Нарушит ли Путин перемирие, чем заменить Пэтриоты и что вместо мобилизации — интервью Агиля Рустамзаде

Эксклюзивное интервью Фокусу дал военный аналитик из Азербайджана Агиль Рустамзаде.

Мирное соглашение или новая эскалация: сценарии для 2025 года

Накануне 2024 года в разных СМИ вы часто прогнозировали, что боевые действия могут закончиться уже летом 2025 года. Как сейчас скорректируете прогноз?

— Я делал прогнозы низкой вероятности. Вероятность 50 процентов. Была парадигма, что Трамп может разозлиться на Путина и усилить поддержку Украины. Как мы видим, этого пока не происходит. Сложилась очень непростая ситуация и здесь сложно что-либо прогнозировать, потому что это касается не только войны в Украине. В мире вообще сложная военно-политическая ситуация — имеем кризис глобальной стабильности.

Как Украине усиливать армию, если Киев решит отменить военное положение? Ведь тогда придется и отменять мобилизацию?

— Украина получила передовой военный опыт. Это касается асимметричного способа ведения боевых действий. Как известно, Украина воюет с Россией меньшим количеством живой силы и купирует это неравенство дронами. Я думаю, что возможно развитие этого пути без резкого сокращения украинской армии. И скорее всего, если мы говорим об отмене военного положения, то я думаю, что Украине будет нужна новая модель и нужно будет возвращение к срочной службе и службе по призыву. Кстати, многие страны уже задумываются над этим, потому что профессиональные армии могут содержать только очень состоятельные страны, к примеру, США, Франция, Германия. Украине содержать полумиллионную армию будет сложновато.

Сейчас в Силах обороны почти 1 миллион человек, на передовой по разным оценкам 250–300 тысяч. Сколько останется после возможных мирных соглашений? Ослабит ли фронт перемирие и как решать эти проблемы?

— Проблемы решат технологии. Украина научилась воевать с меньшим количеством людей. И при творческом подходе в армии будут слушать людей, получивших реальный боевой опыт, и которые знают войну изнутри, а не пожилых людей, которые читали советские книги. Это новая плеяда украинских генералов и военачальников, и они могут организовать систему обороны, повысив обороноспособность Украины. Скорее всего, нужен будет и призыв, и сохранять экономику на военных рельсах, производя достаточное количество различных систем вооружений, которые показали эффективность.

При каких условиях и из-за чего могут вновь начаться боевые действия?

— Если мы говорим о перемирии, то смотря на каких условиях Российская Федерация будет его заключать. Если они всего лишь намерены показать Трампу, что россияне миролюбивые люди, то буквально через три дня они сделают какую-либо провокацию и могут возобновить боевые действия. Начало боевых действий будет определять военно-политическая целесообразность.

Украина не сможет сама производить перехватчики, противоракеты к "Пэтриотам". Какие можно предпринять альтернативные меры?

— Как мы знаем, зенитно-ракетные комплексы, а тем более системы противоракетной обороны — это очень сложное вооружение в финансовом и научном отношении. Поэтому Украина не сможет за три–пять лет получить ключевые технологии, чтобы разрабатывать эти системы. Но в мире есть различные альтернативы Patriot. Те же комплексы SAMP-T, которые проходят модернизацию. Очень хорошие системы противоракетного вооружения есть у Израиля, которые можно будет закупать. Или же продолжить сотрудничать с американцами.

Главные проблемы армий стран ЕС и европейского ВПК

Вы много раз предостерегали что и с Европой не все "гладко". Что вы имеете в виду?

— Речь идет о различных подходах к обеспечению обороноспособности как Украины, так и Европейского Союза в целом. Мы видим, что те страны, которые имеют сухопутную, или морскую границу с РФ в акватории Черного моря более ответственно подходят к обороноспособности Украины. А страны, расположенные удаленно, они не воспринимают угрозу всерьез. Как мы видим, их подходы отличаются. Плюс есть другая тенденция страны, такие как Франция, хотят воспользоваться ситуацией, чтобы упрочнить свои позиции в Евросоюзе. Отодвинуть, к примеру, Израиль, Турцию, Великобританию, но это не совсем правильный подход. Поэтому нужно, чтобы в Европы на проблемы безопасности смотрели хотя бы на одном уровне, но там плюрализм мнений.

Европейский ВПК набирает обороты, но не так быстро, как хотелось бы Украине. По каким позициям европейцы отстают на годы, то есть то, что они не смогут развернуть не в этом, и не в следующем году?

— У европейского ВПК есть две проблемы. Это рост производственных мощностей, несомненно, и это за год или два не решить. И проблема с цепочкой поставок различных компонентов порохов. Плюс есть пробелы — Европа не пропускает весь объем и номенклатуру систем вооружений и военной техники. К примеру, реактивные системы залпового огня, либо тактические баллистические ракеты. На разработку и доступ к этим технологиям нужны годы. Также мы видим эгоистичный подход. Вот у Израиля и Турции есть системы залпового огня, но из-за позиции Франции Европа не хочет закупать это оружие у других стран.

Самые сильные армии Европы, помимо украинской, — это французская и польская. В чем, на ваш взгляд, слабые места этих армий?

— На сегодняшний день очень быстрые шаги делают Соединенные Штаты, Китай. За исключением России и Украины, которые во время войны интенсивно переходят на новый военно-технический уклад, у всех остальных армий мира есть проблемы с противовоздушной обороной. Это касается и армий Франции и Польши. У всех европейских стран, в принципе, очень большие проблемы с противовоздушной и противоракетной обороной. Они не особо занимались этим сектором вооружения. Ну и техническая сторона — большинство армий мира имеют системы вооружения и военную технику, которые не готовы к противоборству и ведению боевых действий в условиях, когда в воздухе и на земле очень много дронов.

Оборонный комплекс Украины: будущее за беспилотными системами

Украина милитаризуется и развивает свой ВПК. Необходимо ли ей выходить на международный рынок оружия и если да, то какие позиции оставить себе, а какие пустить на экспорт?

— Что касается украинского оборонно-промышленного комплекса, то (его развитие — прим. ред) обусловлено не только желанием Украины. Это двусторонний процесс, в котором важно пожелание клиента. Полагаю, у Украины очень большие возможности в области беспилотных систем — воздушных, наземных, морских. Это товар, который показал себя в бою. Несомненно, если у Украины есть возможности, она обязательно должна выходить на мировой рынок. Также есть решения в области недорогих крылатых ракет, и после того как украинский ВПК выйдет на нужные темпы, чтобы обеспечить себя и появится излишек, нужно выходить на международный рынок, где можно занять прочные позиции.

Дроны. Это сфера, которая развивается не ежегодно, а ежемесячно, что нам ждать уже к концу лета, к осени? Какие новые веяния станут реальностью?

— Мы уже видим определенные тенденции. Если украинцы успеют, то к концу лета мы увидим дроны, которые смогут работать автономно без связи с оператором. Они будут обладать зачатками искусственного интеллекта и смогут сами находить цели. Кроме того, Украина уже занимается технологией роев, когда несколько дронов совместно будут находить цели и распределять между собой атаки. То есть речь идет о качественном росте дронов-камикадзе и дронов-бомбардировщиков.