"Украина чуть ли не на птичьих правах": дипломат о сложностях с Трампом и жизненно важном для Киева шаге

Как выстраивать отношения с президентом США Дональдом Трампом? Есть ли у Украины возможность перебить российские нарративы для Белого дома? Каковы на самом деле планы Америки по отношению к Китаю? Об этом "Телеграф" поговорил с профессиональным дипломатом, послом Украины в Республике Хорватия (2010—2017), а также в Боснии и Герцеговине (2011—2017) Александром Левченко.

Кремль тратит на информационную войну миллиарды долларов

— Некоторые считают, что Украине стоило как-то иначе выстроить отношения с Трампом и его администрацией. Как вы оцениваете работу украинских дипломатов в этом году?

— Всегда можно по-разному выстраивать отношения со странами стратегического веса для Украины, особенно такими, как США. Но дело в том, что для администрации Трампа Украина не имеет такого большого значения, как во времена Байдена, и это, конечно, усложняет коммуникацию с официальным Вашингтоном.

Кажется, в такой ситуации особое значение приобретают контакты с кем-то влиятельным из действующей республиканской администрации, установленные ранее в предыдущий период. Еще важнее, если эти контакты включают кого-то из ближайшего окружения Трампа, политической, партийной или бизнес-среды. Есть ли такой контакт у официального Киева, сказать сложно, ведь об этом никто публично пытается не говорить. Учитывая досадную ситуацию, которая произошла в Овальном кабинете во время переговоров и разговора с прессой президентов Украины и США, похоже, что украинская сторона еще не вхожа, а точнее сказать, еще не имеет доверительных отношений с топ-руководителями новой республиканской администрации. Однако это касается не только Киева. В немилость попали и многие бывшие союзники США на североамериканском континенте и в Европе.

Поэтому говорить, что именно украинцы не смогли проложить дорожку к сердцам нового американского президента и его окружения, будет неправильно. Что плохо, так это то, что ощущается значительное российское влияние на Трампа и его команду, которая постоянно озвучивает кремлевские нарративы. Очевидно, россияне используют свой канал общения, потому что Трамп периодически наведывался в Москву и Петербург еще с 1987 года. Может ли это представлять определенную угрозу для украинской позиции? Еще и как.

Однако, несмотря ни на что, нужно концентрировать особое внимание на американском информационном треке, где мы полностью проигрываем медиавойну россиянам. Если Кремль бросает на информационную войну миллиарды долларов, это не просто так. Затем вложенные средства возвращаются сторицей, как мы видим в случае с США. У россиян все дипломаты работают или воюют в информационном поле страны аккредитации, что не является случаем для Украины.

Как активный свидетель многих войн на западных Балканах должен отметить: если вы не выигрываете информационную войну в мировом и, в частности, американском информационном пространстве, то тогда проигрываете в общем целую войну своему противнику. Нам нужно увеличить финансирование на информационную войну даже не в десятки, а в сотни раз. Если бы мы пропорционально расходам россиян так финансировали наш фронт, то московиты уже давно бы были в Киеве.

— Может ли Трампа действительно разозлить нежелание Путина идти на уступки? Или "виноватой" снова сделают Украину?

— Нежелание Путина идти на уступки может в определенной степени разозлить Трампа, но, учитывая серьезное российское влияние, эта реакция будет несоизмеримо слабее, если что-то касалось бы неуступчивости украинской стороны. Мы свидетели значительного влияния Кремля, но американский президент и его окружение осознают, что не могут допустить открытого пренебрежения со стороны Москвы.

У Путина также понимают, что, имея тайные каналы влияния на американскую администрацию, они не могут этим злоупотреблять бесконечно. Поэтому Киеву приходится играть еще тоньше, чтобы как-то балансировать и не попасть в ловушку. Очень обидно, что такая ситуация стала реальностью, но это может быть надолго и деваться некуда. Следовательно, Украина может попасть в очень сложную ситуацию и ее могут безосновательно обвинить в нежелании "достижения мира" как в Москве, так и в Вашингтоне. Поэтому все шаги должны делаться очень взвешенно, ведь мы чуть ли не на птичьих правах. Хорошо хоть европейцы не молчат и дают очень точные комментарии действиям Путина. Это хоть как-то вскользь влияет и на Вашингтон.

Самое важное, если в самой американской среде будет недовольство по поводу пророссийской позиции действующей республиканской администрации. Только сами американские политики и граждане могут внести коррективы в политику действующего президента и его окружения. Никогда в истории последнего столетия республиканцы не занимали настолько промосковскую позицию.

США, Китай и Россия могут распределить сферы влияния в мире

— Общим местом стало представление, что США хотят оторвать Россию от Китая. Но зачем открыто озвучивать свои цели? Может ли быть у США более тонкий и хитрый план относительно России?

— Хотел бы напомнить, что всегда существует декларируемая политика, но есть отдельно реальная, которая может очень сильно отличаться от декларируемой. В демократических странах меньше разницы между декларируемой и реальной политикой, а в странах автократии это различие может быть поразительным. Например, официальная Москва часто декларирует якобы мирные намерения и желание закончить войну, но реально Кремль заинтересован в продолжении войны и захвате как можно больше украинских территорий. Многие международные аналитики сейчас обвиняют США в крене в направлении автократизма. Поэтому официальная и реальная политика Вашингтона могут иметь довольно большие отличия, и все заявления новой администрации нужно воспринимать со значительным резервом. Тем более, что тактика стратегической неопределенности, применявшаяся Трампом в предвыборной президентской кампании, частично используется и сейчас в реальной политической жизни.

Следовательно, мы не можем исключать какой-либо более тонкий план в отношении России. Причем это может быть как более жесткая позиция по отношению к Кремлю, так и вообще противоположная политика, то есть союзнического характера, с Москвой. Очевидно, что вектор стратегической неопределенности используется не только для камуфляжа реальных действий, но и как отсрочка для принятия серьезных внешнеполитических решений, которые могут носить определяющий характер на всю систему международных отношений. Похоже, идет определенное тестирование перспективности отношений как с Москвой, так и с Пекином. При этом будет применяться реальный сценарий выстраивания отношений в зависимости от реакции на американские действия со стороны российской и китайской стороны.

В начале 70-х годов прошлого столетия американской администрации президента Никсона удалось установить довольно неплохие отношения с китайским лидером Мао Цзэдуном, и тогда Китай удалось оторвать от советского блока. КНР оставалась социалистической страной, но в очень натянутых отношениях с Москвой. Не исключено, что теперь Вашингтон попытается сыграть на руку Москве, чтобы расшатать отношения с Пекином. При этом не исключается вариант американо-китайского сближения в определенный ущерб Кремлю, а также, вероятнее всего, возможен и общий договор между США, Китаем и Россией по распределению сфер влияния в мире.

Это, пожалуй, самый плохой вариант, потому что тогда Европа отходит в сферу влияния Москвы, а значит, американцы будут минимально помогать своим партнерам по НАТО в случае российской агрессии. Это почувствовали в Брюсселе, Лондоне, Париже и начали выстраивать новую конфигурацию европейской внешней политики и политики безопасности, и здесь определяющее место будет занимать Украина. Европа поняла, что ей самой нужно позаботиться о своей безопасности, и она предприняла серьезные шаги по наращиванию собственного оборонного потенциала и увеличению помощи Украине.

— Пекин заявлял, что готов к любым формам противостояния с США – политическим, экономическим, милитарным… Это угроза ядерной войны?

— Мы должны не забывать, что официально США считают Тайвань частью Китая, однако не спешат сократить помощь Тайбэю с тем, чтобы подтолкнуть его к сближению с Пекином. Напротив, администрация Байдена оказывала Тайваню значительную военную и политическую поддержку. Сейчас, с одной стороны, Трамп декларирует свою враждебность к действиям Пекина в отношении Тайбэя, а с другой стороны, не исключается задействование секретных каналов коммуникации по установлению с Китаем доверительных отношений. То есть Вашингтон мог бы сдать Тайвань за какие-то очень заманчивые предложения Пекину. Откровенно об этом не говорится, однако такой сценарий не исключается.

Китай открыто демонстрирует, что ни при каких условиях не откажется от возвращения Тайваня в свое государственно-правовое поле. Значит, сначала будет задействована политика и челночная дипломатия, а дальше возможно обострение ситуации в случае очень агрессивной реакции США.

Ядерное столкновение не в интересах ни одной из сторон, причем Китай очень хорошо понимает, что на сегодняшний день имеет гораздо меньший ядерный потенциал, чем США. Очевидно, что в случае вооруженного противоборства будет применяться исключительно конвенционное вооружение. Однако при эскалации ситуация может обостриться максимально. Пекин точно не будет первым применять ядерное оружие, а Вашингтон еще раз прокалькулирует, что это даст, если ударить ядерными зарядами.

Сразу становится понятно, что это проигрышная ситуация, поэтому до этого, очевидно, не дойдет, если не вмешается какой-нибудь серьезный непредсказуемый субъективный фактор.

На сегодняшний день все карты на столе. Причем, на первый взгляд, не видно, что у какой-то из сторон больше козырей. А Трамп любит играть только тогда, когда козырей больше.