Как выжить Австралии без альянса с США: нужно больше самостоятельности

Наше и так непростое стратегическое положение только ухудшилось.

Надежность США как союзника под большим вопросом на фоне таких действий администрации Трампа, как призыв к аннексии Канады, угроза расформировать или покинуть НАТО и внезапное прекращение поддержки Украины. В Стратегическом обзоре обороны 2023 года стратегическое положение Австралии было признано наихудшим со времен Второй мировой войны.

Австралия срочно пытается укрепить свои оборонные возможности и суверенный потенциал, в том числе путем приобретения атомных подводных лодок, оружия большой дальности, увеличения военных резервов и приобретения новых технологий, в то время как наш ключевой союзник на протяжении более 70 лет стал крайне непредсказуемым.

В регионе, соседствующем с Австралией, возникают три ключевых вопроса. Может ли Австралия рассчитывать на военную поддержку США, в частности на поставку атомных подводных лодок в рамках соглашения AUKUS? Продолжат ли Соединенные Штаты развивать и соблюдать соглашения о безопасности с Японией? И помогут ли США Тайваню перед лицом потенциальной китайской агрессии? Это далеко не полный список проблем, волнующих австралийское правительство и представителей оборонного ведомства.

Мы должны быть осторожны, чтобы из-за текущей администрации США не выплеснуть наш основополагающий союз вместе с купелью. Но нам стоит срочно задуматься, что делать, если нам понадобится большая оборонная самостоятельность. Это подразумевает определенную подготовку уже сейчас.

Как говорится в старой шутке, если бы Австралия попросила указать ей путь к самодостаточной оборонной политике, то ответ был бы таким: "Ну, для начала не стоит задавать такой вопрос". Но мы его задаем.

Пока что не до конца понятно, насколько изоляционистским будет правительство Трампа. Его реакция на ситуацию в Украине и в Газе местами очень противоречива. Важно помнить, что после начала Первой и Второй мировых войн США придерживались изоляционистских взглядов и склонялись к невмешательству. В конечном итоге они вступили в оба конфликта на одной стороне с Австралией. Связи, образовавшиеся между австралийскими и американскими военными в этих конфликтах, глубоки и прочны, и на них часто ссылаются как политики, так и военные. На главном здании австралийского штаба обороны в Канберре возвышается стилизованный орел, символизирующий благодарность Австралии за помощь США во время войны на Тихом океане и память о более 100 тысяч американцев, погибших в ходе боевых действий. Америка порой непредсказуема, и она медленно реагирует на происходящее, но в самые ответственные моменты она встает на защиту свободного мира.

Несмотря на некоторые нервирующие заявления Трампа, в долгосрочной перспективе роль США более предсказуема и позитивна для глобальных интересов Австралии. Австралия выигрывает от американского влияния, даже непредсказуемого, поскольку оно помогает поддерживать взаимовыгодный статус-кво. Помимо военных преимуществ, наш альянс с США предоставляет важнейшие разведывательные данные в рамках партнерства "Пять глаз". Масштаб и широту этого партнерства будет практически невозможно полностью заменить в любом новом соглашении.

Мне не хочется представлять себе оборонную позицию Австралии без альянса с Америкой, но я понимаю, что необходимо рассмотреть такую возможность. Без США в качестве стратегического союзника Австралия столкнется с крайне нестабильным миром. Полагать, что Россия, Китай, Северная Корея или Иран заполнят пустоту, оставленную Америкой, – это выдавать желаемое за действительное. В таком мире сдерживание применения силы как вариант политики останется первостепенным. Сдерживание достигается с помощью надежного военного потенциала, политической решимости и, чаще всего, альянсов, которые усложняют и подавляют возможность применения силы. Сдерживание является отправной точкой для любой оборонной национальной стратегии.

Самодостаточная Австралия получит выбор из разных методов достижения сдерживания. Спектр вариантов сдерживания простирается от нейтралитета до ядерного оружия. Наиболее известным примером нейтралитета является вооруженный нейтралитет Швейцарии. Его поддерживают более 90% населения страны, а расходы на оборону составляют менее 1% ВВП. Несмотря на то, что в геополитическом смысле подход Швейцарии работает до сих пор, во время кризисов он сталкивается с давлением со стороны союзников, которые вынуждены присоединяться, например, к санкциям против России, а также с новыми угрозами безопасности, такими как кибернетические.

Ядерное оружие и политика взаимно гарантированного уничтожения способствовали тому, что с 1945 года не было ни одного глобального конфликта. Угрозы России применить ядерное оружие, похоже, сдержали дальнейшую эскалацию со стороны других стран в Украине. Мрачная реальность такова, что ядерное оружие остается основным средством сдерживания. Однако его создание и содержание обходятся дорого, а решение о создании ядерного оружия весьма непростое.

Австралия может рассмотреть каждый из этих вариантов. Вопрос о том, как нейтральная или ядерная Австралия будет воспринята в нашем регионе, остается открытым. Возможность убедить австралийскую общественность пойти по тому или иному пути выглядит сомнительной. Скорее всего, общественное мнение останется где-то посередине. Австралии потребуется большая самодостаточность или пересмотр рамок альянса без американского военного потенциала в качестве опоры. Оборонная самодостаточность не будет стоить дешево и недостижима без оборонного бюджета в 3% ВВП и более. Невозможно определить точные цифры, но весьма отрезвляюще выглядит тот факт, что оборонный бюджет Австралии в 1942-43 годах составлял 34% ВВП.

Пересмотр рамок альянса может помочь снизить расходы. Это даст свои преимущества в виде разделения бремени, большей массы и широты, а также более серьезных стратегических осложнений для противников. Помимо США, нашими традиционно ближайшими и наиболее предсказуемыми военными партнерами являются Новая Зеландия и Папуа – Новая Гвинея. Однако каждая из них тратит на оборону менее 1% ВВП. Они обладают ограниченным практическим потенциалом как в плане масштаба, так и в плане сдерживания. Индонезия останется важным партнером, но наши отношения с ней по историческим и культурным причинам продолжат ослабевать.

Еще дальше находится Япония, тесно связанная с нашим регионом и заинтересованная в статусе-кво. Она обладает серьезными вооруженными силами, а наши межгосударственные и военные отношения с Японией активно развиваются. Здесь есть хороший потенциал для создания альтернативного альянса. Наши отношения с Индией менее развиты. Стратегическое мировоззрение Индии также в меньшей степени совпадает с нашим, чем в случае Японии. В отношениях с Индией есть потенциал, но построение доверительных отношений с ней, скорее всего, будет продвигаться медленно.

Мы могли бы рассмотреть возможность более тесного сотрудничества с Сингапуром, который хорошо вооружен для своего 6-миллионного населения и обладает большим опытом регионального лидерства. Наш бывший ближайший союзник, Великобритания, остается надежным и мощным партнером, но она находится далеко от нашего региона и должна по-прежнему уделять внимание европейским проблемам.

Это лишь несколько очевидных вариантов новой структуры альянса. Никакая комбинация не заменит глобальный охват и масштаб вооруженных сил США (включая их ядерный потенциал) или способность к сдерживанию. Новый альянс также не сможет в разумные сроки заменить разведывательный аппарат "Пяти глаз". Относительная позиция Австралии в сфере безопасности ухудшится без военной поддержки США.

Что же должно стать приоритетом в оборонной политике Австралии, если она решит, что США больше не являются надежным союзником?

Два ключевых элемента военного потенциала – это способность защищаться (обороняться) и наносить удары (нападать). Для эффективности каждого из них необходим третий элемент – разведка. Чтобы стать более самодостаточной, Австралии придется усовершенствовать все три элемента. Ни один из них не будет стоить дешево ни в долларах, ни в рабочей силе. Как правило, на создание этих возможностей уходят десятилетия. Их наращивание потребует согласия всех партий на протяжении всех последующих сроков полномочий правительства. Во всех трех случаях нам было бы лучше сохранить альянс с Америкой. Но давайте представим, что бы мы делали, если бы не были уверены в альянсе.

Для разведки потребуются новые надежные партнеры и дополнительные технические и человеческие возможности для сбора и анализа информации. Здесь придет на помощь ИИ, который потребует все более крупных суперкомпьютеров и центров обработки данных. Рабочая сила специализирована, и ее сложно масштабировать, особенно быстро. При наличии государственной воли мы сможем развить наши возможности уже через десять лет.

Что касается защиты, то со стратегической точки зрения нам придется решать, где защищаться – впереди (в ближайшем регионе) или позади (на наших собственных берегах). И то, и другое будет иметь последствия для наших ближайших соседей.

Независимо от выбора придется усилить подготовку, которую мы уже ведем. Критически важная инфраструктура и объекты уже требуют защиты от физических и киберугроз. Нам нужны проверенные средства противовоздушной и противоракетной обороны, такие как Patriot и THAAD (обе системы, кстати, американские) и способность интегрировать их. В политическом и координационном смысле нам нужна национальная система оповещения о воздушных и ракетных угрозах и расширенные возможности по противодействию саботажу, диверсиям и шпионажу внутри Австралии. Все это станет еще более важным, если союз со США окажется ненадежным.

Точно так же необходимы дополнительные возможности нанесения ударов и запасы оружия, и это будет тем более необходимо, если мы станем более самодостаточными. Текущая программа по созданию управляемого оружия и боеприпасов, направленная на расширение отечественного производства боеприпасов, нуждается в дополнительном финансировании и ускорении.

Ключевыми факторами являются дальнобойность, особенно для нанесения ударов по целям с воздуха и моря, и способность вести длительные боевые действия. Закупка дополнительных вооружений и платформ (таких как самолеты и корабли), а также реальное расширение отечественного производства потребуют больших затрат. Увеличение внутреннего производства необходимо на вчера, а для большей самодостаточности потребуется еще больше.

Атомные подводные лодки имеют важнейшее значение для нашего потенциала сдерживания, поскольку они вносят наиболее весомый вклад в разведку, защиту и нанесение ударов. Их полная стоимость пока не определена, но они усложняют стратегические и тактические планы врага больше, чем любой другой вид платформ. Отказ от усилий по приобретению ядерных подводных лодок (если бы мы пошли на это) подорвал бы наш главный фактор сдерживания.

Если мы намерены добиться большего морского охвата и влияния, следует вернуться к обсуждению австралийских авианосцев. Опять же, стоимость этих кораблей будет существенной, а наличие союзника, который может разместить несколько кораблей в нашем регионе, было бы весьма кстати.

Автономные воздушные и морские системы предлагают потенциально более экономически эффективные варианты наблюдения, прикрытия и нанесения ударов. Нам уже необходимо срочно внедрять больше таких систем. Еще большее их количество станет частью австралийских сил обороны, которым, возможно, придется обходиться без США.

Мы уже живем в мире, где почти ничего не происходит без способности поддерживать наши операции из космоса. Спутники и способность их защищать становятся все более важными (и дорогостоящими) возможностями, в которые мы недостаточно инвестируем. Отказ от альянса со США потребует очень серьезных инвестиций в эту сферу.

Это лишь несколько наиболее важных областей, которые необходимо рассмотреть для создания более самодостаточной оборонной позиции Австралии. Если мы по какой-либо причине разорвем наш союз с США, нам придется значительно увеличить расходы на оборону, чтобы сохранить достойные силы сдерживания.

И последнее, что следует подчеркнуть: одна нестабильная администрация США не должна стать причиной отказа от нашего более чем 70-летнего союза и военного партнерства, основанного во время Первой мировой войны. Отрицательные последствия для Австралии будут огромными.

Об авторе

Джон Фрюэн – генерал-лейтенант в отставке, старший научный сотрудник ASPI. С 2021 по 2024 год он был командиром Группы объединенных возможностей Сил обороны Австралии.