитании». Поэтому милитаризация становится одним из важнейших направлений российской образовательной политики на полуострове. В детских садах дети участвуют в милитари-спектаклях — одетая в военную форму с игрушечными автоматами малышня демонстрирует «войну против фашистов», к которым россияне относят украинских воинов, обороняющих свою землю.

С первых лет оккупации в крымские школы возвращаются присущие советскому образованию занятия по военной подготовке, где подростков обучают обращаться с оружием. Детей приобщают к подготовке тематических мероприятий к российским милитари-праздникам: 23 февраля (день защитника отчизны) и 9 мая (день победы). Регулярными становятся встречи с ветеранами, куда вместо участников Второй мировой войны приходят «афганцы» и участники войны на востоке Украины. Сегодня их сменили «герои СВО», которые рассказывают детям о своих «подвигах» в борьбе против «укронацистов».

Героизация российских военных становится еще одним ключевым направлением образовательной политики россиян в Крыму — захватчикам устанавливают мемориальные доски на школах, открывают «парты героев», которые становятся частью школьной истории. И дети начинают верить в фейковые истории о фейковых героях, которые должны стать «примером мужества и героизма».

В отличие от общеобразовательных школ, в специальных военных учебных заведениях милитаризация сознания становится определяющей. На протяжении оккупации в Крыму открыли несколько таких заведений (в Севастополе, Симферополе, Алуште), а также больше 240 кадетских классов в обычных школах. За восемь лет количество этих классов выросло в 16 раз, что демонстрирует стремление российской власти подготовить как можно больше солдат для будущих войн. В последние годы кадетские группы начали открывать даже в детских садах.

Важную роль в насаждении «российских ценностей» и милитаризации крымчан играют разные движения, направленные на максимально широкое привлечение детей и подростков. Так, «Орлята» ориентированы на начальную школу, «Первые» и «Юнармия» — на детей от 11 лет. Если «Юнармия» больше сосредоточена на военной подготовке (внешкольные занятия, летние лагеря и сборка дронов), то «Первые» — на волонтерской деятельности («путинские пионеры»). Все это вполне отвечает принципам патриотического воспитания, вследствие которого крымские дети должны не просто стать патриотами навязанной родины, но и вырасти послушной опорой российского режима.

Высшая школа: наука и образование на службе «СВО»

Крымское высшее образование подверглось серьезным трансформациям: семь высших учебных заведений АР Крым после оккупации объединили в одно — Крымский федеральный университет имени В.Вернадского, где не нашлось места факультету украинской филологии и украиноведения, который был ликвидирован летом 2014 года.

За десять лет КФУ пережил несколько трансформаций. Одна из них произошла с факультетом славянской филологии и журналистики, на базе которого открыли Институт медиакоммуникаций, медиатехнологий и дизайна (ИММД) под руководством известного крымского пропагандиста Александра Мащенко. В 2024 году СБУ объявила ему подозрение из-за оправдания российской войны против Украины.

Для популяризации работы военных корреспондентов ИММД запустил серию видеолекций «История военной журналистики», которую открывает Лев Толстой, а закрывают украинофобы Захар Прилепин и Александр Коц. Именно эти лица, по мнению авторов, должны стать примером для современных крымских студентов-журналистов.

В 2024 года ИММД представляет фильм с красноречивым названием «И что отведено кому, пусть каждый совершит. Университет в специальной военной операции: два года на образовательном фронте». Это пропагандистское произведение рассказывает о помощи фронту крымских ученых и студентов: «…собрали десятки тон гуманитарной помощи, написали сотни писем, сдали литры крови для раненых и регулярно выступают с концертами перед российскими военными». Все это должно неразрывно связать в сознании крымчан современную российскую агрессию против Украины с советско-немецкой войной 1941–1945 годов, а КФУ — продемонстрировать «единство фронта и тыла» в борьбе с «неонацизмом», который, согласно пропагандистским мифам, олицетворяет Украина. Эти тезисы представляет и.о. ректора КФУ В. Курьянов, который отмечает, что университет «активно присоединился к войне против Украины», которая «из цветущей советской республики превратилась в логово нацизма».

Это «присоединение» — не только материальная и моральная поддержка, но и активное участие в подготовке военных кадров, которой занимается Военный учебный центр университета, готовя солдат, сержантов и офицеров запаса, военных медиков. Центр беспилотных летательных систем, созданный после начала полномасштабной войны, открывает курсы по подготовке операторов БПЛА в Симферополе и Ялте якобы с гражданской целью — помогать в «патрулировании крымских улиц и парков». Но потом вместо школьников на занятия приходят бойцы «СВО». Кроме того, Центр БПЛА налаживает сотрудничество со школами, стараясь внедрять в образовательный процесс новые технологии в игровом формате, что должно повысить интерес учеников к занятиям по военной подготовке. Это не только позволит развивать военные навыки у подростков, но и «будет способствовать формированию стратегического мышления, научит командной работе», что «крайне важно для СВО».

Когда-то Нельсон Мандела говорил, что образование является мощным инструментом, с помощью которого можно изменить мир. Бесспорно, он мечтал о переменах к лучшему. Россия, наоборот, использует образование как инструмент для воспитания солдат для современных и будущих войн Кремля за «место под солнцем».