Жертва ровенского рецидивиста: Он хотел отметить жуткий юбилей – 10 лет назад убил девочку

29 апреля на свободе может оказаться ранее осужденный за убийство 32-летний житель Ровно Роман М., в глазах общественности также – насильник и рецидивист. Сейчас его осудили к 3 годам и четырем месяцам за попытку изнасилования – этот срок в СИЗО он уже отсидел. Его жертва настаивает на покушении на убийство. А это значит - в три раза больший срок.

Вышел из тюрьмы месяц назад

Этот случай произошел 2 октября 2019 года. Роман М. только месяц как вышел из тюрьмы, отсидев десять лет за убийство 12-летней соседки Кати. Она жила в квартире над ним. Задушил в подвале замороженной стройки напротив дома. Изнасилование не доказали – и убитые горем и утомленные многолетними судами родители девочки сдались, услышав приговор. Решили – достаточно, намного больше и так бы не дали. Собрав вещи, съехали со двора, в котором смех их дочери последний раз звенел 2 октября 2009 года.

Прошло ровно десять лет. Юле – 24. На календаре – та же дата, когда убили ее маленькую соседку. Но кто об этом уже помнил… В городе обсуждалась другая новость – ее убийца вышел из тюрьмы. Об этом Юля как раз и говорила по телефону с подругой, к которой шла ночевать. В то, что ее сосед тихоня Роман – убийца, верили не все. Десять лет его мать, верующая, убеждала всех, что не мог ее сын такого сделать. А вдруг действительно посадили невиновного?

На часах – 23.45, до дома подруги – каких-то пара минут ходьбы, уже можно чай ставить. Тогда, до большой войны, это было еще активное время – молодежь в Ровно гуляла и до часа, и до двух. Даже в такой будничный день, как та среда. Вокруг еще сновали пешеходы, носились машины. Да и – центральная улица, с хорошим освещением. Кто рискнет нападать? Но внезапно все замерло – исчезли люди, стихли машины... Как будто бы дьявольская рука обеспечила маньяку возможность подобраться к жертве и уволочь ее в черноту ночи.

Напал под фонарем на остановке

Юля вспоминает: за ней кто-то шел, держа дистанцию метра в три. Вернее, крался, как мышь: заметила она его не сразу. Оглянулась, сказала подруге: «кто-то за мной идет». В этот момент щуплый парень в капюшоне обогнал ее и исчез в арке дома – пошел справить нужду. Юля облегченно рассмеялась в трубку: «Ну, я и дурочка, сама себя накрутила. Подруга, открывай дверь!» До ее дома оставалось две минуты. Когда Юля вошла в круг света от фонаря на автобусной остановке, на ее шее сомкнулись пальцы, а рот зажала рука…

Очнулась девушка уже в темноте. Через пару минут поняла: она на крутом склоне за той самой остановкой. Рядом – тяжелое дыхание и очертания неизвестного в капюшоне. Заметив, что она пришла в себя - набросился, начал раздевать. Правда, по-мужски у него ничего не получилось – принялся снова душить. Так – три раза. Девушка то приходила в себя, сопротивлялась, то опять проваливалась в темноту. Затем сделала вид, что смирилась.

Все это время рядом на траве разрывался телефон – дозванивалась подруга. Юля еще не знала, что та, услышав хрипы в трубке, вызвала полицию. Копы подъехали бесшумно, блеснув синими маячками. Девушку они не видели – обзор заслоняли деревянная будка остановки и кустарник.

Зато Юля увидела маячки. Преступник их не заметил – он был спиной к дороге, его жертва – лицом. Сказав, что ей названивает мама и, если Юля сейчас же не ответит, мама тут же приедет, найдя ее по геолокации и «испортит им момент», девушка начала якобы убеждать маму, что «все в порядке». В то же время делала вид, что связь плохая и мама ее не слышит. Начала понемногу отходить в сторону тропинки – единственной возможности выбраться наверх по заросшему кустарником склону, якобы «ища связь».

До тропы – метра четыре. Затем – еще три метра круто вверх. Потерявший бдительность преступник дернулся в ее сторону только в последний момент, когда девушка уже прыгнула на тропу и рванула вверх к проезжей части.

Через минуту Юля сидела в машине полицейских. В ободранной кустарником одежде, с царапинами и синяками на лице и теле, в одном кроссовке. Напавший тащил ее волоком вниз, пока она была без сознания. Полиция, волонтеры, таксисты бросились искать его в ту же ночь, город закрыли на выезд, объявили план-перехват. Но парень будто растворился, сбежав с места преступления по крышам гаражей.

«Ты сегодня умрешь. Это твой последний день»

Юлия рассказывает Коротко про: если б не узнала в напавшем соседа Романа, даже не знала бы, как описать его полиции. Таких в толпе – каждый второй, ничего примечательно.

- Какой он?

- Ну, обычный.

Но его Юля хорошо знала. Жил через подъезд, она даже бывала у него дома – дружила с его сестрой. Да, немного замкнутый, не особо общительный. Но разве это вызывает удивление? Не всем же быть душой компании. Да, иногда взглянет из-под лба. Ну, может, строгие родители, вот и растет волчонком. Друзей особо не заводил, хотя ребята с ним общались. До третьего класса учился с Юлей в одной школе, затем его перевели. Ходят слухи – по совету психолога отправили в учебное заведение с классами для «особенных» детей.

- Это был последний человек, кого я б могла обвинить в нападении, если б не увидела тогда его лицо, - делится с нами Юлия. – Уже после мне начали писать: его и в тот день, и накануне видели чуть ли не во всех районах города. Он искал жертву, приставал к девушкам. Одну, говорят, тоже утащил в кусты, но ей удалось сбежать. От второй его отогнали ребята. Кому-то повезло – вышла мама. Мы насчитали с десяток таких случаев. По слухам – лично я не слышала этого от него, но он якобы кому-то говорил, что «хочет отметить кровавую годовщину». В ту же дату ровно десять лет назад он убил нашу 12-летнюю соседку Катю.

Зато Юля слышала там, на темном грязном склоне другое: «Ты сегодня умрешь. Это твой последний день».

Задушил на стройке напротив дома

Малышка Катя с кукольным личиком и бантиками исчезла около пяти-шести вечера 2 октября 2009 года. Вышла в вечно заполненный детьми и их смехом двор – и пропала. Говорят, перед ее исчезновением из подъезда как раз выходил опухший после пьянки Роман. То ли в подъезде перехватил, то ли во дворе. Долго уговаривать пойти на замороженную стройку напротив не пришлось – девочка ему верила, росли вместе. Из подвала того недостроя она уже не вышла.

После убийства Кати ранее шумный двор как будто бы вымер. Смех стих. Не было больше посиделок на лавочках.

После нападения на Юлию девушки и женщины, как только стемнеет, несутся домой. Детям также не разрешают гулять после сумерек. Жизнь в городе изменилась.

- Я ношу в сумке баллончик, вечером по улице не гуляю, меня всегда подвозят либо провожают до двери и постоянно отчитываюсь перед родными, что я уже дома, - отмечает Юлия. – Так же и у моих подруг и знакомых. Ситуацию усугубляет то, что многие мужчины на фронте, и встречать либо физически защитить часто некому.

Провинциальное Ровно – это не какой-то украинский Чикаго. Но свои страшилки здесь имеются. Например, жители помнят: еще в 2008-2009 годах неподалеку от центра, того места, где напали на Юлию и не так уж далеко от места убийства Кати, орудовал маньяк. Тогда изнасиловали и убили трех девочек-подростков. Поймали, посадили, вскоре тот мужчина, говорят, умер в тюрьме.

Предлагали деньги

Жители Ровно опасаются, что Романа могут отпустить в зале суда – ведь свой срок он уже, получается, отсидел. Надеются, что в таком случае в городе он не останется. По крайней мере, в старую квартиру вряд ли вернется – там давно живут квартиранты, а мать с сестрой и племянниками выехали еще в начале войны. Он бы мог отправиться к ним – после отсидки за убийство в армию уже не берут.

- Но что ему мешает вернуться на наши улицы? Мама боится, что он будет мне мстить, - отмечает Юлия. – На судах он смотрит на меня с агрессией и ненавистью. При взгляде в его сторону накрывает какой-то животный страх. Знаете, я думала, может, он дурачок, помешался, потому напал. Но нет – экспертиза признала его вменяемым, он все осознавал и мог остановиться. Вот это самое страшное – он делал это сознательно. Но признали, что он не может контролировать вспышки агрессии. С другой стороны, если он уедет, не в глухой же лес, а в город, где тоже есть дети и женщины. Поэтому я буду идти до конца – мы хотим добиться, чтобы ему дали 10-12 лет, как положено при покушении на убийство. Была еще статья за легкие телесные. Хотя какие это легкие, если он три раза душил меня до потери сознания, но там вышел срок давности. Также не учли, что он уже сидел за убийство.

Мать Романа, по словам Юлии, еще в самом начале пыталась замять дело, предлагала деньги. Юля даже не стала вникать в сумму.

- Спросила ее: а вы за сколько готовы свою дочь похоронить, - продолжает Юлия. – Полиция тогда ночью со мной приехала к ней. Она разыграла спектакль, что ее Рома не мог этого сделать. А уже в девять утра позвонила, плакала, что покончит с собой. Потом передала ему трубку – уже он стонал, как ему было плохо в тюрьме, что он не хочет обратно, и что он вообще меня не узнал. Ну а если это другая девушка – то у тебя карт-бланш на удушение?

Параллельно с мамой Юле наяривала невеста Романа, появившаяся за время десятилетней отсидки. Впрочем, аргументы типа «бес попутал», «что-то в водку подмешали» не сработали. Тем более экспертиза подтвердила, что парень был абсолютно трезв – не пил ни в тот день, ни до этого.

Дом, в подвале которого убили 12-летнюю Катю, давно заселен. Склон, на котором душили Юлю, расчищен и облагорожен. Не зажили только шрамы в душе девушки и родителей девочки. И они не хотят, чтобы рука психопата сжалась на горле очередной невинной жертвы.

Девушка надеется, если он появится на улицах города, то жители будут знать, что этого «невзрачного» парня нужно опасаться.

Суд, который назначен на 29 апреля, апелляционный. На него Юлия отправляется без адвоката. В случае освобождения ее обидчика готова дойти до Верховного суда.