Пропаганда как удовольствие и пропаганда как наказание

Мы живем в системе пропаганды даже тогда, когда не подозреваем об этом. Она существует в рамках любой модели мира, являясь своеобразным "компасом", отражающим ее специфику. Пропаганд - великое множество: религиозная, политическая, медицинская, военная... Все они направлены на удержание вполне конкретной модели мира в конкурентных условиях. Чужие пропаганды находятся в состоянии войны друг с другом.

Любая разумная активность человека воспринимается им либо нейтрально, либо как обуза, но все равно нужная, либо как приятная часть его жизнедеятельности. Пропаганда опирается на уже имеющиеся в массовом сознании предпочтения, в ряде случаев она может преодолевать сопротивление массового сознания. Часть она привлекает новыми фактами, эмоциональностью, авторитетностью...

Пропаганда в сталинской системе управления массовым сознанием воспринималась как удовольствие и как наказание. Сталин на картине среди карт и бумаг олицетворяет два этих подхода. С одной стороны, он все видит и все знает, от него никто и ничто не могут скрыться. Человек смотрел на такие портреты с замиранием сердца. С другой, Сталин - это всезнающий защитник от любой беды. Он демиург, великий архитектор всего и вся. Его облик незримо витал над любым событием.

Подобная пропаганда радует зрителей, внушает им доверие. Приятная пропаганда не является обязательной. То, что классиков марксизма-ленинизма сдавали на экзаменах, демонстрирует изучение, но в негативном контексте. Такие процессы, навязываемые ему извне, человек в норме старается избегать. Ему нужна пропаганда, которая не нападает, а охраняет. Враги, конечно, должны трепетать, на то они и враги...

Приятная пропаганда советского времени - это кино или телевизионный Голубой огонек. Можно назвать это пропагандой свободного времени. Конспектирование классиков марксизма -ленинизма студентом обязательно, но тоже делается в рамках свободного времени. А если за нее еще можно получить и хорошую оценку, то она становится вдвойне приятной, хотя явно была обузой.

Известный "Марш авиаторов", о котором спорят, то ли немцы его украли у СССР, то ли наоборот, нес не только пропагандистские слова, но и привлекательную бодрящую музыку. Человек любит становиться в строй, вместе со всеми. В этом успех демонстраций трудящихся, который пришли в сталинское время, а потом долго оставались в позднем СССР. В любом случае, хоть это была обязанность, но она реализовывалась в свободное время, будучи не столь обременительной.

Джинсы в период, когда они были предметом зависти советской молодежи, тоже несли на себе приметы привлекательности Запада. Кроссовки, кстати, тоже. Еще пластинки типа Битлз. Музыка Битлз обходила все запреты, ведь это музыка, а не политические призывы. Все это по сути это вхождение того или иного позитива вне контроля как государства, так и самого человека. А это всегда опасно с точки зрения государства. Позитив и негатив должны контролироваться государством, хотя бы избирательно. Источники позитивных удовольствий не должны быть вне страны, как это было, к примеру, с музыкой Битлз, когда вся продвинутая советская молодежь стала битломанами.

Всякие виды позитива вне контроля советского государства всегда воспринимались как опасные. Даже филателисты должны были объединяться в официальные группы, чтобы получать, например, первыми новые марки, но зато в результате они были под контролем. В Ленинграде КГБ объединило всех музыкантов-любителей в единый клуб, чтобы не следить за каждым в отдельности по гаражам. То есть возможность массового нарушения предполагает и массовое отслеживание.

Опасность чужого контроля "позитивных" эмоций демонстрирует фраза "сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст" [1]. Самое интересное, что это не пародийные слова, а реальные, они прозвучали в советском мультфильме-басне 1949 года "Чужой голос", который был направлен против западных музыкальных течений. Его автором был режиссер И.Иванов-Вано, а стихи Сергея Михалкова-папы [2]. Как видим, правильные слова всегда приходят из верных уст...

Чужая музыка всегда казалось советским руководителям опасной, поскольку была чуждой. Джаз считался "музыкой толстых", именно так изображали пузатых богачей в смокингах. Эта ужасная с точки зрения власти музыка вызывала серьезные опасения у власти: "Послабление «музыке толстых» у нас дали лишь в конце Второй мировой, когда западные союзники открыли, наконец, второй фронт против фашистской Германии. При Гитлере, кстати, джаз считался «дегенеративной музыкой для недочеловеков». Со всеми вытекающими последствиями для исполнителей. Однако недолго та буржуазная музыка играла в СССР. Между бывшими союзниками разгорелась «холодная война». Постановление ЦК ВКП(б) от 10 февраля 1948 года обвинило джаз в "формалистическом направлении, чуждом советскому народу." Аккурат в духе Максима Горького. Первый всесоюзный съезд советских композиторов поддержал мудрое решение партии. Началась "эпоха разгибания саксофонов"" [3].

Полнота власти над населением, как видим, простирается не только на рабочее время, но и на свободное. И это понятно, поскольку именно там человек раскрывается намного сильнее, чем на собрании, когда он контролирует свои слова и эмоции. В принципе государство не столько боится всего, как отслеживает определенные параметры, сигналы, реакции, которые могут демонстрировать приход той или иной "опасности", большой или малой. Это такой своеобразный контроль нашего поведения.

Государство делает так, поскольку изменения в массовом сознании всегда опаснее индивидуальных. Массовое сознание достаточно консервативно. Его трудно включить во что-то новое, но так же трудно потом остановить. Пропаганда всегда опирается на такую психологическую инерцию масс.

И это не шутки, правда, какие могут быть шутки при таких обвинениях, когда все было на полном серьезе: "Аккордеон был запрещен как фашистский инструмент, а саксофон - как американский, - вспоминает известный наш джазмен Алексей Козлов. - И до середины 1970-х в Советском Союзе вообще не преподавали игру на саксофоне. Обучали только игре на кларнете. Поэтому те, кто любил саксофон и слушал джаз, приравнивались к "идеологическим шпионам" и диверсантам, подрывающим культуру". Под раздачу в конце 40-х попала даже невинная шестиструнная гитара. Потому что «испанская»! А тут еще в 50-х объявились «стиляги»! Золотая советская молодежь, обожавшая джаз, рок-н-рол, иностранные шмотки. Короче, низкопоклонники загнивающего Запада, потенциальные предатели Родины. По-нынешнему, чистая «пятая колонна»! Стиляг клеймили всякими нехорошими словами типа «плесень», фельетонами и карикатурами в сатирическом журнале «Крокодил», партийной прессе. А идейные комсомольцы и дружинники резали им прямо на улицах модные узенькие брюки. Чтоб не выпендривались. Помню, школьником, насмотревшись на прибывшего из Ленинграда на каникулы бородатого дядю Колю-студента, я тоже так ушил свои брючата перед походом в клуб, что еле-еле влез в них. Счастья было полные штаны. Но в 60-е брюки стилягам уже не резали. Да и дружинников в нашей деревне не было" (там же).

Эти принципиально чужие "аксиомы" поведения легко ширились: Сегодня ты играешь "thrash", а завтра Родину проешь! Сейчас на клавиши он давит, а завтра нам колодцы травит! (множество подобных вариантов см. в [4]). То есть пропагандистские максимы легко продуцируются, настолько они прозрачны.

Странным образом получалось, что "наша" пропаганда всегда строга и серьезна, ее можно даже конспектировать, а вот "западная" пытается пробраться путем развлекательности. Понятно, она обманывает, за ее личиной всегда скрывается нечто ужасное. По этой причине советских людей и нужно спасать от нее. И эту заботу брало на себя государство.

Партия пыталась остановить этот "ужас". Всегда была и есть серьезная боязнь "чужого". Западные фильмы, западная мода, западные журнал и газета - все они были предметом пристального внимания. Люди, которые имели к ним доступ, тоже были подозрительны. Советский человек должен быть кристально чистым, в нем все мысли и слова должны быть исключительно отечественными.

Иностранное влияние всегда приходит волнами. Вот текст за подписью Андропова "О некоторых негативных проявлениях среди творческой молодежи и недостатках в ее воспитании": "В ходе осуществления мероприятий по пресечению враждебной деятельности противника выявлены факты, свидетельствующие о том, что среди одаренной в творческом отношении или стремящейся проявить себя в этом плане молодежи отмечается стремление к группированиям на неофициальной основе, проявляющееся в литературных чтениях, выставках живописи и графики, постановках спектаклей на частных квартирах и в случайно подобранных помещениях. Намечается тенденция к выпуску и распространению машинописных журналов, составленных из неопубликованных произведений. Изучение обстановки в подобного рода группированиях в г. Москве показало, что, будучи предоставлена самой себе, часть творческой молодежи не находит общественно-полезного применения своим способностям и порой становится на путь нежелательных проявлений, которые, как правило, инспирируются лицами, занимающимися антиобщественной деятельностью, или иностранцами. В отдельных случаях проявляется стремление со стороны просионистски настроенных элементов использовать эти группы в своих целях, а также объединение молодежи еврейской национальности под предлогом единства творческих устремлений. Обращает на себя внимание в связи с подобными явлениями то обстоятельство, что для творческой молодежи очень затруднена возможность широкой публикации на страницах «толстых» литературных журналов, участие в официальных выставках, постановка и исполнение драматургических и музыкальных произведений" [5].

Государство в первую очередь боялось иностранного влияния, поскольку его невозможно контролировать. А контролировать государству хотелось все. Для него все мы маленькие дети, которые ненароком могут попасть в беду. А Запад был главным негативным объектом, поскольку там все было не так. И внезапная опасность ожидалась именно оттуда.

Сегодня мы слабо знаем или помним, как оно было на самом деле. Наши бабушки и дедушки ушли из жизни запуганными. Они даже не могли ничего нам рассказать, чтобы мы не попали в какую-нибудь нехорошую ситуацию, открыв это кому-то чужому.

Джазовая музыка была еще одним буржуазным извращением: "После выхода на экраны популярной музыкальной комедии "Мы из джаза" (1983) у нескольких поколений зрителей сложилось устойчивое убеждение, что до войны джаз в СССР гнобили. Это не вполне так – в 1920-1930-е многие отечественные джазовые коллективы, наоборот, всячески продвигали. Считалось же, что джаз – это "музыка негров". А угнетаемые во всем, за исключением СССР, мире "черные" идеологически были для нас дружественными парнями. А вот настоящие репрессии на советский джаз обрушились уже потом. И все началось с небольшой статейки в "Известиях", вышедшей ровно 75 лет назад" [6]. "Пошлость на эстраде" - так называлась эта заметка и была посвящена джазовому оркестру Э. Рознера. А "джаз" в результате стал рассматриваться как вариант идеологической диверсии.

Получается, что советского человека все время ставили в контекст той или иной борьбы: от военной до идеологический. Всюду были бойцы, то ли видимого, то ли невидимого фронта.

И такое отрицательное внимание в результате превращается в систему: "4 августа 1946 года вышло приснопамятное постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) "О журналах „Звезда“ и „Ленинград“", обличающее эти издания в несвойственном советским людям духу низкопоклонства "перед современной буржуазной культурой Запада" в частности и "по отношению ко всему иностранному" в целом. А четыре дня спустя, в газете "Известия" была опубликована статья искусствоведа, а по совместительству сотрудницы из Всесоюзного комитета по делам искусств при Совмине СССР Елены Грошевой (1908-2002). Название говорящее – "Пошлость на эстраде" (там же).

Странным образом при абсолютно полном контроле в советское время могло появляться что-то, что еще вдобавок требовало исправления и запрещения. К тому же, чем жестче контроль, тем сильнее хочется выйти за его пределы. Правда, тем сильнее и наказание.

Любое массовое поведение, с одной стороны, вызывает опасение, потребность контроля, поскольку представляет потенциальную опасность. С другой, массовость распространения облегчает контроль, поскольку все на виду. Интересно, какой объем людей занимался таким контролем и сколько на это уходило государственных денег...

Советская система литературной цензуры тоже была достаточно мощной. Ничего не могло появиться перед глазами читателей, если не имело разрешения Главлита. То есть любой текст должен был получить разрешение на выход в свет.

Опасность, чуть ли не враждебность, сразу преувеличивается, поскольку советская бюрократическая мудрость гласила "лучше перебдеть, чем недобдеть". И данная цитата возникала в голосе пишущего эти строки автоматически.

Нашлись и аргументы: "Аккордеон был запрещен как фашистский инструмент, а саксофон - как американский, - вспоминает известный наш джазмен Алексей Козлов. - И до середины 1970-х в Советском Союзе вообще не преподавали игру на саксофоне. Обучали только игре на кларнете. Поэтому те, кто любил саксофон и слушал джаз, приравнивались к "идеологическим шпионам" и диверсантам, подрывающим культуру" [3].

Неужели Советский Союз был столь неустойчив, что его поступь вперед могли подорвать саксофоны... Скорее всего - нет, просто страной правили идеологи, а для них саксофон был опаснее танка... Против танка оружие было найдено, а против саксофона нет... Вражеские идеи были столь опасны, как самолеты и танки.

Перед нами как бы возникал бой двух пропаганд. Одна пропаганда - конспектирования мудрых мыслей, другая - более живая, работающая даже до включения мозгов. Понятно, что цитатная пропаганда могла начать проигрывать реальности, когда реальность стала изменяться. Приятная пропаганда, например, кинофильм, всегда выиграет у пропаганды конспектирования. К счастью или к сожалению... - решит история.

Советская "приятная" пропаганда была лишь в мягких формах кино, литературы, песни... Художественный фильм - это особое пропагандистское искусство, на сегодня во многом утерянное. По этой причине фильм "Крымский мост" (Симоньян и др) стал огромным провалом. Зритель просто отвык от прямолинейного удара по мозгам...

В иных ситуациях люди искали в пропаганде нечто человеческое. Поход на демонстрацию, например, для советской молодежи был временем встречи друзей. То есть пропагандистская ситуация, как и в случае с пропагандистским кино, прячется в положительной ситуации. И такая ситуация, наоборот, привлекает. Это не конспектирование на лекции, к примеру, а естественная человеческая реакция, под которую мимикрирует пропаганда.

Чужая пропаганда по определению, поскольку она неприятна для власти, должна стать такой же для населения. Все чужие потоки информации задаются как опасные, с ними ведется борьба. Как и с теми, кто их смотрит, слушает, читает. В советское время в "Крокодиле" была карикатура такого слушателя зарубежных радиоголосов с подписью "Ушастик коротковолновый"!

Власть всегда борется за чистоту информационных и коммуникативных потоков от антивластных эмоций. Если это не получается, то уничтожаются сами эти потоки, если это возможно. В прошлом это делалось легко: "В воспоминаниях старейшего музыканта цыганского театра "Ромэн", скрипача Александр Якулова (1927-2007), можно прочесть: "Сразу после окончания консерватории (в 1949-м – ред.) меня репрессировали. Мне инкриминировали преклонение перед Западом. А я, кроме скрипки, еще и на аккордеоне играл, что во многом усугубило мою "вину". В частности, за исполнение "Каравана" Дюка Эллингтона давали пять лет. Мне же за "идеологическое расхождение с линией ЦК ВКП(б) в области искусства, проявление изменческих настроений" влепили 10 лет и отправили в Особлаг №4 – на шахты под Джезказганом" [6].

Или еще: "железный рок придет на смену джазовой лошадке. Тогда одними из первых забьют тревогу милиционеры. Так, летом 1969 года руководство московский милиции публично признало тот факт, что тысячи телефонных будок в столице оказались недействующими по вине воров-вандалов, массово похищающих детали таксофонов. Истинные намерения вандалов предусмотрительно не оглашались. Но молодежь, та, что в теме, прекрасно знала, что телефонные трубки использовались для переделки акустических гитар в электрические. И началась другая эпоха" [6]

Просто одного запрета для государства недостаточно, поскольку его начинают обходить. Необходимо искать замены, а они даются тяжело. Ведь замена нужна тоже качественная, что часто становится невозможным, отсюда и возникновения запретов.

Масса проблем пришла сегодня для власти, когда появились соцсети. Но и они постепенно преодолеваются. Роскомнадзор занят идентификацией пользователей VPN, поскольку они обходят запреты, то есть система все ужесточается и ужесточается. Среди российских новинок - идентификация пользователей VPN: "в тексте проекта приказа прямым текстом говорится именно об идентификации средств связи и пользовательского оборудования. Ранее Роскомнадзор внёс в список запрещённых более 300 роликов о VPN, размещённых на видеохостинге YouTube. С начала полномасштабного российского вторжения в Украину в России заблокировали более миллиона сайтов, в том числе Facebook, Instagram и Twitter (ныне – X), а также сайты независимых СМИ, включая Радио Свобода. Для обхода блокировок россияне используют VPN-сервисы. Спрос на них резко вырос с начала войны, но власти блокируют и их. В октябре стало известно, что российские власти в ближайшие три года потратят 95 миллиардов рублей на изоляцию Рунета, из них 60 миллиардов будут направлены на борьбу с VPN-сервисами" [7].

Пропаганда по сути часто является борьбой со своим собственным населением. Государством быть сложно, население все время пытается обойти запреты, которое оно лелеет. Государству приходится говорить не только правду, но и не очень правду, а то, что только оно считает правдой.

А. Никитин пишет: "Советский Союз был государством, которым, начиная с Ленина, руководили убежденные лжецы. Правдой считалось то, что было им выгодно в момент политической схватки. Поддерживая и развивая традиции публичной лжи в России, Владимир Путин не стал доверять это важное дело только пресс-секретарям и советникам, хотя немалая часть работы досталась и им. Ключевые функции Путин оставил за собой. Дезинформация и ложь – это то, что он умеет, его этому учили. У учителей был богатый опыт, а ученику нравился предмет. Четверть века Путин работает лицом путинской пропаганды, публично лжет по всем актуальным вопросам: экономическим, политическим, социальным. Те, кто следит за его словами достаточно давно, знают, что он не старается запоминать сказанное и часто себе противоречит. Ну и что? Это демократически избранному президенту придется отвечать за слова, прозвучавшие, может быть, годы назад, а диктатор не отвечает ни перед кем. Может врать спокойно. И не он один" [8].

И еще: "Те, кто давно наблюдает за работой российской пропаганды, уже привыкли к этому набору приемов, привыкли к тому, что правдой президент РФ объявляет то, что ему выгодно в эту минуту, мгновенно отбрасывая правду прошедшего дня. Напоминать о смене правд не дозволяется. Следом за ним юрко маневрирует и вся машина пропаганды. Российские околополитические шоу – смешное, но и гадкое зрелище: отвратительны физиономии лжецов на экранах, отвратителен их надсадный крик в студиях, отвратительно все, что они несут своему зрителю. Пропагандистский продукт присутствует повсюду: в теле- и радиоэфирах, в интернете и в газетах, в вечерних детских передачах, в СВЧ-печках и пылесосах... С ними вместе выступления президента РФ неизменно транслируют независимые интернет-каналы и оппозиционные медиа. Разумеется, ведь его заявления – часть новостной повестки. Трансляция может сопровождаться остроумными комментариями или мнением противоположной стороны, так проявляется неангажированность, отсутствие предубеждений, служение общественным интересам. И подыгрывание, пусть невольное, путинской пропаганде в этом проявляется тоже – бескорыстная поддержка пропаганды режима, начавшего агрессивную войну с соседним государством, утверждающего, что ведет войну с "коллективным Западом", угрожающего нанесением ядерного удара по территории европейских стран и США" (там же).

Врать сегодня в эпоху соцсетей стало сложнее, правда все равно пробивается наружу. Но она, конечно, не может найти всех. И сегодня даже спокойнее не знать правды. Как объяснял начальник полиции в пьесе Шварца, почему он подслушивает народ на площади в сапогах со шпорами: "А то такого наслушаешься, что потом всю ночь не спишь..."

Война делает все более ясным и понятным. Старые сомнения отходят в сторону, а новые еще не успели придти к нам.

Я. Левченко справедливо отмечает: "Теперь все встало на свои места в том смысле, что официальные лица больше не пытаются воспроизвести чуждые им манеры, выражения, модели поведения. Все подкупающе честно. Российские дипломаты, не имеющие никакой субъектности и просто копирующие наиболее гнусные замашки своего начальства, отбросили и ложные условности. Примечательна эта убежденность Путина и его окружения в том, что условности, за которые цепляется освистываемый ими Запад, – всегда ложные. Вести себя открыто – значит вести себя отвратительно" [9].

Системы одобряемого государством поведения можно встретить в кино и на экране телевизора. Однако сегодня государству стало сложнее запрещать, поскольку "не то" поведение окружает население повсюду.

Сегодня пропаганда сместилась в нишу удовольствия, пришедшего с появлением соцсетей. Это пропаганда индивидуально выстроенная, а не для всех, как в эпоху СССР. Условную "громкость" заменил условный "интерес". Советскую пропаганду слышали все, сегодняшнюю читают те, кому это интересно. Кстати, и не читают тоже. Исследование 35 миллионов постов в Фейсбуке показало, что люди делятся информацией об интересной статье, не открывая ее [10]. И это 75% таких сообщений. Человек сам еще не прочитал, а может и не будет, но уже посоветовал. То есть наш прошлый мир "сломался". Сети привели к тому, что мы все знаем, ничего не читая. И пропаганда трансформируется под этот новый мир.

Литература

1. Сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст https://ru.wiktionary.org/wiki/%D1%81%D0%B5%D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%BD%D1%8F_%D0%BE%D0%BD_%D0%B8%D0%B3%D1%80%D0%B0%D0%B5%D1%82_%D0%B4%D0%B6%D0%B0%D0%B7,_%D0%B0_%D0%B7%D0%B0%D0%B2%D1%82%D1%80%D0%B0_%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B8%D0%BD%D1%83_%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B4%D0%B0%D1%81%D1%82

2. Сегодня он играет джаз, а завтра родину продаст https://avmalgin.livejournal.com/2288297.html

3. Черных Е. «Сегодня пармезаном угостился, а завтра с Родиной простился!» https://www.kp.ru/daily/26417/3291757/

4. Сегодня ты играешь джаз https://pikabu.ru/story/vse_variantyi_segodnya_tyi_igraesh_dzhaz_7670971

5. Сегодня слушает он джаз, а завтра Родину продаст https://botya.livejournal.com/25739.html

6. Шушарин И. От джаза до финки. Когда аккордеон считался фашистским, а саксофон – американским https://m.47news.ru/articles/198277/

7. Роскомнадзор подготовил приказ об идентификации пользователей VPN https://www.svoboda.org/a/roskomnadzor-podgotovil-prikaz-ob-identifikatsii-poljzovateley-vpn/33244906.html

8. Зачем его слушать? Алексей Никитин – об информации и лжи https://www.svoboda.org/a/zachem-ego-slushatj-aleksey-nikitin-ob-informatsii-i-lzhi/33221696.html

9. Смеющийся дипломат. Ян Левченко – об отрицательном отборе https://www.svoboda.org/a/smeyuschiysya-diplomat-yan-levchenko-ob-otritsateljnom-otbore/33241990.html

10. Shyam Sundar a.o. Sharing without clicking on news in social media https://www.nature.com/articles/s41562-024-02067-4