"Вне армии, но в строю": могут ли мобилизовать добровольцев, которые сбивают вражеские дроны и платят ли им

В войне против России беспилотные летательные аппараты стали одним из главных инструментов агрессора. В среднем, враг ежедневно запускает 100-150 дронов. Сбить их очень сложно, поэтому нередко сразу несколько мобильных огневых групп противовоздушной обороны работают над ущербом одного беспилотника. Однако, кроме основных подразделений Воздушных сил Украины и региональных воздушных командований, над защитой украинского неба работают также добровольческие группировки.

Почему эти добровольцы, имея необходимую подготовку, не мобилизованы и не получают денежного довольствия? Как много вражеских "Шахедов" они сбивают и как находят финансирование для закупки оружия? Можно ли ДФТГ считать "клубом" для избегающих мобилизации? Как присоединиться к таким подразделениям? Узнал "Телеграф".

"С оружием в руках, но гражданские"

Сюжетов о добровольческих мобильных огневых группах при батальонах ТрО в украинских СМИ немало. Один из них рассказывает о такой группировке на Львовщине, созданной для борьбы с "Шахедами". Речь идет о 120–200 человек на всю область, которые прошли огневую подготовку, однако не получают никаких денежных выплат и даже покрывают некоторые расходы, связанные со службой.

Похожий сюжет об одной из мобильных огневых групп добровольческого формирования территориального общества публиковали и на официальной странице Сил территориальной обороны ВСУ.

Подразделение создано на базе департамента муниципальной безопасности Одесщины. Структурно он интегрирован в воинскую часть Теробороны, а непосредственное управление осуществляется через специальный пункт управления, где находится офицер бригады. Участники ДФТО круглосуточно мониторят воздушную обстановку. В случае угрозы области они получают команду выдвигаться на позиции и открывать огонь по враждебным целям. Их главная задача – охрана критической инфраструктуры города и борьба с враждебными БПЛА.

В то же время эти добровольцы также остаются гражданскими. Это позволяет им совмещать службу с основной работой. На 6 января 2024 года единственным профессиональным военным в группе был ее командир. Другие участники – бизнесмены, учителя, медики и представители других профессий.

Вопросов у рядового зрителя после просмотра таких сюжетов может возникнуть немало. Ведь эти люди защищают наши дома от авиационных атак, тогда действительно ли государство не финансирует их деятельность? Координируется ли работа добровольцев с основными силами ПВО и как именно? А может ли участие в таком формировании стать альтернативой всеобщей мобилизации?

Об этом журналисты "Телеграфа" решили спросить непосредственно у командира столичного ГФТГ "Мрия" – судьи Конституционного суда Украины в отставке Сергея Саса. Это формирование имеет больше огневых позиций в Киеве.

Командир сразу отметил, что добровольческие формирования не действуют безосновательно – их деятельность основывается на Законе Украины "Об основах национального сопротивления". Именно он определяет, что ДФТГ подчиняются военным частям Сил территориальной обороны. Кроме того, есть постановление Кабмина №1449 от 29 декабря 2021 года. Она подробно объясняет, как должны действовать такие формирования.

И действительно, добровольцы формирования "Мечты" не имеют военного статуса и являются гражданскими лицами.

— Командира для ДФТО назначает командующий Силами территориальной обороны Украины. Для меня такое предназначение произошло 8 марта 2022 года. Согласно закону командир добровольческого формирования заключает контракты с добровольцами для прохождения службы в ДФТО, — объясняет он.

Иными словами, все, кто подписал контракт, являются добровольцами и на добровольных началах выполняют задачи территориальной обороны, определенные Законом Украины "О национальном сопротивлении".

По словам Сергея Саса, мужчины изначально знали, что никаких выплат за такую службу не будет. Ведь согласно закону, добровольческие формирования обеспечиваются исключительно оружием (преимущественно стрелковым) и боекомплектом к нему. При определенных обстоятельствах может быть предоставлено другое оружие, но для этого требуется отдельное решение командующего Сил территориальной обороны.

Что касается материально-технического обеспечения, то одежда, транспорт, горючее, питание, места постоянной дислокации, обустройство огневых позиций средствами наблюдения, ДФТО решает самостоятельно.

— От государства мы получаем только планшеты с системой "Вираж" или "Кропива" для мониторинга воздушного пространства. Все остальное – тепловизоры, бинокли, лазерные указатели, прожекторы – закупается силами добровольцев благодаря поддержке спонсоров и неравнодушных людей, говорит командир.

Люди, конечно, нуждаются в материальной помощи, и через три года добровольцы получали ее от киевской власти. Первый год – по 12 тысяч гривен, потом дважды по 20 тысяч.

— Это трудно назвать зарплатой, но для многих сумма была существенной, потому что нужно форма, обувь, экипировка, — говорит Сергей Сас.

По его словам, добровольцы привыкли искать ресурсы самостоятельно. Те члены формирования, имеющие достойную гражданскую зарплату, часто отдают часть своих денег на обеспечение подразделения.

И ответ на вопрос, почему государство избирает не включать добровольцев в состав сил обороны как военнослужащих и соответственно не платить денежное довольствие, на самом деле существует. Как объясняет Сергей Сас, между добровольцем и военным есть одно важное отличие.

Военнослужащий подписывает договор с государством. Он обязуется выполнять определенные задачи, а государство, в свою очередь, обязуется платить ему зарплату, обеспечивать место службы, соответствующую должность исходя из его навыков и специальности. Ситуация с ДФТО несколько отличается: они предоставляют возможность тем, кто хочет бороться с врагом, выполнять боевые задания, но в то же время не быть призванным в ряды Вооруженных Сил. Но…

Пребывание в ДФТО (не) является гарантией от призыва

Никакого специального удостоверения о своем статусе у членов ДФТГ нет. Однако, как строго подчеркивает командир "Мечты", статус добровольца не влияет на возможность мобилизации или призыва на военную службу.

— Некоторые думают, что добровольческие формирования – это место, где прячутся те, кто не хочет мобилизоваться. Но это совершенно заблуждение, и я могу объяснить почему, — говорит Сергей Сас.

Например, в "Мрие" есть более 50 судей, совершающих правосудие, а в выходные и ночью несут дежурство на постах противовоздушной обороны. Также есть ветераны и другие категории лиц, которые не могут быть мобилизованы.

Что касается военнообязанных, то процедура четко определена. Командир добровольческого формирования при заключении контракта передает один экземпляр добровольцу, один остается в ДФТО [в отделе кадров], а еще один направляется в ТЦК по месту приписки добровольца.

— То есть, ТЦК получает информацию, что этот человек является добровольцем. Если возникает необходимость, ее не нужно искать – она уже зарегистрирована, и в случае необходимости она готова идти на службу, – отмечает Сергей.

Командир отмечает, что нет возможности принять добровольца и заключить с ним контракт, если тот не состоит на учете в ТЦК. Поэтому одна копия контракта обязательно передается туда. Кроме того, еще один экземпляр посылается в воинскую часть Сил территориальной обороны, под руководством и контролем которой действует ДФТО.

На вопрос журналистки "Телеграфа", или, возможно, в ТЦК считают, что если люди заняты делом, то нет необходимости мобилизовать их, командир ДФТО ответил, что они в любом случае не прячут военнообязанных добровольцев. Напротив – здесь люди учатся, приобретают необходимые навыки, в том числе во владении оружием, и умеют выполнять реальные боевые предписания.

— Все добровольцы, независимо от статуса – будь то народные депутаты, судьи, государственные служащие – проходят обязательный двухнедельный учебный курс в нашем военно-гражданском центре. Мы формируем учебные группы по 15–20 человек, которые проходят подготовку по тактике, стрелковому оружию, психологии, тактической медицине и другим дисциплинам, которые нужны современному военному, — говорит он.

После этого добровольцы бесплатно получают сертификат о прохождении базовой общевойсковой подготовки (БЗИН). Это фактически курс молодого бойца, ранее имевшего другое название.

"Несмотря на непригодность защищали Киев"

Как отмечает Сергей Сас, добровольцы – это срез населения, то есть представители всех социальных групп. В начале широкомасштабного вторжения 24 февраля 2022 года многие граждане отправились в военкоматы (тогда еще не ТЦК) или в части Сил территориальной обороны, где формировалась Киевская бригада ТРО. Однако из-за большого количества желающих не все смогли попасть в армию или территориальную оборону.

Тогда люди начали вступать в добровольческие формирования, поскольку это позволяло им получить оружие и встать на защиту государства. Среди них были:

• военнообязанные, не успевшие попасть в ряды ВСУ;

• государственные служащие, судьи и другие лица, которые имели бронь и не могли быть мобилизованными;

• студенты, не подлежавшие призыву;

• лица в возрасте 60+, которых не призывали в ВСУ;

• пенсионеры, ветераны войны, ветераны Вооруженных сил и правоохранительных органов;

• люди с инвалидностью, которые не могли служить в армии, но хотели помогать обороне.

Тогда инициативная группа обратилась в Киевскую военную администрацию, согласовавшую создание ДФТО. Сергей Сас, вспоминает, как подписал контракт с более чем 1200 добровольцами, участвовавшими в боях за Киев. За этот период формирование потеряло 5 человек, один из них пропал без вести, а 18 получили ранения, из которых 8 — тяжелые.

Правда, позже ситуация в составе добровольческого формирования изменилась. Часть людей за эти три года пошла в ряды Вооруженных Сил – более 300 человек. А поскольку добровольческие формирования не выплачивают зарплату, а все организационные и материальные вопросы ложатся на самих добровольцев, некоторые вернулись к гражданской работе. Еще часть людей покинули службу из-за здоровья. Поэтому в ДФТГ "Мрия" осталось более 500 преданных добровольцев, которые продолжают выполнять задачи территориальной обороны.

"Силы ПВО сообщают все, что нужно знать — куда, когда и что летит"

Когда добровольцы пришли в себя после первых недель великой войны, они заметили, что есть много задач, которые государство не может решить самостоятельно. Одно из таких направлений – беспилотные летательные аппараты. Уже тогда стало ясно, что они будут оказывать значительное влияние на ход боевых действий.

Сегодня у ДФТО "Мрия" есть несколько мобильных групп, патрулирующих небо столицы.

— Добровольцы, конечно, не работают сами по себе, не действуют хаотично или по собственному желанию. Наши мобильные и стационарные огневые группы действуют по приказам командования территориальной обороны и ВСУ, — говорит Сергей Сас.

Первый беспилотник добровольное формирование территориальной общины "Мрия" сбил еще 31 декабря 2022 года. На тот момент в ДФТО уже были развернуты огневые позиции, успешно уничтожавшие вражеские дроны. Приблизительно так это происходит и сейчас.

По словам командира, за последний месяц [март] ДФТО удалось сбить три вражеских беспилотника, которые, к счастью, так и не долетели до своей цели.

— Добровольческие формирования – это не только наше, но и десятки других подразделений в Киеве и за его пределами. Все они действуют в системе сил противовоздушной обороны и наша работа четко координируется с военными, — объясняет Сас. – Все, что нужно знать – куда, когда и что летит – у нас есть эта информация. Это ведь не хаотическая стрельба "куда попало", а четко отработанная система, минимизирующая угрозу для гражданского населения.

Именно поэтому добровольцы работают с теми же средствами, что и Воздушные Силы. Известно, что ракеты Patriot слишком дороги, чтобы их можно было выпустить по каждой цели. Поэтому с дронами иранского производства Shahed мобильные группы сражаются с более рентабельными технологиями.

— В системе ПВО есть разные уровни. Есть так называемая "большая" ПВО – это комплексы типа Patriot, SAMP/T, IRIS-T, а также, например, Gepard, которые могут работать по ракетам. Это выпускают только по баллистическим целям и крылатым ракетам. Использовать его для дронов-камикадзе просто нерентабельно. Это очень дорогая система, ракета которой может стоить миллионы долларов. А "Шахед" — это, извините, дрон "из веток и палок", который стоит 100-150 тысяч, — рассказывает командир.

Обычно для обнаружения и уничтожения дронов применяют прожекторы, тепловизоры и стрелковое оружие.

— В Киеве туман зимой был действительно проблемой, потому что Днепр не замерзает, часто поднимается туман, низкая облачность. Но если небо ясно, прожекторы работают хорошо. Если туман или облака низко, мы используем тепловизоры. Для сбития берем пулеметы. Некоторые подразделения работают с зенитными установками, такими как ЗУ-23-2. Плюс есть "Гепарды". Всё вместе дает определенный результат. Но, конечно, хотелось бы лучшего оснащения, – рассказывает командир.

Задание не только в небе

Кроме противовоздушной работы, добровольческие формирования вовлекаются в другие поставленные задачи. К примеру, в 2022 году ДФТО "Мрия" активно доставляли необходимые грузы на фронт – более 200 тонн. Это были автомобили, продукты, генераторы, медицинские препараты, специальное оборудование.

Впоследствии столичные добровольцы создали учебный центр, который функционирует до сих пор. Получили сертификат Министерства обороны и начали обучать как военнослужащих, так и гражданских операторов дронов. По словам Сергея Саса, за три года удалось подготовить более шести тысяч специалистов, из них более четырех тысяч – это военные, которые сейчас выполняют боевые задания в составе разных подразделений.

После окончания учебы выдается сертификат и аттестационная книга. Там указано, какие типы летательных аппаратов освоены и сколько часов налета у человека. Это позволяет тем, кто идет в ВСУ, получить военно-учетную специальность "оператор беспилотных летательных аппаратов".

Еще одно направление их работы – обучение операторов ПЗРК. Это переносные зенитно-ракетные комплексы, которые используются для поражения живой силы, бронетехники и воздушных целей противника. К ним относятся такие известные системы, как "NLAW", "Javelin", "Stinger", разные типы РПГ.

— Мы уже научили почти семь тысяч человек, как гражданских, так и военных. Причем обучение в нашем центре, как для операторов дронов, так и для операторов ПЗРК, бесплатно — делится Сергей.

Кроме этого, в ДФТО "Мрия" есть два инженерных подразделения, где мы производим турели для мобильных и стационарных огневых групп, специализирующихся на выявлении и уничтожении вражеских дронов – в частности, "шахедов" и других угроз, которые атакуют украинские города.

– А еще мы занимаемся изготовлением артиллерийских установок. Ищем по всей Европе соответствующие автомобили, устанавливаем на них 100-мм зенитные пушки и передаем эти боевые машины пограничникам, подразделениям территориальной обороны и другим воинским частям, выполняющим боевые задания, – рассказывает командир. — Неоднократно наши добровольцы принимали участие в поисковых операциях по выявлению и уничтожению диверсионных групп в Киеве. Такие мероприятия проводятся регулярно, и это тоже боевые предписания.

"Присоединиться может любой желающий"

Во время разговора с "Телеграфом" в кабинет Сергея Саса время от времени заходят его подчиненные. Две женщины, служащие в ДФТО "Мрия" с первых дней великой войны, с 2022 года параллельно работают в Министерстве социальной политики.

— Одна дежурит каждый четверг, другая – каждую пятницу, они преграждают огневые позиции. У нас много женщин, хотя точное количество сейчас сложно сказать. Но никаких ограничений или дискриминации нет. — говорит командир. — Если говорить по сути, то есть 65 статья Конституции Украины, которая четко отмечает: защита суверенитета, территориальной целостности и независимости – это обязанность каждого гражданина, независимо от возраста, пола или социального положения.

В ДФТО "Мрия" также много студентов, даже целый молодежный взвод. Молодые ребята заступают на дежурство, но перед этим проходят обязательную учебу. Бывает, что люди попытаются и понимают, что это не для них. Но есть и остающиеся.

— Среди наших добровольцев есть молодые девушки. Например, была одна девушка, которая присоединилась два года назад, как только после школы, еще не достигнув 18 лет. Мы даже сомневались, принимать ли ее, но в конце концов согласились. Сегодня она несет дежурство на огневой позиции, освоила оружие и все необходимые навыки, — рассказывает Сергей.

По его словам, после двухнедельного обучения все проходят дополнительные тренировки в интерактивном тире, где изучают борьбу с воздушными целями, работу по ПЗРК разных типов.

— Наша главная задача — дать всем возможность выполнить свой долг. У нас нет такого, что командование сидит в кабинетах, а все остальные дежурят. Все ходят на огневые позиции, включая меня. Мы действуем по приказу, согласно графику, и я сам тоже несу службу наравне с другими. Ежедневно издаются приказы, кто заступает на какую-нибудь огневую позицию, с каким вооружением и какие средства поражения применяются, — рассказывает командир.

По его мнению, добровольческие формирования важны, и именно Киев является примером. Поскольку добровольцы сыграли решающую роль в защите города в начале войны. Тогда в столице было 47 ДФТО, и вместе с ВСУ и другими военными формированиями они смогли организовать оборону города. Добровольцы взяли оружие, присоединились к ТРО и ДФТО, и это дало результат.

— В общем, за эти три года стало очевидным: в Украине выросло поколение, не знающее ни совка, ни раши. Они родились в независимой Украине, и для них это их страна, которую они готовы защищать, — заключает командир ДФТО "Мрия" Сергей Сас.