Следами громкого дела. Двое убийц Оксаны Макар могут скоро выйти на свободу

В 2012 году Украину всколыхнуло резонансное дело Оксаны Макар – 19-летней девушки из Николаевской области, попавшей в руки трех садистов. Ее изнасиловали, пытались задушить, а потом практически сожгли на заброшенной стройке. Оксане удалось выжить и назвать своих мучителей. Лечили девушку лучшие врачи Украины, однако через три недели она умерла в Донецком ожоговом центре, лучшем профильном на тот момент медучреждении страны. Трое мужчин, издевавшихся над девушкой, были наказаны: один получил пожизненное, а двое других – 14 и 15 лет. И вот они скоро выйдут на свободу – по так называемому «закону Савченко». Коротко про – о смешанных чувствах и воспоминаниях минувших дней.

Дело было перед Евро

Об этом вспоминать грустно: а ведь когда-то Украина, мирная и почти беззаботная, принимала чемпионат Европы по футболу... Это был 2012 год. Страна готовилась к масштабному мероприятию, чтобы не ударить в грязь лицом перед тысячами иностранных гостей, сотнями официальных лиц и даже перед своими согражданами. Понятно, что криминальная ситуация в стране должна была быть максимально на высоте в хорошем смысле. Напугать гостей и опозориться перед всем миром в наши планы не входило.

Правда, статистику в конце декабря 2011 года подпортил расстрел пяти сотрудниц «Приватбанка» в Донецке, и милицейская верхушка всеми силами пыталась если не замять, то хотя бы нарисовать убедительную картину раскрытия преступления по горячим следам. Тогдашний президент Украины Янукович взял дело на личный контроль, и подозреваемых нашли в тот же день. И тут – Николаев, не менее страшное убийство.

Просто и страшно

Ситуация пугающе обыденна: 9 марта, питейное заведение невысокого пошиба, красивая и раскрепощенная девушка за одним столиком, трое парней – за соседним, знакомство, тосты, продолжение на квартире одного из них, секс без желания жертвы, ее угрозы сообщить в милицию, попытка задушить, вынос тела на ближайшую стройку, поджог тела в полной уверенности, что девушка мертва…

Оксана Макар, получившая почти 60% ожогов тела и пролежавшая на холоде почти 10 часов не в состоянии пошевелиться, оказалась жива. Ее нашел утром случайный прохожий, услышавший слабые стоны «Помогите». Оксану лечили в Николаеве, затем в Донецке, о своем желании помочь заявляла Германия. Но – страшные ожоги, сепсис, отек легких и мозга, повреждения печени и кишечника не оставили ей шансов.

Украина поднялась против «мажоров» и беспредела

Три недели Украина верила, что Оксана Макар выкарабкается, и следила за ее судьбой. Практически вся страна знала об этом деле, слышали и за пределами Украины. Газеты США и Европы выходили с фотографией Оксаны на первой странице.

У станции переливания крови в Донецке стояли очереди желающих сдать кровь для девушки. Сама Оксана имела редкую группы крови – четвертую. На специально открытый счет украинцы переводили деньги на лечение – так набралось почти 1,5 миллиона гривен, что для 2012 года было немыслимой суммой.

В Николаеве до 10 тысяч человек не раз выходили на центральную площадь с требованием максимального наказания для обидчиков девушки, а также требовали объяснить, почему подозреваемых в столь тяжком преступлении отпустили после допроса под подписку о невыезде. Выходили в Киеве, Одессе, Херсоне, Сумах, Львове. Говорили о вседозволенности, «мажорах», беспределе.

В милиции одна за другой шли проверки, полетели головы районных прокуроров. В Верховной Раде Украины даже поднялась тема возвращения смертной казни за подобные преступления – правда, так же быстро и опустилась.

Когда Оксана умерла, ее мать Татьяна Суровицкая привезла тело дочери в родной поселок Луч под Николаевом. Там девушка и похоронена – в свадебном платье. Правда, после вторжения россиян от поселка остались одни руины. И где сейчас Татьяна Суровицкая, никто не знает.

Много грязи

После смерти Оксаны Макар ситуация, можно сказать, улеглась – путь к Евро-2012 снова сиял зеленым светом. Украинцы погоревали да и переключились на другие дела. Судебный процесс в Николаеве снова всколыхнул общественность, и на поверхности показалась грязь сорта «она сама виновата».

Оказалось, Оксана была девушкой легкого поведения, склонной к бродяжничеству, из семьи алкоголиков и зэков, имела умственную отсталость. И когда она шла в гости к парням, что - не понимала, чем закончится ее визит? Да она каждый день в этом кафе сидела и уходила оттуда с разными мужчинами. Ее мать когда-то «мотала срок», а отец и отчим – и доселе за решеткой…

Это и подобные сведения в суде излагали свидетели. Как будто давали карт-бланш будущим убийцам и насильникам: «таких» убивать и насиловать можно. Гулящих, бродяжек, отпрысков неблагополучных семейств – да кому они нужны? А то, что сразу не умерла, до того как ее сожгли – ну да, обидный поворот судьбы. Все ж эти мальчики хорошие, добрые, «никто и не ожидал»…

Досталось и маме умершей Оксаны: алкоголичка, бывшая «зэчка», собрала деньги на Оксану и куда дела, спрашивается? Вроде квартиру купила в центре Николаева, а потом в магазине украла зачем-то детские ползунки. Обещала отдать остаток денег другой жертве насильников и садистов – Саше Поповой, и не отдала. А говорит, что отдала!

И пока одна часть страны – те, кто был неравнодушен к судьбе девушки, кто выходил на улицы и требовал справедливого расследования, кто сдавал кровь и деньги – с ужасом читали новости из зала суда, другая часть украинцев активно продвигала в народ вышеупомянутый «карт-бланш». К счастью, таковых было немного, и массовой поддержки они не нашли.

Но в 2013 году случилась Врадиевка: женщину насиловали и пытались убить… милиционеры! Власти пытались их покрыть, чем вызвали гнев жителей, пришедших с вилами и топорами в районный отдел МВД, а потом и дошедших до Киева… Но это уже другая история.

«Закон Савченко» - помог ли?

Приговор суда прозвучал 27 ноября 2012 года, как уже было сказано, преступники получили пожизненное лишение свободы (Евгений Краснощек), 15 лет лишения свободы (Максим Присяжнюк) и 14 лет – Артем Погосян. Апелляционный суд оставил приговор в силе. И сроки наказания начали отсчитываться с момента задержания в марте 2012 года.

«Закон Савченко» - официально это Закон Украины «О совершенствовании порядка зачисления судом срока предварительного заключения в срок наказания». Он вступил в силу 24 декабря 2015 года, и по этому закону, каждый день, проведенный в следственном изоляторе (СИЗО) до вынесения приговора, засчитывается как два дня отбывания наказания в колонии.

Закон действовал до 18 июня 2017 года, после чего был отменен из-за волны негативных последствий: массовое освобождение опасных преступников, отсутствие избирательности в тяжести преступлений и т.д. Но те, кто успел подать заявления на пересчет сроков до этой даты, могли воспользоваться его положениями. Погосян и Присяжнюк успели и воспользовались – подали соответствующие заявления.

Их предварительное заключение длилось с марта по ноябрь 2012 года. По «закону Савченко» эти 8-9 месяцев пересчитываются как 16–18 месяцев (1,3–1,5 года) и вычитаются из общего срока лишения свободы. Поэтому срок Максима Присяжнюка с учетом «закона Савченко» заканчивается в декабре этого года – начале следующего. Но пересчет проводится не скрупулезно, на два-три месяца больше или меньше также могут иметь место.

Срок Артема Погосяна с учетом «Савченко» может закончиться в марте, а то уже и завершен в конце прошлого года. К слову, свое наказание Погосян отбывает в колонии Кривого Рога (Краснощек – в Черниговской области, Присяжнюк – в Вольнянской колонии).