Ошибка Трампа

Циничные и аморальные дела надо делать в тишине.

Именно поэтому слишком откровенная игра Трампа с Путиным провалится. В мировой политике всегда были свои грязные «пакты Молотова – Риббентропа», когда судьбы и жизни миллионов решались тихо.

Именно такой должна быть реализация плана Трампа договориться с Путиным ценой Украины, безопасности Европы, жизни миллионов и свободы десятков и сотен миллионов.

У него был шанс все решить, не привлекая особого внимания и не возбуждая Европу и мир. Не поддерживать очередные пакеты помощи для Украины, затягивать решения под разными техническими предлогами, «заговаривать» процесс, торговать украинским политикам необходимость выборов и «вот тогда пойдет помощь».

Таким образом, Украина мягко скатилась бы в критическую ситуацию, а Европа, не чувствуя открытой угрозы, не консолидировалась бы вокруг Киева. Но эгоцентризм и одержимость Трампа «позицией силы» уж слишком контрастируют с необходимым подходом при отвратительных заговорах. Ему важно публично демонстрировать «я лучший сильнейший», «я смогу договориться с кем-либо» или «протиснуть любого».

Отсюда – громкие заявления, объятия с Путиным, откровенные нападения на Украину и Европу. Когда политик позиционирует себя «сильной рукой» и при этом слишком открыто показывает приязнь к токсичному диктатору, это быстро порождает сомнения в его серьезности. Соратники начинают волноваться, избиратели – переспрашивать «почему он так кончен», а старые союзники ищут в варианты противодействия.

Грязные договоренности всегда становятся опасными для самих заговорщиков, если вокруг них поднимается много шума. Это дает возможность оппонентам объединиться, реальной оппозиции – выстроить механизмы противодействия, другим лидерам – отреагировать санкциями или другими шагами.

Почему публичные объятия с Путиным вредят планам Трампа? Путин – слишком токсичен. Для большинства избирателей Трампа – тоже. Хотя большинству американцев в целом наплевать что на международную политику, что на Украину, негативная позиция в отношении Путина стала аксиомой последнего десятилетия.

Он воспринимается как агрессор, посягающий на мировой порядок, как убийца и отвратительный диктатор. Если Трамп публично обнимается с Путиным, то даже его умеренные республиканские избиратели могут почувствовать раздражение на грани с возмущением.

Слишком явная «торговля безопасностью» с Европой. Да, открыто атаковать Украину и Европу было ошибкой. Потому что почему большинство европейцев, и украинцев за годы путинской агрессии точно научились, так это формуле «Если человек угрожает тебя убить – верь ему». Россия слишком часто нарушали договоренности безопасности, а Трамп слишком наглый. Это толкает Европу к быстрой консолидации.

Украина стала символом коллективной безопасности. Путин сам сделал Украину сердечником глобального противостояния, а Трамп своими заявлениями усилил символическое значение Украине для глобальной безопасности. Поэтому Украина на сегодня – это та точка сборки, вокруг которой будут объединяться все сознательные правительства и политики. Точка сборки, которой последние лет 80 выступал Вашингтон. А сейчас эта точка – Киев, как место вокруг которого решается судьба европейской безопасности. Это, собственно, разрушает идею «мягкого слияния» Украины в руки Путина.

Если Трамп делает прямую атаку на этот символ безопасности и правил, он рискует поставить себя в конфликт не только с украинцами, но со всем демократическим лагерем (в частности внутри США). При этом сила его позиции ежедневно размывается.

Логика сумасшедших покорителей мира и нагинателей мирового порядка всегда вредит им самим. Если политик хочет предать целое государство, целую нацию, целый континент, не надо ежедневно выступать с сумасшедшими заявлениями.

А мы должны помнить: когда имеешь дело с тем, кто видит себя всесильным диктатором надо не прогибаться, а строить коалиции давления и принуждения. Потому что у нас есть европейцы, а США остаются сложной системой. Протесты против режима Трампа там будут набирать силу. Я думаю, что мы уже по новым условиям «минерального соглашения» увидим первые признаки коррективы политики.