Беспилотный тупик: почему украинские дроны не меняют ход войны

Анализ эффективности дальних беспилотных атак Deep Strike (по открытым источникам и инсайдам) показывает, что до 80% запущенных дронов (есть еще большой процент неудачных запусков) не достигают цели вследствие противодействия противника — ПВО, РЭБ, несовершенства конструкции самих дронов, плохого планирования миссий экипажами, тактических ошибок применения и стратегических ошибок верхних штабов, офицеры которых очень плохо разбираются в возможностях беспилотной техники.

Бесспорно, у наших беспилотников есть большие достижения: горят нефтебазы на болотах, взрываются склады с боеприпасами, уничтожаются боевые самолеты на аэродромах и нарушается логистика. Но это почти никогда не происходит в московском регионе, где система ПВО и РЭБ самая мощная, поэтому оценивать акции и делать заключения нужно на основании немногочисленных налетов на Москву. Ведь если российское военное командование сконцентрировало половину сил ПВО для охраны столицы, то эта цель очень важна для Путина, для прочности российской власти, позиции Кремля в переговорном процессе. В конце концов, если бы украинские ударные дроны большой дальности каждую ночь бомбили Москву, сегодня война была бы совсем другой.

В целом украинские Силы обороны запустили по Москве немногим более десяти миссий (по данным из открытых источников), что никак не коррелируется с практически ежедневными (каждую ночь) атаками по Киеву. Почему так происходит? Попытаемся разобраться, проанализировав данные из открытых источников о самых известных налетах на Москву.

В ночь на 3 мая 2023 года два беспилотных летательных аппарата атаковали московский Кремль. До сих пор никто не взял на себя ответственность за эту акцию, поэтому здесь мы можем говорить о ней только как о самой результативной из всех атак на Москву.

30 мая 2023 года Москва была впервые массированно атакована ударными дронами. Часть беспилотников сбили во время подлета к российской столице, но как минимум три БПЛА нанесли повреждения жилым домам непосредственно в Москве. Злые языки говорят, что этот налет был санкционирован Будановым в ответ на атаку дронов и ракет по комплексу зданий ГУР в Киеве 29 мая 2023-го.

Летом 2023 года украинские ударные дроны трижды атаковали бизнес-центр «Москва-Сити» в центре Москвы — 30 июля, 1 и 23 августа. К каким-то серьезным последствиям это не привело, но можно утверждать, что именно в это время Путин отдал приказ значительно усилить противовоздушную оборону московского региона даже в ущерб ПВО других регионов России.

Как следствие, серьезные атаки на Москву прекратились больше чем на год (о несерьезных немассированных СМИ не сообщают). Теперь уже невозможно было долететь до Москвы «только по GPS», потому что противник сконцентрировал от украинской границы до московской области самое большое количество станций РЭБ, а плотно поставленные «Панцири», даже пригнанные из арктических гарнизонов, не оставляли ни одного шанса дронам, даже хваленым и очень дорогим «Лютим».

В ночь на 1 сентября 2024 года больше 158 украинских дронов (по данным противника) атаковали московский регион. До самой Москвы — московского нефтеперерабатывающего завода — долетел один (!) «Лютий». Если брать среднюю цену дрона 100 тыс. долл. (по некоторым данным — до 175 тыс. долл.), эта акция обошлась Украине в 158 х 100 000 = 15 млн 800 тыс. долл. Злые языки (инсайды) говорят, что в ту ночь по Москве было запущено 400 дронов, и только 12 из них долетели до московского региона.

Наиболее массированной (и самой пропиаренной) считается совместная воздушная беспилотная операция разных структур Сил обороны 11 марта 2025 года. По сообщениям противника, они зафиксировали 337 беспилотников, вероятно, было запущено около 400. До московского региона долетел 71 (фиксация противником) беспилотник типа «Бобер» и «Лютий», каждый стоимостью более 100 тыс. долл. Результаты акции — поврежден жилой дом и складские помещения в Подмосковье. До самой Москвы не долетел ни один аппарат. Минимальная стоимость акции — 400 х 100 000 = 100 млн долл. Пиара было много, результативность — фактически ноль.

В скором времени после «самой массированной» акции почти незаметно состоялась небольшая боевая операция Сил обороны Украины, во время которой до московского региона долетели 10 или 12 беспилотных летательных аппаратов, из которых пять долетели до самой Москвы, а два взорвались в непосредственной близости от Кремля (по сообщениям соцсетей и СМИ).

Противник сообщал в социальных сетях, что это были «самодельные беспилотники стоимостью не более 5 тыс. долл.», отсюда легко подсчитать эффективность: стоимость акции 12 х 5000 = 60 тыс. долл., процент долета до Москвы — пять штук, 60%. Процент долета до центра Москвы — 24%. Невероятный результат!

То есть, проанализировав две акции по Москве, — одну, стоившую более 40 млн долл., и другую, которая обошлась всего в 60 тыс. долл., — можно констатировать, что в первом случае, запустив 400 дронов, мы получили нулевой результат, а во втором, запустив 12 беспилотников, получили результат от 24 до 60%. Почему же так происходит? Почему десятки и даже сотни миллионов долларов налогоплательщиков в годы такой страшной и изнурительной войны буквально выбрасываются на ветер?

Причин несколько.

Несовершенство конструкций беспилотников. В то время как у противника над усовершенствованием одной модели «Гераней» работают (по его данным) около 450 инженеров, конструкторов, программистов, у нас каждый «гаражный кооператив» из нескольких десятков любителей строит собственную вундерваффе, которая не может преодолеть российские ПВО и РЭБ на пути к Москве.

И здесь цена самого беспилотника, как видим, не играет решающей роли. Аппарат, собранный из дорогих комплектующих, может проигрывать дешевому, если тактические приемы применения последнего лучше.

Раздробленность беспилотных сил, осуществляющих налеты на российские регионы. Сегодня ударные дроны существуют в недрах ГУР, СБУ, ВСУ и по меньшей мере еще в четырех силовых структурах, где они — источник гордости, пиара и способ заработать очки перед Верховным главнокомандующим.

Представьте себе, что было бы, если бы у нас все поступающие F-16 делили между Малюком, Будановым, Сырским и другими командирами, а не отдавали их ВВС. Это же бардак, не так ли?.. Но дальними ударными беспилотниками у нас занимаются и разведчики, и контрразведчики, и подразделения ВСУ, и ССО, и другие... Конечно, такая распорошенность сил, нездоровая конкуренция не приводят к успеху.

Неэффективная тактика применения ударных дронов большой дальности. Значительное количество разных типов несовершенных беспилотников не дает возможности разрабатывать и оттачивать эффективную тактику их применения и заниматься усовершенствованием техники. Успехом считается уже сам факт, что дроны взлетели и никого из персонала на старте не убили (дальние дроны несовершенной конструкции имеют плохую привычку периодически взрываться во время запусков).

Ужасающаяся стратегия применения дальних ударных дронов. Поскольку беспилотники — отрасль новая, а у нас как минимум семь (!) ведомственных командований беспилотников и одно центральное — Генштаб, а еще есть офис президента и Ставка, которые периодически дают «ценные» указания по применению ударных БПЛА, это неизбежно приводит к беспорядку и снижает эффективность акций. Поскольку нет в нашей стране (нет ни в России, ни в Германии, и даже в США) такого количества опытных командиров-беспилотчиков, которых бы на все многочисленные штабы хватило.

Коррупция. После того как оказалось (но было известно намного раньше), что дальние беспилотники — потенциально эффективное оружие и нужны нам в невероятных количествах, это стало источником коррупции.

Ну, смотрите сами: если разведывательных дронов самолетного типа стоимостью около 40–50 тыс. долл. нам нужно только 300 штук в месяц, то ударных украинских «шахедов» — как минимум 100 штук в сутки. Совсем другие деньги.

Вместе с тем, если разведывательные дроны многоразовые, легко проверить, что у них внутри, как они летают, выполняют свои задачи, насколько эффективны, то ударные «шахеды» — аппараты одноразовые. Поэтому для дельцов важно, чтобы они просто перелетели линию фронта или границу, после чего можно легко списать их потерю на ПВО или РЭБ противника. А какая там цена была за единицу — 5 тыс. или 150 тыс. долл., — никто уже не сосчитает.

Безусловно, как ни удивительно это звучит, у нас далеко не все воруют. Но коррупционные риски на такой фактически «золотой жиле», когда нет центрального единого управления и контроля, очень высокие. Ведь все, что касается Deep Strike, — цены, эффективность, стратегия (ее отсутствие), тактика применения — страшно засекречены.

Единственный способ выхода из этого коррупционного и технологического тупика — устранение раздробленности, объединение усилий, создание единого командования дальних беспилотных бомбардировок с самыми широкими полномочиями. И да — это очень важно — во главе такого командования должен стоять опытный профессионал, а не посаженный свадебный генерал.

И здесь речь не о Сухаревском и Силах беспилотных систем (СБС), потому что СБС — это лишь небольшая седьмая часть условного «рынка» Deep Strike.

Единого командования нет, как нет стратегии развития, тактики применения и единой государственной политики в сфере дронов в целом.

Если бы украинские дроны каждую ночь бомбили Москву, сегодня у нас были бы намного сильнее позиции на мировой арене, а у побитого и униженного Путина — слабее и внутри России, и за границей. Никто не уважает диктатора, который не может защитить даже свое логово, свой Кремль.