"Слепой, больной - но годен" - что рассказывают в очередях под ТЦК в Киеве

С 1 сентября в стране стартует новая модель военной подготовки: вместо срочной службы - базовая подготовка для всех граждан в возрасте от 18 до 25 лет. Она продлится несколько месяцев и будет завершаться постановкой на учет в ТЦК.

Между тем предприятия, желающие сохранить бронирование своих работников, должны были до 31 марта подтвердить свою критичность. Иначе они могут быть мобилизованы на общих основаниях.

Власти настаивают, что без новой волны пополнения фронта говорить о ротациях или массовом возвращении военных - преждевременно.

Под стенами киевских ТЦК каждый день собираются люди: одни приходят добровольно или за отсрочками, другие - с повестками, третьи - провести родных в учебные центры.

Корреспондентка Gazeta.ua возле киевских ТЦК поговорила с людьми, которые туда идут. Расспросили их за мотивацию служить, отношение к потенциальному перемирию и т.п.

ЖЕНЩИНЫ НА ВОЙНЕ

Под дверью Шевченковского ТЦК - несколько человек. Кто-то пришел за справкой, кто-то - за повесткой, а некоторые просто поддержать родственника. Валентина - одна из немногих, кто не избегает разговора. Она - действующая военная, в отпуске с фронта.

- Пришла по личным делам. Я служу на Харьковском направлении, штурмовое подразделение. Ситуация там… сложная, но стабильная в своей сложности. Как было, так и есть. То, что здесь говорят о каком-то возможном перемирии - там не чувствуется, - говорит она.

Валентина пошла в армию добровольно еще в 2022 году. Говорит, просто пошла - и все, без лишних раздумий.

- Я из Белогородки. Выбрала штурмовую - потому что нравится. Не было ужасно. В войске отношение к женщинам и мужчинам одинаковое. Если ты военнослужащий - то военнослужащий. И точка.

Говоря о мобилизации, ее взгляд ужесточается. Говорит, что не понимает тех, кто прячется.

- Если бы все шли служить, не было бы столько "двухсотых". Очень много женщин сейчас в армии. Они не скрываются. А здоровые парни - прячутся, качаются в спортзалах, но сделать шаг - не могут. Я просто их не понимаю. А берут сейчас кого угодно - калек забирают, тех, кто не смог "откупиться". Это не нормально. А если бы каждый сделал свой выбор честно, нам всем было бы полегче.

О видео из интернета, где мужчин хватают на улицах, говорит сдержанно.

- Я такого не видела. На моих глазах ничего подобного не было, - признается Валентина и спешно уходит, когда ее зовет работник ТЦК.

Под ногами - мокрый асфальт, вокруг военкомата висит лента. Проход в помещение охраняет работник ТЦК. Рядом - противотанковые ежи, а двери ограждены мешками с песком.

Внутрь пускают за электронной очередью. Посторонним вход - запрещен. 20-летняя Юлия держит руки в карманах, бежевая куртка в плечах промокла от дождя.

- Парня мобилизовали. Повестку вручили на работе - позвонили, сказали, что какие-то "неполадки" в военкомате. Он ушел - а там уже дали боевую повестку. Хотя у него все было обновлено: штрих-код, ВЛК пройдено, - рассказывает Юлия. - Раньше имел бронирование, потому что работал на заводе. Но он был обычным работником, а броню оставили только мастерам. Как только сняли - сразу вызвали.

Время от времени смотрит на дверь, в которую заходят мужчины. Сегодня ее парня должны отправить на обучение. Юлия пришла, чтобы побыть рядом.

- Мы не успели ни к чему подготовиться. Я студентка, учусь на социального работника. А он просто пробовал жить, работать. Сейчас едет на учебу. Подразделение еще не знаем.

Часть снаряжения покупали сами. Наколенники, перчатки - получилось более 2000 грн.

- У знакомого был 46-й размер, а дали 58-й. Если будет не по нему - будем покупать сами. Но все очень дорого.

Юлия переселенка из Черниговской области. Приехала в Киев в 2023 году, к сестре. Ее парню - 28 лет. Когда тот сказал, что дали боевую повестку, она не сдержалась - была истерика.

- Он был ограничено годен раньше. Но потом - уже годный. И какого-нибудь другого варианта не осталось. Он сказал: "Ну, дали - значит, пойду". И я тоже пытаюсь принять, - добавляет она. - Но он не скрывался, мы всегда были "в системе", с обновленными данными.

Девушка не отводит взгляда от двери ТЦК. Говорит, пришла в 9:00 и ждет уже больше двух часов. В военкомате все строго - телефоны сдают, стоят металлоискатели, охрана.

- Не знаю, какое отношение там. Не пускают. Но в Сквире, откуда мы, он пришел просто "обновить данные" - а ему дали боевую. Как вы думаете, какое отношение?

О льготах для добровольцев до 25 лет Юлия говорит твердо: пусть ребята хотя бы немного поживут спокойно.

- Увидят молодость, что-то почувствуют. Потому что сейчас могут просто отправить в худшее. Зачем? - резко отвечает женщина. - Если забирают всех подряд, несмотря на состояние здоровья - это неправильно. Но сама свидетельницей чего-то подобного не была. Просто слышу.

Когда спрашиваем о будущем, ее плечи опускаются.

- Хотелось бы верить, что все это скоро закончится. Но надежды - почти нет. Думаю о самом худшем, но надеюсь на лучшее, - добавляет напоследок.

Мужчины стоят в очереди под плотными кронами туй и елок. В их числе также военнослужащие с ранениями. Некоторые опираются на костыли или трость, однако также ждут вместе со всеми.

ДОБРОВОЛЕЦ

Улица в Соломенский территориальный центр комплектования не отличается чем-то особенным - типичный киевский спальный район: пятиэтажки, кривые бордюры, автомобили вдоль тротуара. Но что ближе к зданию ТЦК - на глаза бросаются массивные противотанковые ежи, потемневшие от дождя и ржавые.

Далее - несколько покрышек, некоторые из них полны мусора и окурков, прислонены к бетонным блокам. Это импровизированный укрепленный вход, который начинается еще на углу улицы. В переулке дорога перекрыта - установили блокпост.

На выходе из ТЦК - мужчина в темно-синей куртке. Быстро идет к синему автомобилю, припаркованному под тротуаром и уже собирается ехать. Называется Александром, но фамилию говорить отказывается. Бывший госслужащий, признается.

Ему 45 лет. Он доброволец и только что завершил трехлетний контракт в терробороне. Теперь снова собирается в армию - на этот раз хочет в Нацгвардию.

- В марте контракт закончился. Я служил в 112-й бригаде с начала полномасштабного вторжения. Сначала в Киеве, в целом - Харьков, Николаев, Бахмут, Херсон. Не сидел на месте. Был всюду, где нужно. И сейчас продолжаю. Что еще делать?, - рассказывает Александр.

Ситуацию с мобилизацией Александр оценивает жестко, но убеждает, что уклонистов много - и их нужно ловить.

- Но не "отлавливать", как в TikTok. Надо объяснять. Закон есть - его нужно выполнять. Не можешь служить - помогай материально. Но помогай.

Говорит, все эти истории из видео о "бусификации" - результат нехватки коммуникации.

- Люди боятся не повестки. Люди боятся неизвестного. Им нужно объяснить: вот что будет, вот что дальше, вот твоя роль. А не хватать на улице. Надо не пугать, а разъяснять. Если люди будут знать, что их ждет - будет меньше паники, - убеждает военный. - ТЦК - это только исполнители. Они просто крайние. Выходят из помещения - и шевроны снимают, потому что уже люди на них косо смотрят. А это неправильно. Вся ответственность - не на них, а на руководстве, которое эти приказы спускает. Хочешь победы? Объясняй. Не гонись за статистикой.

На фронте, говорит Александр, ничего не изменилось. Переговоры, последние политические заявления, новости в эфирах - все это остается где-то за линией огня.

- Как был бардак, так и есть. Все по старинке. Ребята стоят и не верят в "перемирие". Все понимают - если сейчас остановиться, будет пауза. То, что предлагают - не в наших интересах. Это не мир, это пауза. Затем снова придут, как после Первой мировой. Люди потеряли слишком много, чтобы согласиться. Если Зеленский это подпишет - последует за "русским кораблем".

На "нуле" продолжается и война, и внутренний отбор. Тех, кто не готов психологически, не сажают в окопы. Александр убежден, что ключевая задача тыла - не только давать людей, но и готовить, объяснять, коммуницировать. Ибо даже самый крепкий фронт держится на том, что происходит за его спиной.

Война не закончится в ближайшее время, говорит мужчина. Продлится еще не менее двух лет.

- Трамп продвигает свои экономические интересы. Это не о нас. Они могут давить на Зеленского, но не на армию, - говорит Александр. - Все зависит от того, как нам будут давать оружие. Потому что без нее будет партизанщина. Как в 2022 году - коктейли "Молотова", охотничьи карабины, ДФТГ. Люди сами тогда вставали. Не нужно было никакой централизованной мобилизации - были образы Бучи, Харькова, Мариуполя. И этого хватало, чтобы брать оружие. Если будет необходимость, уверен - люди снова поднимутся.

ЛИШНЯЯ БЮРОКРАТИЯ

Люди идут по тротуарам мимо - кто-то с сумками, кто-то с папками документов или медицинскими карточками. Рядом несколько военных пьют кофе. Кто-то выходит из военкомата молча. Мужчина в черной распахнутой куртке бежит: "Извиняюсь, спешу на ВЛК", - отвечает.

Парень в куртке цвета хаки с отцом и братом быстро идут в машину. Говорит, что спешит, но объясняет: пока не военный - но уже в шаге от этого.

- Пришел сам, добровольно. Потому что хочу сам сделать этот выбор, - говорит Максим, 24 года. - А не ждать, пока кто-то решит за меня, когда мне будет 25. Я не из-за льгот каких-то здесь, просто пришло время. Нашел для себя подразделение, которое мне подходит. И решил не тянуть. Пора.

Уже во второй раз за день в Соломенский ТЦК идет 57-летний Олег. Фамилию отказывается называть, просит не фотографировать. Он афганец, имеет удостоверение участника боевых действий с советских времен. Уже неделю ходит в этот военкомат - обновляет данные. Говорит, что труднее всего - не комиссия, не выводы врачей, а бумаги.

- Я уже неделю сюда хожу. Нужен учетный документ, а чтобы его получить - нужно пройти все круги ада. И 101 кабинет, и все остальное. У меня есть удостоверение УБД, старый советский военный билет. Но ведь тогда у меня фамилия была написана на русском, а сейчас - на украинском. И все - данные не совпадают, не признают. Говорят: нужно все обновлять.

Олег не служит сейчас, но после прохождения ВЛК его сочли годным по категории Б. Это означает, что может пригодиться в логистике, охране, связи, медицинской части.

- Слепой, больной - но годен, - иронизирует он. - Я вообще связист по специальности, командир командно-штабных машин - уровень полка, дивизии.

Когда началась полномасштабная война, в ТЦК не пошел не потому, что скрывался, а потому, что было не до того:

- Мы баррикады строили, детей эвакуировали. Я в Тарасовке был, хотя квартира в Киеве. Учетная карточка у них на меня была, даны были. Просто ждал, что если уж будет очень нужно - то вызовут.

Пенсию, на которую имел право как ветеран, тоже не оформил своевременно. Лишь когда похоронил отца, встретил побратимов, те и сказали: "Да ты уже давно должен получать пенсию".

О повторном наступлении на Киев не верит. Россияне не осилят, смеется.

- Я экономист, имею два высших образования. Слежу не за газетами, а за теми, с кем когда-то бизнес вел. У них там все сыпется. Они сейчас просто блефуют. Если не можешь победить - создавай вид, что побеждаешь. Но это долго не длится. Верю, что война может закончиться уже в этом году. Но у нас в стране гайки закручивают, иначе не выживешь. Европа не знает, чего хочет: сегодня четыре страны "за", завтра - девять "против". А у нас - война. Здесь не до долгих прений. А у них - демократия, все из-за консенсуса. И как результат - затягивание.

В ТЦК, говорит, многие не хотят идти - потому что людей не мотивируют. Однако последнюю неделю видел в военкомате и на ВЛК много молодежи.

- То есть инициатива со льготами работает - и это правильная стратегия. Давно пора было так поступить. Я сам одно время писал два рапорта, чтобы пойти служить. А сейчас система советская. Все на "закручивание гаек". Но это не работает. - В 80-х я вернулся из Афганистана и хотел поступить в университет. Не прошел - ну, две войны, сельская школа. Но пошел на подготовительное. Принес удостоверение УБД - и тогда сказали: "О, нам такие ребята нужны". Это и есть мотивация.

Льготы для военных - сейчас в основном формальные, уверяет.

- Ну вот кому нужны коммунальные скидки, если у тебя еще нет своей квартиры? Дайте доступ к обучению, в вузы, к нормальному старту в жизни.

Видел среди добровольцев и девушек. И полагает, что каждый может воевать. Но не из-за "муштры", а из-за выбора.

- Мы должны быть, как Израиль. Но до этой системы нам еще далеко. У нас все еще держится на взятках. Но шанс что-то изменить есть.

Последние события после прихода к власти Трампа мужчину не удивили.

- Это логично с точки зрения экономики. Ибо в США - гигантский внешний долг. Более 37 триллионов долларов. Но не Международному банку, как все думают. А тем, кто купил их ценные бумаги. А это - весь мир, - улыбается и убирает с лица пряди уже поседевших волос. - Если мы не понимаем, как в мире работают деньги - нас продадут. И не свои. А чужие. Вопрос только - чьи деньги зайдут в эту страну. Украинские олигархи уже меняются на западных. И вся разница в том, кто будет получать прибыль. А не в том, что система станет более честной.

ОШИБОЧНЫЙ РОЗЫСК

Живой очереди у Соломенского ТЦК почти нет. Однако там выстраиваются те, кто зарегистрировался раньше времени. Онлайн-запись - на месяц вперед. Попасть внутрь можно, если долго ждать либо с повесткой, либо с полицией.

Встречаем Константина. Ему 30. Мужчина непригоден к службе, потому что имеет диабет первого типа - тяжелая форма.

- Мне выписали повестку. Пришел по ней, прошел ВЛК, зарегистрировал результат. И тут говорят - я в розыске, потому что еще не появился за другой повесткой. Какой?! Оказывается, она задним числом на три месяца раньше. Но ведь я все обновлял. Данные подавал еще, когда только появился "Резерв+". Полиция меня останавливала - ничего не говорили. В ТЦК - тоже. А здесь - на тебе.