"Я убежден, что что-нибудь случится в Российской Федерации, когда у них не будет дела до нас". Интервью с Епифанием

'Апостроф TV' в интервью с митрополитом Киевским и всея Украины, предстоятелем Православной церкви Украины Епифанием поговорил о развитии ПЦУ, борьбе с внешним и внутренним врагом, о президенте США Дональде Трампе, о российском диктаторе Владимире Путине и о том, как и когда может закончиться война, развязанная против Украины Россией.

– Вот уже 6 лет, как ПЦУ получила автокефалию. Это было уже тогда, когда у нас шла война, но сейчас мы живем в самый сложный период этой войны. Скажите, пожалуйста, эта война является столь же окончательным испытанием для нашей независимости и для веры всех украинцев.

– Эта война длится не три года и даже не 10, она длится несколько веков. Враг тот же. Он пытался нас веками поработить, уничтожить, но мы смогли сохранить нашу украинскую идентичность. Что с нами только не делали: растворяли нас как единый советский народ, пытались уничтожить голодоморами. Но мы сохранились, и уже более 30 лет в своем независимом государстве выстраиваем свое общее будущее.

Но, к сожалению, мы сейчас проходим эти испытания. Как церковь мы проходим испытания с нашим украинским народом.

Сейчас мы видим, что 6 лет назад было действительно историческое решение – предоставление украинской церкви автокефалии, то есть независимого статуса для своего будущего существования, потому что это еще один акт провозглашения нашей независимости как государства.

Это очень важно, поскольку церковь играет роль в становлении государства. У нас в Украине существует и другая церковь – русская, пытающаяся содействовать и помогать врагу. Поэтому ВЦУ перестраивается, утверждается постепенно. И я убежден, что скоро все православные украинцы будут в составе нашей признанной поместной автокефальной церкви. Мы над этим работаем, только нужно время.

Война завершится обязательно нашей победой, и мы будем восстанавливать, возрождать страну, ведь мы выбрали четкий вектор нашего развития как европейский. За это мы боремся и платим за это очень высокую цену. Наши лучшие сыновья и дочери отдают наиболее драгоценную – свою жизнь – ради того, чтобы мы жили в едином украинском государстве и имели свою единственную поместную украинскую православную церковь.

- Владыка, можете ли вы вспомнить, с какой эмоцией вы встретили весть, что началась полномасштабная война?

– Мы были готовы к этому. Накануне проводились национальные круглые столы, где я имел слово, и там спрашивали, устоим ли мы в случае полномасштабного вторжения. Я говорил ясно, что мы как нация духовно сильны, а дух всегда побеждает. Я помню, накануне мне также звонили наши международные партнеры, они чувствовали опасность, переживали и спрашивали, сколько мы выстоим: день, неделю, месяц, ведь российская армия гораздо многочисленнее нашей. Я отвечал, что мы сильны, несокрушимы и ответим. У некоторых, я видел, это вызвало улыбку. Но так получилось, как я и говорил.

Мы украинцы умеем сплотиться очень быстро. Мы дали отпор, которого враг не ожидал. Мы видим, что сила духа побеждает. Ибо даже самое современное оружие в руках бездуховных людей не играет решающей роли. Мы хотим устойчивого и справедливого мира, чтобы эта война раз и навсегда завершилась.

– А что вы чувствовали, когда видели, как русские священники освящали оружие, фактически благословляя убийство украинцев? Возможно ли прощение нашего врага в будущем?

– Для нас это не было неожиданностью, мы говорили об этом. Украинская церковь больше 30 лет борется, и мы понимали эти вызовы. Мы говорили об опасности существования в Украине русской православной церкви, являющейся форпостом Путина в Украине. Мы сейчас разорвали все отношения с агрессором, но остается одна якобы неприкосновенная организация – русская православная церковь, которая кричит на весь мир, что здесь происходит якобы преследование. Но перед законом все равны.

И мы видим, что российская церковь в Украине включилась в процесс борьбы Путина против Украины. На оккупированных территориях почти все священнослужители поддержали оккупантов. И мы видим на четвертом году войны еще разоблачают многие священнослужители, которые помогают врагу. Это показывает, что российская церковь является неотъемлемой частью российского государства, это департамент по делам религии, открыто помогающий Путину.

До полномасштабного вторжения они еще однажды маскировались, но сейчас они все делают открыто. Это делает глава РПЦ Кирилл Гундяев, являющийся соавтором этой пагубной идеологии «русского мира». Это он побуждал Путина к тому, чтобы эту идеологию претворять в жизнь: что нет никакого украинского государства, нет никакого украинского народа. Они насаждали эти нарративы украинцам в течение 30 лет. Эта идеология принесла в наш мирный дом разрушения, слезы, боли и смерть.

Что касается прощения врага. Мы – христиане. Но для нашего поколения это сложный процесс. Мы видим, как каждый день гибнут дети. Возникает вопрос: а какова целесообразность таких вещей? В мире наработаны определенные правила ведения войны, которые РФ не учитывает. Они используют орудие для убийства мирных людей. У Путина есть цель – уничтожить украинское государство, и он его не покидает.

– Россия позиционирует себя, как православное государство. Путин ходит в храмы, молится, целует иконы. Но здесь возникает логичный вопрос, есть ли в этой стране Бог и слышит ли он молитвы наших врагов?

– Многие представители других поместных православных церквей тоже задаются этим вопросом. Россия позиционирует себя защитником традиционных ценностей. Но мы видим совсем другое. Они благословляют войну, а война – это зло. Они называют войну священной.

Вселенский патриарх Варфоломей назвал эту войну – дьявольской войной. Потому что война не может быть священна. Она приносит зло. На ней убивают военных, а это чьи-то сыновья, родители, мужчины. В Украине нет семьи, кого бы это ни коснулось.

- Как священники ВТО относятся к молитве, чтобы наш враг как можно скорее скончался?

– Мы не имеем права желать зла. Мы не должны накапливать в себе обиду на зло, ибо оно будет разрушать нас изнутри. Мы наоборот должны эту ненависть трансформировать во что-то хорошее и полезное, поэтому мы призываем украинцев и дальше сплачиваться помогать, донатить. Это будет способствовать защите нашего государства.

Говоря словами святителя Иоанна Златоуста, мы не должны это аккумулировать в себе, а наоборот как христиане должны делать все, чтобы это трансформировать в добрые и полезные дела, которые будут менять все во благо.

- То есть в молитве нельзя употреблять плохие слова о русских?

– Мы должны отдать все на волю Божью. Господь лучше знает нас. Мы молим, чтобы Господь воздал им за их дела.

- Как же так получилось, что Бог допустил войну между двумя православными народами?

– Мы – люди, всегда хотим найти причину где-то. Господь дал нам свободу выбора. Мы выбираем между добром и злом. Мы видим, что русский народ избрал себе человека, направившего эту волю против нас, против народа, желающего жить в свободе. Мы знаем из Священного писания, что войны происходили и в те давние времена, когда люди забывают о Боге, считают себя творцом на земле, и это приводит к таким негативным последствиям.

- По вашим ощущениям, увеличилось ли количество людей, которые начинают больше верить или, наоборот, отчаиваются, когда видят несправедливость, жестокость?

- Бывают разные случаи. Но среди военных я не слышал никакого ответа, что он неверующий. На передовой, где смерть смотрит в глаза, нет неверующих людей. Все просят о молитве. Кто может в этот момент помочь, если не Бог? Мы видим немало примеров, когда военный был атеистом, а затем стал верующим. Господь сотворил чудо. Страну покинули многие верующие люди. Но храмы снова наполнены, то есть пришли новые люди, их заменившие. Многие понимают потребность веры в Бога.

– Вы часто общаетесь со священниками, которые переходят в ВЦУ из московского патриархата, но мы видим, что какая-то часть верующих остается пророссийскими. Что их там держит?

- К сожалению, не так много священнослужителей приобщаются к ВТО. Эта идеология «русского мира» очень глубоко проникла в мозги и священнослужителей, и обычных верующих, которые до конца пытаются быть верны московскому патриархату. Им навязали мнение, что без Москвы нет спасения. И это удивляет.

Есть много священнослужителей, которые говорят, что они готовы выйти вообще из священства, но не приобщаются к ВТО.

А люди постепенно меняются. Мы видим, как в общинах проходит смена. Но на это нужно время. Мы строим церковь навсегда. Потому что без сильной единой украинской церкви мы не построим сильную европейскую Украину. Это – аксиома. Но не все его понимают. Если бы у нас была единая украинская церковь с 90-х годов, то, наверное, этого бы, что сейчас, не произошло.

– Вы каким-то образом поддерживаете своих верных на временно оккупированных территориях?

– Поддерживаем. Но это делать все труднее. Священнослужители нашей церкви сейчас, к сожалению, вынуждены покинуть оккупированные территории. Мы призвали их сделать это из безопасности. Там есть случаи, когда священников убивают. Ситуация непростая. ВТО там находится вне их закона. На оккупированных территориях мы не можем действовать даже подпольно.

– Существует многолетняя традиция ПЦУ вместе с фондом Владиславы Молчановой на Пасху всегда передает тысячи ремней для наших защитников. Увеличилось ли количество благотворителей ПЦУ и увеличилось ли количество пособий, передаваемых через ПЦУ на фронт?

- Действительно существует традиция, когда в канун Пасхи мы делимся нашей радостью с защитниками, потому что от них зависит будущая наша судьба. У нас есть хорошие благотворители, такие, как Влада Молчанова. Мы с ней воплощаем много разных проектов. Есть и другие благотворители, но сейчас ситуация сложная. Все уже истощены и поэтому все вместе мы приобщаемся к тому, чтобы делать добрые и полезные дела во благо государства и нашей церкви.

- Почему на территории Киево-Печерской Лавры до сих пор есть представители московского патриархата?

– Этот процесс сложен. Духовная деоккупация Лавры происходит постепенно. Проще это было сделать с верхней лаврой, принадлежащей национальному заповеднику. Процесс продолжается. Заповедник и Министерство культуры принимают на баланс корпуса, но до этого времени там находятся представители московского патриархата. Они противодействуют, они поддерживают в том числе и финансовую от пророссийских сил. Я уверен, что постепенно Киево-Печерская Лавра будет принадлежать настоящей украинской церкви.

– 30 марта в Киев приезжал советник и духовник президента США пастор Марк Бернс. Ожидаете ли вы изменения в религиозной политике по отношению к Украине и ПЦУ, потому что новая администрация Трампа позиционирует, что они защищают христиан во всем мире?

- Я не буду комментировать на счет духовников, потому что это русская традиция. В американской традиции такого нет и нет духовника у президента Трампа. Но у нас нет нарушения свободы вероисповедания. Любая администрация республиканцев в последние десятилетия в основном работают над тем, чтобы в мире сохранять баланс свободы вероисповедания.

Это московская церковь представляет информацию, что в Украине проходят преследования, гонения. На самом деле этого нет. У нас есть в Украине такая свобода вероисповедания, которой нет в некоторых европейских странах, несмотря даже на то, что мы находимся в состоянии войны.

Поэтому у нас нет никаких переживаний. Мы ничего не нарушаем. Те священнослужители московского патриархата, которые находятся под следствием, они как граждане отвечают за свои поступки. Все перед законом равны. Это касается безопасности украинского государства, а не свободы вероисповедания. Мы убеждены, что эта свобода будет сохраняться и дальше.

– По вашим ощущениям, когда завершится великая война и может ли быть какой-то Божий знак, что мы выстоим в этой войне?

– Мы уже выстояли. Если мы с вами можем собираться здесь в центре Киева, то за это уже нужно благодарить Бога. Борьба продолжается. Мы противодействуем врагу более трех лет. Это действительно чудо. Господь помогает нам и помогает. Мы остановили нашествие русской орды. Я убежден, что Господь создаст соответствующие условия. Потому что весь мир, лучшие дипломаты, специалисты моделируют, каким образом завершится война в Украине. Всем интересно предсказать, но это очень сложно.

Все надеялись на приход президента Трампа, но все не так-то просто. Я уверен, что Господь создаст условия и враг добровольно покинет нашу землю, как это произошло в Сирии. Я убежден, что что-нибудь случится в Российской Федерации, когда у них не будет дела до нас, они будут вынуждены решать свои внутренние дела и они покинут нашу землю.

Не может один агрессор-тиран диктовать свои условия всему миру. Правда всегда побеждает. Мы знаем из истории, что были периоды, когда зло одерживало верх, но в конечном итоге всегда правда, свет и жизнь побеждала. Мы должны верить. А при непоколебимой вере Господь нам в этом поможет.

– Сколько капелланов в ВЦУ и как они выбирают этот путь?

– Мы духовно поддерживаем наше украинское войско. Существует служба капелланского служения. Сейчас у нас полтысячи капелланов. Но постепенно мы увеличиваем штат. Есть много препятствий на этом пути. К примеру, священник должен стать военнослужащим, принять присягу и стать в строй. Как я уже говорил, военные нуждаются в священниках. Ибо священник есть тот человек, которому доверяют. Он укрепляет дух воинов.

– Что бы вы пожелали читателям и зрителям «Апострофа» перед величайшим христианским праздником – Пасхой?

– Мы встречаем действительно величественный праздник, который должен нас вдохновлять на дальнейшую борьбу. Этот праздник свидетельствует, что из-за страданий, перенесенных Господом, было Воскресение. То есть из-за страданий мы достигаем победы. Было тяжело, будет тяжело, но мы пройдем достойно эти испытания и достигнем того, к чему стремимся.

А все мы стремимся – победы. Стараемся, чтобы в Украине воцарился справедливый мир. Но все это зависит от каждого из нас. Мы не имеем права падать духом, а наоборот должны сплачиваться, поддерживать друг друга в сложных условиях, вдохновлять на дальнейшую борьбу.

Если каждый на своем городе будет выполнять все, что от него зависит, Господь спросит каждого из нас: «Почему ты это не сделал, имея соответствующие возможности?». Поэтому каждый из нас должен делать все от него зависящее.

Иногда, находясь в одиночестве, мы думаем: ну что от меня зависит? Но когда мы собираемся общиной, то вместе это большая движущая сила, которая способна преодолеть преграды, которые делает нам страна-агрессор. Желаю, чтобы Господь укреплял нас вдохновлял, давал силы и здоровье, делать все от нас зависящее для того, чтобы приближать нашу общую великую украинскую победу.