Андрей Исаенко – о кино, отношении к наградам, увлечении дочери и годовщине свадьбы

19 мая на канале ICTV2 выйдет 24-серийная полицейская комедия «Майор Сковорода» с Андреем Исаенко в главной роли. Его герой, профессиональный следователь Андрей Сковорода, через свой своенравный характер отправляется из Главного управления в «ссылку» - маленький участок на окраине города. Ко всему этому, вместо опытных полицейских, майор получает четырех «зеленых» копов, которым нужна скорее нянька, чем шеф-профессионал.

В интервью Коротко про Андрей Исаенко рассказал, заставит ли эта комедия украинцев посмеяться, как, несмотря на успех и славу, ему удается быть простым человеком, есть ли у него свой райдер, хочет ли его 7-летняя дочь Мария еще сниматься в кино, об отношениях с женой - режиссером и сценаристом Олесей Моргунец-Исаенко, и семейных ценностях.

Снимаю шляпу перед парнями и девушками, которые работают в ГСЧС

– Андрей, сериал «Майор Сковорода» анонсируют как ленту с классным украинским юмором и цитатами Григория Сковороды. С классным юмором в кино у нас есть проблемы. Вы что скажете – развлечет интеллектуально эта лента зрителя?

- По крайней мере, попробуем - это точно. Но все же хорошее настроение после просмотра могу даже гарантировать. Расстроенным не оставим никого.

– Сейчас вы еще снимаетесь и в экшн-драме «Служба 112», где главные герои – полицейские, спасатели и парамедики. Это совсем другой проект, эмоционально не простой, судя по словам режиссера Сергея Сторожева. Кого вы здесь играете?

– Это, правда, более серьезная история. Играю спасателя ГСЧС. Мой герой – человек своего дела, который, как говорится, молча делает свою работу, но и не потерпит чего-то плохого.

– Как дается такая роль? Ведь все эти люди - реально наши герои, и хочется, чтобы на экране это не выглядело фальшиво.

- Во-первых, мы на этих съемках на себе поняли, с какими трудностями сталкиваются работники ГСЧС. Даже одеть на себя защитный костюм спасателя – а это и кислородный баллон, и маска, и шлем, и перчатки, и ботинки, и пожарный топор или другие предметы, которые нужны для работы, – это уже очень сложно.

– А в этой форме еще нужно быстро и умело работать.

– Да, и быстро реагировать, и разбирать завалы, и спасать людей. Это титанический труд. Снимаю шляпу перед парнями и девушками, которые работают в ГСЧС и выезжают на выезды.

- Анастасия Карпенко, которая тоже играет в этом сериале, рассказывала, что здесь есть много трюков, но она подготовленный боец, потому что занимается боксом, кикбоксингом, тайским боксом. У вас хорошая физическая подготовка?

– Я тоже, как говорят в народе, не пальцем деланный. У меня, слава Богу, было много проектов, в которых требовалась значительная физическая подготовка. К примеру, сериал «Козаки. Абсолютно брехлива історія». Там мы вообще с лошадей не слезали и много тренировались.

Вообще я со спортом дружу. Постоянно поддерживаю форму, хожу в зал, потому что понимаю: моя спина мне в профессии еще много для чего нужна. И не только спина. Поэтому нужно заниматься собой. Не зря говорят: в здоровом теле – здоровый дух.

- Вы задействованы в большом количестве проектов. Чувствуете себя востребованным актером? В дальнейшем графики уже расписаны?

– Я не привык планировать что-то вперед. Работы, слава Богу, хватает. Чувствую ли себя востребованным? Наверное, понемногу чувствую. Но если вспомнить, какой путь был пройден мною, то отношусь к этому как к результату своей работы, и не более того.

– Теперь чаще приглашают на пробы или приходится выгрызать себе роли?

– Бывают проекты, где просто говорят: «Андрей, вы у нас снимаетесь». Бывает, просят сделать самопробы, чтобы прикинуть ансамбль с другими актерами, и после этого утверждают. Бывает, просят приехать на пробы, чтобы посмотреть в ансамбле с партнером или партнершей. Было несколько раз, когда просто утверждали и говорили, когда начало съемок, потому что уже знают, как я работаю.

Никогда не писал райдер

- Вы говорили, что вам нравится быть простым человеком. Как вам это удается? Известность же крутит голову. Главные роли, узнаваемость, и зритель вас любит. Как не растерять простоту?

– Меня всегда в этом плане поддерживала и, так сказать, осаждала моя жена. Даже не то, чтобы осаждала, просто говорила: «Ничего не изменилось, работай дальше».

И, наверное, таким меня воспитала жизнь в Запорожье. «Будь проще, и люди к тебе потянутся» – у нас эта фраза постоянно звучала. Наверное, каким-то образам она запечатлелась во мне. Наверное, это и воспитание родителей.

Когда-то снимался в проекте, и там были какие-то звезды, все сидели в одной большой комнате. А мне было интереснее пойти на конюшню, посмотреть на лошадей, пообщаться там с людьми, чем сидеть с пафосными людьми и говорить о пафосных вещах. Слава Богу, в Украине людей, которые считают себя какими-то эталонами или идолами, мало. Чем будем проще, тем лучше. Мы ведь такие же люди, как и все остальные.

– То есть ныне в актерской среде в основном дружеская атмосфера? Нет такого, что вот звезда, ей все привилегии, а все остальные пусть сидят в одном гримвагончике?

– Так а зачем это? Если кто-то себя так ведет, то на самом деле мы компанией можем немного поговорить и сказать: будь проще. Лучше дружить, общаться, чувствовать друг друга на одном уровне, тогда и будет легче работать, коммуницировать и делать свое дело. Если кто-то будет о себе очень много чего-то думать, то оно на пользу делу явно не будет. А когда все в одной упряжке, все равны, никто не лучше, никто не хуже, тогда это работает на общее дело.

Если нужно кому-то что-то подсказать, если человек будет нуждаться в какой-то моей помощи, с удовольствием это сделаю. И я тоже могу попросить подсказки. Это нормально, это рабочий процесс. И такое я только приветствую на площадке.

– Есть у вас любимый партнер или партнерша на съемочной площадке, с которыми вам всегда в кайф работать?

- Проект от проекта всегда отличается. К примеру, с Настей Карпенко я мало снимался, но сейчас мы с ней вместе заходим во второй общий проект. Когда-то мы с ней снимались в фильме «Казка про гроші» у моей жены. С ней мне вообще суперкомфортно, суперклево. Мы друзья, мы знакомы с 2008 года. С ней работать рядом – это большое счастье и большой бонус, потому что я доверяю ей, а она – мне.

– Мы уже с вами заговорили о простоте в жизни. Поэтому интересно: есть ли у вас райдер?

– Никогда не писал райдер. Максимум, что можно написать в моем райдере, – это баклажка «Моршинской» и «Кока-кола» (смеется). Если мне что-нибудь нужно, я могу себе это купить.

«Раша гудбай» – довольно неплохая сатира, и к этому фильму нужно относиться как к сатире

– Что для вас сегодня принципиально в кино? Актеры говорят, что нужно за что-то жить, поэтому и снимаются в проходных и шаблонных картинах. Ибо гонорары упали и выбирать не приходится. На что вы не согласитесь?

– Мне принципиально, чтобы была хорошая команда, прикольная история и хорошая атмосфера на площадке. Наверное, принципиально иметь достойный гонорар. Но это условия работы, не совсем нельзя назвать это принципом. Каких-либо особенных принципов нет, хотя и не могу сказать, что я беспринципный. Если вижу какую-нибудь, грубо говоря, несправедливость, всегда скажу свое «фе».

– Бывало, что обижались, когда вы говорили, что думаете? Не все же любят, когда им могут возразить.

– Может, и было, но я этого не помню. Все-таки в работе стараюсь оставаться в рабочем состоянии и не переходить эту грань. Если на работе будет какая-то нездоровая атмосфера, еще раз повторюсь, это будет только хуже для продукта. Можно что-нибудь посоветовать, аккуратно о чем-то сказать, если это нужно. А рассказывать кому-то, как надо жить, – неблагодарное дело. У каждого своя жизнь, свой путь, и каждый идет своим.

– А чем вас заинтересовал фильм «Раша гудбай»? Много было негативных отзывов, прежде всего, за кучу стереотипов, плоских шуток в столь сложной и чувствительной теме.

– Мне показалось, это довольно неплохая сатира. Если к этому фильму относиться, как к сатире, и не ждать чего-нибудь сверхвысокого, то это кино воспринимается абсолютно легко и смешно. Возможно, есть какие-то шаблоны. Но это жанр сатиры, и сатира позволяет это делать. Она сделана грамотно, осторожно и красиво. И почему нет? Просто у нас как люди любят? Кто-то где-то что-то сказал – и понеслось, никто не разбирается.

Мне не раз писали в инстаграме еще до выхода фильма: почему вы снялись в этом кино, как вы могли? А я у всех спрашивал: «А вы видели кино, что вы мне такое говорите?» И никто не ответил на этот вопрос. О чем мы можем дальше говорить? Зачем обсуждать кино, говорить, что оно плохо, если его еще не видели?

Возможно, был неправильно смонтирован трейлер, и он не зашел людям, они возмутились. Но не смотря продукт, говорить, что он плохой… Есть у нас немного такой недостаток - взять что-то и понести по селу.

– Меня в этой истории больше всего возмутило то, как набросились на Екатерину Варченко и начали ее оскорблять.

– Катю Варченко, у которой муж, актер Анатолий Фон-Филандра, защищает всех нас на фронте. Такую ересь о ней писали… Я Катю знаю очень давно. Знаю, какой она ответственный, честный и правильный человек. Как такое можно было писать? Когда людям хочется хайпонуть, им уже на других людей все равно, - взяли жертву и все.

- Вам где комфортнее работать - в комедии или серьезном жанре?

– Я ко всему отношусь прекрасно. В комедии – весело. В серьезном жанре можно передать свои мысли, донести людям какие-то месседжи, возможно, как-то повлиять на сознание. Вообще это и есть задача культуры – влиять на общество, изменять его. И если в драматическом жанре это удается сделать, это прекрасно. А комедия – это всегда весело и на радость людям.

– Кстати, как вам Тарас Цымбалюк в роли главного героя «Холостяка»? Вы с ним много работали вместе, знаете друг друга. Такие проекты идут на пользу актерам, по вашему мнению?

– Не знаю, честно. Лично я отказался бы от такого.

– Ну, у вас уже давно и шансов нет попасть в такой проект.

– Да. Я уже не нуждаюсь в этом (смеется). Решил он так сделать – это его право. Пусть делает.

Дочь еще хочет сниматься

- Шевченковская премия – это весомая для вас награда?

– Я получил Шевченковскую премию 9 марта 2022 года. Поэтому это большое событие, можно сказать, прошло мимо, не о том тогда думалось. Да, она есть, но не считаю, что должен как-то измениться после этого или еще что-то подобное. Конечно, приятно было получить эту премию за свою работу. Но есть – и есть.

- Вы не из тех людей, которые гонятся за званиями?

– Нет. Может, когда был молод, этого хотел, может быть, даже мечтал об этом. Но с годами стал относиться ко всему этому гораздо проще.

- По-моему, самый важный показатель любви – это когда люди идут на вас в театр или в кино.

– Да, показатель – это люди. А все остальное - это уже чисто профессиональное, поставил себе галочку, что ты сделал свою работу честно, следовательно - не зря. Тем более, Шевченковскую премию мы получили за спектакль «Погані дороги». Поэтому, наверное, это больше благодарность за наш спектакль и нашу работу.

- Как говорила Виталина Библив, звание - это больше для ее родителей, чем для нее, они гордятся.

– Есть такое. Звание «Заслуженный артист Украины» мне присвоили во время торжеств к 30-летию Независимости Украины на Майдане Незалежности. Тогда папа мне позвонил и сказал: «Мне на день рождения меньше звонили и поздравляли, чем когда все увидели, что тебе на Майдане дали звание». Поэтому да, возможно, это больше для родных.

– Ваша дочь Маруся, ей 7, уже сыграла свою первую роль в «Жіночому лікарі»». Хочет еще сниматься?

– Хочет.

– Водите на кастинги? Может, ей что-то предлагали?

– Еще ничего не предлагали, пока больше нигде не снималась. Но недавно вышла первый раз на сцену на чтение пьесы. Моя жена Олеся Моргунец-Исаенко делала чтение пьесы в театре «Особистості». И там у Маруськи была небольшая роль, буквально несколько слов. Первый раз она посидела на сцене рядом с профессиональными актерами. Ей очень понравилось.

– Как говорит опыт «Жіночого лікаря», собственно, где ее и заметила кастинг-директор, берите Марусю чаще с собой на съемки.

– Да (смеется). Просто, возможно, немногие знают, что мы хотим этого.

– Часто приходится брать дочь с собой на съемочную площадку?

- Нет, потому что на съемочной площадке ей будет скучно и нечем ей там заняться. Ей всего 7, может, когда повзрослеет, так и будет. А вот в театр ее часто беру.

– Чем она еще интересуется?

- Маруска очень любит лошадей, ездит верхом. Наверное, насмотрелась и на меня, когда я тренировался для съемок в «Козаках…». Недавно были на тренировке. Для нее это большой кайф.

Она постоянно что-то лепит, делает какие-то поделки, что-то вырезает, одним словом – занимается творчеством.

На самом деле, я никогда не буду указывать и говорить, кем ей нужно быть и кем становиться. Это только ее выбор.

Последние годы бронирую выходной на нашу с Олесей годовщину свадьбы

– Вы росли в русскоязычном Запорожье. Вот как вы для себя анализируете – что помогло вам не вырасти человеком с русскими мозгами, так сказать? Ведь то, что вокруг нас, тоже сильно вливает.

– Пока я жил в Запорожье, был русскоязычным. Обучение в школе было на русском языке. Тогда в Запорожье было только две украиноязычные школы на почти миллионный город.

Наверное, моя работа, профессия. Также и мои родители, и друзья, кто там, всегда смотрели и смотрят в сторону Украины. Наверное, и правильное воспитание, и правильные приоритеты, и любовь к истории, к Родине.

Жена моя – украиноязычная. И когда родился ребенок, мы сразу сами себе сказали, что дома у нас будет только украинский язык, чтобы ребенок говорил на украинском.

- А не сложно Марусе, она ведь еще маленькая, держаться и не переходить со сверстниками на русский? Ведь и сейчас русского очень много среди детей.

- Она все равно говорит на украинском, и меня это радует. Она не переходит на русский. Может даже кого-нибудь поправить. Даже меня (смеется). Если скажу какое-нибудь русскоязычное слово, она сразу: «Папа, на украинском».

– В марте российский дрон попал в ваш дом. С таким сложно справиться, когда это совсем рядом. Константин Октябрьский рассказывал, когда попало в его квартиру, у него был ПТСР, жена лечилась, старший сын работал с психологом. Как ваше эмоциональное состояние?

– Косте было гораздо сложнее, чем нам. Я вроде бы нормально это пережил. У дочери в какой-то период было больше страха.

Сложнее всего это пережила жена. Я в этот момент спал, а она была возле ребенка, все слышала, что происходило. Олеся тоже со своим психологом работала. Но вроде бы понемногу это отходит.

– В августе у вас с Олесей будет 14-я годовщина свадьбы – агатовая. 14 лет вместе – это круто. Что для вас в отношениях самое важное, особенно в такие непростые времена, чтобы держаться друг за друга?

- Любовь, доверие, дружба, взаимопонимание.

– Отмечаете такие даты?

– Стараемся, если нет работы в этот день. Последние годы я даже бронирую себе эту дату, чтобы не было работы. Все-таки это семейный праздник – нужно отмечать.

- О чем сегодня ваши самые большие мечты?

- Думаю, моя мечта будет похожа на мечты многих других людей – это Победа, которая очень важна для нас, нашей страны и нашего общества.

Есть какие-то мечты по работе. Но у меня всегда мечты были абстрактные. Что-то летает в голове, чего-то хочется – и оно потом происходит. Вот думаешь о какой-то роли, но не о какой-то конкретной, просто придумал себе какого-нибудь персонажа, которого хотел бы сыграть, – так и получается.

Мечтал когда-то сыграть маньяка – и сыграл его в спектакле «Погані дороги». Мечтал казака сыграть – сыграл в сериале «Козаки. Абсолютно брехлива історія». Вертелось это где-то в голове – так и случилось. И это радует, вдохновляет.

Мечтаю о хороших проектах, качественной работе с режиссерами, сняться в каком-то международном проекте. В театре, слава Богу, все у меня хорошо.

Мечтаю, чтобы моя дочка была счастлива, здорова, чтобы у нее все было хорошо, чтобы она меньше чувствовала все эти ужасы войны.

Но, как бы то ни было, все мечты все равно сходятся в одну точку, которая называется Победа.