Почему дома ребенка должны исчезнуть, и что придет на смену

До 1 сентября 2025 года, согласно решению правительства, все дома ребенка должны быть реорганизованы в центры медицинской реабилитации, центры социальной поддержки семьи и детей, другие учреждения здравоохранения или социальной защиты, а также обеспечить устройство детей в семейные формы воспитания. Эта, уже не первая, попытка трансформировать интернатные заведения в нашей стране, к сожалению, и на этот раз была не рождена в сердце общества, а продиктована условиями интеграции в ЕС. Именно поэтому она по-прежнему сталкивается с критикой и сопротивлением как со стороны руководства отдельных детдомов, местных органов власти, так и некоторых экспертов и депутатов. Но что-то изменилось, и это дает надежду. Попытаюсь объяснить, на чем базируется эта надежда, почему трансформация в первую очередь детдомов является сверхважной и как именно это может (и должно) происходить.

Наше общество до сих пор толерантно относится к социальному сиротству, коррупции и еще некоторым позорным явлениям современной жизни. Это свидетельствует о некоторой его инфантильности, сосредоточенности только на собственных проблемах, отсутствии настоящих лидеров и моральных авторитетов. Наша нация проходит сложный путь в борьбе за будущее, только двигается к зрелости, формирует самосознание и настоящие человеческие ценности.

Почти 30 лет назад наше государство сделало некоторые шаги для борьбы с социальным сиротством, была разработана Программа по профилактике сиротства и образованы альтернативные интернатной системе структуры в виде детских домов семейного типа, приемных семей. На уровне государства были созданы институты, которые должны были защищать права детей. Появилась Программа борьбы с сиротством и беспризорностью, постепенно воплощающаяся в жизнь, началось развитие национального усыновления. Государство стало заниматься этим вопросом с середины 1990-х годов.

Но общество в основном оставалось равнодушным к страданию десятков тысяч детей в закрытой интернатной системе. Многолетний опыт жизни в имперской и советской системах сформировал восприятие жизни каждого человека под постоянным тоталитарным контролем. Поэтому жизнь детей в закрытых интернатах постсоветской Украины большинство граждан воспринимало как норму и реальность, которую не надо менять. В общении с людьми я часто слышал такую фразу: «В интернатах у детей много игрушек, красивые комнаты и залы, с ними занимаются педагоги, их хорошо кормят и смотрят за ними». Но ребенку всегда нужна семья, пусть и не очень обеспеченная, но любящая и заботливая.

Власть в регионах и руководители интернатных заведений наперебой отчитывались о «счастливых» воспитанниках, которых так любят работники интернатов, местные чиновники и благодетели. Интернатная система всегда демонстрировала во внешний мир преимущества пребывания детей именно в заведениях и негативно относилась к национальному усыновлению, опеке и пребыванию детей в ДДСТ и приемных семьях. Это было связано с тем, что система пыталась сохранить себя и не хотела передавать «своих» детей в альтернативные, семейные формы опеки.

Представители же местной власти всегда с удовольствием посещали пафосные праздники в интернатах, проходившие 1 июня и под Новый год. Кандидаты в депутаты и разные «благодетели» делали мощные фотосессии для самопиара на фоне хорошо одетых, но таких грустных воспитанников. Проблема нашей власти и общества в том, что маленький ребенок из заведения не может сам решить свою судьбу. Его голос не слышен, его ночные слезы так и остаются в стенах интерната.

Важно заметить, что интернатная система как такая является местом несвободы, где ребенок не может нормально развиваться, реализовать свой потенциал. Возле него никогда не будет единственного важного взрослого (мамы или папы), с которым у ребенка будет постоянная психоэмоциональная связь, которую можно сформировать только в семейном окружении.

Люди, работающие в интернатной системе в Украине и других странах мира, не виноваты в том, что сама институциональная среда (не персонал) так деструктивно влияет на развитие ребенка и его будущее. Не нужно обвинять работников системы во всех смертных грехах, потому что большинство из них действительно любит детей и пытается о них заботиться. Сама интернатная модель токсична, неестественна. Она влияет не только на развитие детей, но и на сознание персонала, делает его зависимым от количества воспитанников и учит действовать по логике самосохранения — даже тогда, когда это означает пренебречь шансом ребенка вырваться из системы.

В Украине часто спекулируют тем, что в цивилизованных странах тоже есть интернаты, поэтому ставят под сомнение необходимость их трансформации и сопротивляются этому. Эти люди не понимают, что наличие интернатов для воспитания детей в других странах совсем не связано с социальным сиротством, а является сознательным выбором именно родителей ребенка — для его дальнейшего воспитания и содержания.

Что же это за заведения? Это могут быть интернаты для детей с тяжелыми психическими расстройствами; тяжелобольных детей, нуждающихся в паллиативной помощи и круглосуточном медицинском уходе. Также это интернаты для детей с существенными нарушениями зрения или спортивные, милитарные, религиозные, гуманитарные и другие, где дети находятся вместе или овладевают определенными необходимыми навыками и не теряют связь с семьями, потому что выходные, праздники и каникулы проводят с ними. Такие заведения 24/7 полностью открыты для родителей, представителей власти, журналистов, благотворителей, общественных активистов, там действуют реальные наблюдательные советы.

Во всем мире иногда случаются трагедии с детьми — как в интернатной системе, так и в биологических семьях. Не нужно сравнивать количество трагедий и делать ошибочные выводы. Не нужно изобретать «украинский велосипед» в теме сиротства и будущего интернатной системы. Следует заимствовать многолетний опыт цивилизованных стран, в которых ребенок и семья всегда побеждают систему.

Что же происходит с интернатной системой в нашей стране сейчас, во время войны? Уже в который раз за последние 30 лет государство пытается реформировать институты. Но сейчас уже есть понимание: без создания альтернативных форм воспитания детей и развития социальных услуг в каждой громаде предотвратить социальное сиротство и уменьшить количество интернатов по всей стране невозможно. И в первую очередь важно трансформировать именно дома ребенка, потому что как раз туда прежде всего попадают малыши, оставшиеся без родительской опеки. Необходимо развивать патронатные семьи, обеспечить их стабильным финансированием и государственной поддержкой, потому что именно они должны стать альтернативой домам ребенка как первому месту на долгом и тяжелом пути маленького сироты в системе.

Какие же новые модели государство предлагает коллективам домов ребенка при их трансформации в 2025 году?

Дом ребенка может стать центром реабилитации и паллиативной помощи, центром матери и ребенка, центром дневного пребывания для детей с инвалидностью, реабилитационным центром или центром оказания разных социальных услуг. Главное, чтобы трансформированный дом ребенка сохранил трудоспособный коллектив специалистов, получил необходимую ресурсную и кадровую поддержку от владельца и работал на пользу детей и семей из своей громады.

Важно заметить, что трансформация домов ребенка — это не о ликвидации медико-социальных коек для детей, лишенных родительской опеки. Такие койки могут быть в трансформированном доме ребенка, но вместе с новыми койками для оказания стационарных услуг детям из семей своих громад. Представители местной и центральной власти, трансформируя дом ребенка, должны четко понимать конечную цель своих действий — необходимость создать новые услуги для детей, имеющих родителей, и семей в своих громадах; увеличивать и развивать альтернативные формы воспитания в каждом регионе и на переходный период сохранить в каждой области целесообразное количество медико-социальных коек. Но не такое большое, как сейчас.

Более 90% воспитанников интернатной системы Украины сейчас находятся вне ее пределов. После начала полномасштабной войны нашлись сознательные граждане Украины, которые усыновили или взяли под опеку детей из детских домов. Большинство ДДСТ эвакуировались на запад нашей страны или за границу, где продолжают мужественно заниматься детьми.

К сожалению, социальное сиротство в нашей стране пока сохранится. Поэтому после окончания горячей фазы войны, когда часть детей вернется в Украину, очень важно, чтобы их не вернули в детские дома, а передали на дальнейшее воспитание в ДДСТ, патронатные семьи, под опеку и в другие альтернативные формы воспитания.

Для решения этот вопроса при Кабмине был создан Координационный центр по развитию семейного воспитания и уходу за детьми, который в тесном сотрудничестве с Минсоцполитики, Минздравом и Государственной службой Украины по делам детей реализует стратегию государства по реформированию интернатной системы, созданию разнообразных услуг в громадах и улучшению защиты прав детей в Украине.

Я был рад присоединиться к команде этого Координационного центра как эксперт по трансформации домов ребенка. Региональный клинический центр медицинской реабилитации и паллиативной помощи детям «Гиппократ» (Харьков) раньше был домом ребенка и прошел путь трансформации 15 лет назад. Наша команда дала предложения органам местного самоуправления по трансформации домов ребенка. Мы готовы помочь уважаемым коллегам из домов ребенка и представителям органов местного самоуправления, которые будут внедрять трансформацию в своих регионах.