Четвертый год войны: чего ожидать Украине на поле боя?

Украина входит в четвертый год полномасштабной войны с Россией. Наверное, три года назад, в конце февраля 2022-го, прогнозировать такой срок противостояния могли лишь единицы самых отчаянных украинцев. За минувшие три года война неоднократно менялась, обрастая новыми тактиками, методами, технологиями и стратегией.

В течение этих трех лет украинские и российские силы постоянно старались превзойти другую сторону: новые технологии были направлены на получение как тактического, так и стратегического преимущества. «Мангалы» на российской технике, которые так высмеивали украинцы в начале войны, после появления FPV-дронов стали обычным делом и для украинской техники. Против разведывательных дронов появились зенитные БПЛА, против FPV — РЭБ на всех возможных частотах.

Но ярче всего демонстрирует постоянное совершенствование сторон тактика использования морских дронов. В течение 2023-го и в начале 2024 года благодаря им Украина уничтожила до десятка разных российских кораблей: от больших десантных до тральщиков и буксиров. Тактика противодействия, выработанная врагом, предусматривала постоянное патрулирование вод близ Крыма с помощью десятков вертолетов с тепловизионными приборами и специальными РЛС.

Украина не медлила: почти сразу конструкторы дронов Magura и Sea Baby начали экспериментировать с установкой на беспилотники противовоздушных ракет. И это дало результат — как минимум два подтвержденных сбития вертолетов и еще несколько неподтвержденных. Но главное здесь то, что такой дрон может нести на себе не только ракеты «воздух—воздух», но и несколько FPV-дронов на оптоволокне. Именно они уничтожили российскую систему ПВО «Панцирь-С1» на Херсонщине, в 45 километрах от линии фронта. Кто мог бы предсказать нечто подобное в феврале 2022-го?

Но далеко не во всех случаях получить преимущество удавалось именно нам. В Донецкой области только за прошлый год были оккупированы семь городов и больше пятидесяти сел и поселков. Также нельзя не упомянуть об использовании врагом дронов на оптоволокне — технологии, которая, по подсчетам западных аналитиков, уничтожает до десяти единиц техники Сил обороны за сутки. Это угроза, с которой у нас не получается результативно бороться до сих пор.

Постоянный рост и смена доминирования сторон стало основным фактором, из-за которого боевые действия держат относительно ровную динамику и не дают возможности ни одной из сторон переходить в наступление стратегического масштаба. Я пообщался с несколькими командирами батальонного и ротного уровней, которые защищают нашу страну на самых горячих направлениях. Они подытожили предыдущие годы войны и попытались сформулировать объективный прогноз военных действий четвертого года, который начинается сегодня.

Замечу: здесь речь пойдет не о политической составляющей, а именно о фронте и сценариях развития событий на нем. Основные вопросы, которые были поставлены, касались главных проблем и вызовов для украинских подразделений и прогноза возможных событий непосредственно на линии столкновения.

Херсонское направление, командир батальона одной из бригад, майор:

«Нашу бригаду передислоцировали на это направление после появления угрозы российских штурмов на катерах в сторону Херсона и окраин. Раньше наша бригада стояла на Донетчине и имела совсем другую специфику боевых действий. Как можно увидеть из итогов нашей деятельности, ни один из российских штурмов не привел к результату, то есть закреплению врага на правом берегу Днепра.

Если говорить о вызовах и проблемах, то здесь могу высказаться больше о специфике боев на Донетчине, где мы воевали до этого. Это координация и управляемость подразделений, их взаимодействие и способность выполнить поставленные задачи.

Буду откровенным, далеко не все задачи, которые ставили моему подразделению и подразделениям, где служат мои близкие друзья, были реалистичными. Условно, может поступить задача закрепиться там, где позиции давно утрачены. И люди вместо укрепления должны идти на штурм без необходимых для этого сил и средств. Такие случаи бывали очень часто.

Также большое значение имеет взаимодействие между смежными подразделениями на поле боя. Это проблема, которую нам нужно решить в ближайшем будущем, и я очень верю, что формирование корпусной системы войск поможет усилить этот компонент.

Если говорить о прогнозе, то мне очень сложно сказать что-то четкое. Я не вижу возможности у наших сил пойти в условную атаку на Крым или на освобождение левого берега Херсонской области. Также я не вижу сил у россиян, чтобы они перешли Днепр и как-то продвигались на правобережье. У них просто нет таких возможностей, а те потуги, которые были, мы сразу ликвидировали. Я думаю, что при условии продления войны еще на год мы не увидим чего-то кардинально нового. Все будет где-то так, как сейчас. Такое мое мнение».

Купянское направление, командир батальона одной из бригад, звание не указано по просьбе военного:

«Очень не люблю играть в прогнозирование, потому что в январе 2022-го уже прогнозировал полномасштабную войну. Все зависит от нашего умения реагировать на угрозы и от того, будут ли войска в полной мере обеспечены всем необходимым для ведения боевых действий. Сейчас я не могу сказать, что это так. Сейчас я не представляю, что бы мы делали без волонтерской помощи, потому что весь РЭБ, почти все пикапы, большая часть «мавиков» и FPV — это помощь от волонтеров. Люди стараются привезти все и отдать все, что могут, но нельзя заходить в четвертый год войны без какой-то альтернативы в этом. Я думаю, что именно государство должно взять на себя большую часть такого обеспечения, потому что чисто штатно мы до сих пор ведем войну 2022 года. А реальность кардинально отличается и потребности тоже.

Хочется сказать еще о кадровой политике высшего командования. Поверьте, очень тревожно чувствуешь себя, когда узнаешь об увольнении людей, которых знаешь с 2014 года и которые прошли все возможные испытания. Ты знаешь, что это порядочный человек, который думает о своих людях в несколько раз больше, чем о своей голове. А людей кого просто снимают, а кого вообще под суд бросают. По причинам, где их вины вообще нет».

Курское направление, командир подразделения, беспрерывно ведущего бои на территории России, начиная с августа 2024-го, лейтенант:

«Если мы ничего не сделаем с дронами на оптоволокне, то проиграем эту битву и не сможем долго вести войну на территории врага. Я не буду называть никаких цифр, но потери, которые мы несем здесь за неделю боев, просто нереальны по размерам, я не видел таких потерь в технике за два года своей службы. Пока что все попытки бороться с этим не дают желаемого результата.

Нужно понимать, что техника не бесконечный ресурс. Наши БТР Stryker — не бесконечный ресурс. Я вижу, что делается в Америке, и понимаю, что мы можем оперировать лишь машинами, которые есть сейчас, и ничего нового ждать нет смысла. Поэтому первое и главное препятствие, которое я вижу, это дроны на оптоволокне. Если мы решим эту проблему, то можно будет сказать, что мы воюем при некотором паритете с врагом. Но по состоянию на сейчас — не мы, а нас.

Прогноз на будущее сильно связан с тем, что я сказал. Если получится эффективно противодействовать оптоволокну, мы выйдем на новый уровень противостояния и будем иметь даже преимущество. По крайней мере здесь, под Суджей. Кроме этого, никаких прогнозов давать не хочу».

Покровское направление, командир роты бригады, обороняющей западный фланг города, лейтенант:

«Я воюю с самого начала войны и могу сравнивать то, что было в 2022 году, и то, что есть сейчас. За три года война кардинально изменилась, но это всем и так понятно. Например, то количество FPV, которым оперирует враг сейчас, просто не позволяет нам передвигаться, — не то что проводить эвакуацию, ротацию и подвоз БК. Это, по сути, копеечное средство, которое контролирует все вокруг. Конечно, помогает РЭБ, но далеко не всегда, россияне научились работать на частотах, недосягаемых для многих наших приборов.

Но есть и положительные изменения, например, сейчас совсем не так работает артиллерия кацапов, как это было летом 2022-го, когда засыпали все и кругом. Также в последнее время уменьшилось применение КАБов. В принципе, это и есть причины, почему нам удалось стабилизировать Покровское направление. Также хочу отметить работу дронщиков — они просто боги. Когда на наше направление зашли «Птахи Мадяра», это был действительно геймчейнджер, иначе не скажешь. Россиян просто обескровили, у них из десяти штурмов получалось провести успешно два-три.

Что еще нельзя забывать, так это то, что люди устали. Катастрофически устали. В моем батальоне есть люди, которые служат не то что с первых дней войны, а с первых часов. Есть те, кто вообще с 2014-го беспрерывно, просто представьте это. Людям нужен отдых, им хочется понимать, что их служба когда-то завершится и они вернутся домой, как герои. Не на щите, а как живые герои.

Прогнозировать что-то мне очень сложно. Могли ли мы знать прошлой зимой, что прорыв из Авдеевки приведет к тому, что российский сапог будет стоять в трех километрах от Покровска? Но я думаю, что у нас сейчас достаточно сил, чтобы держать тот фронт, который мы держим. При условии правильного командования и постановки задач, я считаю очень реально — не позволить врагу продвигаться такими темпами, как в минувшие лето и осень. Есть осторожный оптимизм, что мои прогнозы оправдаются».

Пообщавшись с военными практически со всех направлений, можно выделить проблемы и прогнозы на следующий год войны, которые дают военные:

— сейчас у врага нет сил для значительных продвижений на поле боя;

— Украина должна найти решение для борьбы с оптоволоконными дронами россиян;

— нужно работать над улучшением управляемости войск, внедрение корпусной системы должно значительно помочь в этом;

— военные хотят получить хотя бы приблизительные сроки демобилизации, чтобы видеть свое будущее;

— отдельные подразделения жалуются на увольнение их командиров, которых воспринимают как высокопрофессиональных и закаленных в боях;

— нуждаются в системном решении проблемы с обеспечением бригад разведывательными и FPV-дронами, РЭБ и пикапами именно со стороны государства;

— военные видят некоторую положительную динамику в новых подходах к ведению войны и уничтожению врага, в частности на Покровском направлении;

— в целом опрошенные командиры считают, что динамика фронта не будет кардинально меняться в следующем году войны при условии правильного подхода в командовании войсками и дальнейшего внедрения технических инноваций на фронте.

Ознакомившись с интервью и выводами, которые из них следуют, можно почувствовать осторожный оптимизм относительно вероятных событий на фронте в следующем году. Но не нужно забывать, что возможность вести войну будет зависеть не только от Украины, но и от воли американских и европейских партнеров.

Сегодня мы пребываем в том витке событий, когда заокеанских партнеров начинаем воспринимать больше как врага, чем как друга. К сожалению, именно этот «черный лебедь» сейчас является основным, от которого будут зависеть будущее фронта и возможность исполнения всех упомянутых выше прогнозов военных.