Украинцы "покупают" ядерное оружие: о чем свидетельствует реакция общества на скандал в Овальном кабинете

Украинцы собрали более 27 миллионов гривен "на ядерку". Этот сбор был основан соучредителем monobank Олегом Гороховским после напряженной встречи в Овальном кабинете президентов Украины и США 28 февраля.

Сбор средств начался в ночь на 1 марта, и уже за первые 30 минут было собрано 2 миллиона гривен. За 20 часов сумма достигла 27,2 миллиона гривен. Целью этой инициативы было показать единство украинцев, их ненависть к врагу и готовность бороться за свою землю, свободу и независимость.

"Да, мы хотим иметь ядерку и возможность дать по зубам врагу и ответить ему так, чтобы ему все стало понятно раз и навсегда, но нам пока нечем. Конечно, я не знаю, как сделать "ядерку", но это и не было целью сбора. Целью сбора было показать — что мы едины, ненавидим врага и готовы бороться за нашу землю, свободу и независимость и наше единство и есть наша "Ядерка", которую невозможно уничтожить даже другой ядеркой", — пояснил Гороховский.

Также он сообщил, что 155 человек захотели вернуть свои донаты, а сумму в 27 096 088 грн перевел известному блогеру Сергею Стерненко, который занимается сбором средств на FPV-дроны под названием RUSORIZ для нужд различных подразделений Сил обороны.

Оскорбляют Зеленского — оскорбляют каждого украинца?

По словам исполнительного директора Киевского международного института социологии (КМИС) Антона Грушецкого, очень важно понимать, что любое давление на Украину воспринимается гражданами не только как давление на власть, а как атака на страну в целом. Это касается и нарративов, что Украина якобы спровоцировала войну или должна отказаться от НАТО. Подобные заявления атакуют не только политический курс руководства, но и самих граждан. Если бы критика со стороны внешних игроков ограничивалась только одним лидером, то это был бы другой вопрос. Но когда атакуют государство, общество сплачивается.

"Украинцы воспринимают эту войну как экзистенциальную. Согласно опросам, большинство считает, что Россия хочет либо физически уничтожить украинцев, либо ликвидировать нашу национальную идентичность. В таком контексте любые атаки на Украину становятся общей проблемой, требующей коллективной реакции. Один из методов информационной войны России — посеять уныние, создать впечатление, что борьба безнадежна. И хотя украинцы уставшие, как показывают опросы, они сохраняют высокую волю к сопротивлению и категорически против капитуляции", — говорит Фокусу Грушецкий.

Также эксперт отмечает, что частью украинского национального характера является то, что мы часто пессимистично оцениваем ситуацию, но когда возникает угроза, мобилизуемся. Есть интересный социологический феномен: в 90-х годах исследования показывали, что украинские домохозяйства тратили в 1,5-2 раза больше, чем декларировали заработка. Это свидетельствует о склонности недооценивать свои ресурсы и преувеличивать трудности.

"Несмотря на войну, люди адаптировались к новым реалиям. Например, субъективная оценка материального положения в среднем не ухудшилась по сравнению с довоенным периодом. Это не значит, что стало легче жить — просто люди привыкли. Так же и с доверием к Зеленскому: оно выросло не только потому, что он хорошо выполняет свою работу, а потому, что атака на него воспринимается как атака на всю страну. Это явление называется субъективизацией государства — Украина перестает быть объектом и становится полноценным субъектом в собственных глазах. И что есть определенные условные красные линии: у нас могут быть сильные партнеры, но Украина все равно остается Украиной. Тем более, это Украина, которая платит самую высокую цену. Украина, которая является щитом Европы и западной цивилизации, несет свободу — ту самую, о которой нам рассказывают на Западе. Украина истекает кровью, и именно ей предстоит принимать решения. Тем более, что граждане внутри Украины, будем честными, значительно лучше оценивают ситуацию, чем внешний наблюдатель в Европе или Америке", — продолжает Грушецкий.

И вот еще один интересный момент: украинцы, которые живут в стране на данный момент, а также люди, которые посещают Украину и прифронтовые города, имеют гораздо более оптимистичный взгляд, чем западные журналисты, которые оценивают ситуацию из Парижа или Нью-Йорка. Они видят войну через призму кризисных нарративов и драматических заголовков, часто не понимая реальной ситуации.

"Это также вопрос к нам — насколько правильно мы коммуницируем свою позицию вовне? Мы должны объяснять, что борьба продолжается, что мы не на грани коллапса, а наоборот — адаптируемся и находим новые решения", — считает эксперт.

До последнего россиянина: насколько украинцам хватит выносливости?

Безусловно, может наступить момент, когда "терпение лопнет" и уже не о какой сплоченности говорить не сможем. Но по мнению Антона Грушецкого, украинцы чувствуют, что риски от российского вторжения настолько сильны и настолько задели всех, что это дает запас устойчивости на много месяцев вперед. А возможно даже и на годы.

"Еще в 2023 году около 80% украинцев говорили, что у них есть погибшие или раненые среди знакомых или кто-то из близких проходит военную службу, то это означает высокую эмоциональную вовлеченность. А для тех, кто живет в прифронтовых городах, война — это ежедневная реальность: обстрелы, разрушения, постоянная опасность. Конечно, есть часть общества, которая устала и готова на любые условия ради завершения войны. Но это меньшинство. Например, мои родственники в Херсоне прекрасно понимают, что простое перемирие не принесет мира их городу. Пока не будет гарантий безопасности, террор будет продолжаться. И пока существует Россия со своей армией и политикой террора, критическая масса украинцев будет оставаться сплоченной", — объясняет эксперт.

По словам Грушецкого, сами россияне своей жестокостью только усиливают это единство. Казни, пытки, издевательства над украинцами на оккупированных территориях доказывают, что с ними невозможно договариваться. Те, кто до 2022 года еще верил в возможность изменений в России, теперь понимают: там нет новой власти или "других людей", с которыми можно было бы найти компромисс.

Сейчас таких, кто мечтает о союзе с Россией, остались считанные проценты. Они есть среди коллаборационистов и маргинальных групп, но для абсолютного большинства украинцев ситуация очевидна. Это подтверждают и социологические исследования.

"Важно понимать, что украинская нация сформировалась не только благодаря войне. Процесс национального самосознания продолжался еще с 90-х годов, и уже к 2014 году украинцы воспринимали себя как единую независимую нацию, хотя и имели внутренние дискуссии относительно языка или геополитического выбора. Показательно, что даже во время Революции Достоинства, в феврале 2014 года, по последним соцопросам 44% украинцев поддерживали протесты, а 49% — нет. Но даже среди тех, кто не поддерживал Майдан, подавляющее большинство видели Украину независимым государством и не стремились к объединению с Россией", — рассказывает Грушецкий.

Впрочем, после 2014-го, а особенно после 2022 года, действия России объединили украинцев еще больше.

Для украинцев война стала частью повседневной жизни. Мы ходим на работу, отводим детей в садик, следим за новостями. Не потому, что забыли о войне, а потому, что она стала нормой, и мы осознаем, кто наш враг.

Интересно, что в этом и заключается отличие между украинцами в Украине и нашими согражданами за рубежом. По словам эксперта, те, кто живет в Польше или Германии, не проверяют ежеминутно новости, как это делаем мы. И это тоже влияет на восприятие войны.

Но масштаб преступлений России настолько огромен, что их невозможно проигнорировать. Поэтому когда мы слышим предложения относиться "с уважением" к Путину, возникает естественное возмущение и украинцы почитают собирать "на ядерку".