Слишком верные не нужны? "Грузинская мечта" громит руководство своих же силовых структур

Колонка написана для Haqqin.az, перепечатка с ведома и разрешения редакции 

Удивительные, просто невероятные вещи происходят прямо сейчас в Грузии. Вся страна, а точнее ее политически активная часть, ломает голову, пытаясь понять: в чем, собственно, дело, и где тут скрыт тайный замысел? Версий – море, но все они в конечном итоге приводят к простой мысли: мы ничего не знаем. Совсем ничего!..

Началась эта история пару месяцев назад с отставки чрезвычайно влиятельного главы Службы государственной безопасности Важи Лилуашвили.

И пусть вас не вводит в заблуждение название этого ведомства – никакой национальной безопасностью оно, строго говоря, не занималось. Его основная функция – в поддержании тотального контроля над лояльностью сотрудников бюджетного сектора.

Допустим, вы захотели занять серьезную должность в государственной структуре. В таком случае вас ждет "всесторонняя проверка": Служба безопасности изучит вашу биографию, пересмотрит все ваши публикации в социальных сетях и наведет справки о родственниках – не проявляли ли они вдруг симпатии к оппозиции. Примут вас на работу или нет – решает именно это ведомство. Если оно убедится в вашей политической благонадежности, как говорили в советские времена, идеологической чистоте и полной преданности правящей партии, то примите поздравления – вы получили желанную вакансию.

Служба безопасности опутала своей паутиной весь государственный сектор. Она наблюдает, фиксирует и доносит: "У сотрудника такого-то сын – постоянный участник протестов, просим принять меры".

Разгонами акций и арестами активистов СГБ напрямую не занимается – это, скорее, машина превенции. Но ее влияние на полицейскую систему колоссально. Поэтому в условиях политического кризиса и непрекращающихся протестов смена руководителя СГБ – это, безусловно, чрезвычайное происшествие.

Затем последовали полтора месяца затишья и незначительных перестановок.

А неделю назад – новый сюрприз: отстранен генеральный прокурор – один из столпов режима "Грузинской мечты".

И здесь уже серьезно. Поскольку именно прокуратура обеспечивает юридическую "упаковку" всех арестов и репрессий. В этой системе она играет ключевую роль. Поэтому смена такого тяжеловеса вызвала целую волну вопросов.

В чем смысл? Почему режим избавляется от проверенных, надежных, закаленных в боях кадров, прошедших огонь, воду и медные трубы? И заменяет ли их безликими чиновниками с такой же безликой чиновничьей психологией?

И ответ не заставил себя долго ждать: якобы действующий премьер-министр Ираклий Кобахидзе пожаловался Бидзине Иванишвили на то, что борьба с инакомыслием шла бы куда бодрее и эффективнее, если бы на ключевых постах находились люди, подобранные лично им, Кобахидзе.

Пока речь шла о главе СГБ и генеральном прокуроре, эта версия казалась более или менее правдоподобной.

Но затем произошло нечто куда более поразительное – в отставку был отправлен министр внутренних дел Вахтанг Гомелаури.

Логичные объяснения кончились

Попробую растолковать уважаемым читателям масштаб этой отставки.

Вахтанг Гомелаури – не просто министр, а многолетний глава личной охраны Бидзины Иванишвили, верный преторианец, готовый сложить голову за своего императора.

Такие кадры – на вес золота. Их, как правило, долго подбирают, скрупулезно воспитывают и от себя вообще не отпускают. А Министерство внутренних дел – это скелет "Грузинской мечты", обеспечивающий существование правящей партии. Пять тысяч полицейских охраняют режим, разгоняют протесты, избивают демонстрантов, арестовывают активистов...

И всю эту систему тотального подавления строил лично Гомелаури. И в самом деле, где еще найти такого – из списка Магнитского, без страха и совести, готового идти до конца?

А тут, нате вам, на место сурового преторианца назначают какого-то карьерного милиционера, чья последняя должность – служба приставов в Министерстве образования.

То есть сменщик Гомелаури следил, чтобы школьники не дрались в коридорах и не курили в туалетах.

Как же все это понять? На пороге массовых репрессий, в момент объявления о запрете НПО, на фоне уничтожения независимых медиа и введения уголовной ответственности за посты в соцсетях вы назначаете Лаврентием Берия человека, который еще вчера гонял подростков по школьному двору?!

Словом, отставка Вахтанга Гомелаури вызвала шок. И еще больше вопросов: кто, зачем, и с какой целью меняет лошадей на переправе?

Но настоящий шок был впереди

Утром 10 июня МВД Грузии объявило о перестановках в своих рядах – на другие посты были отправлены главы патрульной и криминальной полиций. Оба – ключевые участники репрессивной системы. Их перевод – это тоже тревожный сигнал, пусть и не катастрофа.

Ну а затем случилось то, чего вообще никто не ожидал – в отставку отправили главу Департамента особых поручений Звиада Харазишвили.

Чтобы было понятно: при дворе Бидзины Иванишвили Звиад Харазишвили, более известный как Хареба, – это что-то вроде Дзержинского при позднем Ленине. Бессменный командир спецназа еще со времен Михеила Саакашвили.

Хареба был фигурой почти мифической. Его боялись, его уважали. Он контролировал три тысячи спецназовцев – ту самую армию, на которую реально опирался режим. Если вам нужно построить сильную власть и необходим человек, внушающий ужас всем подряд, – вот он, готов на своем посту к труду и обороне. Словом, отставка Харебы – пожалуй, самое невероятное событие в грузинской политике последних пяти лет.

Так что же мы имеем в сухом остатке?

"Грузинская мечта" открыто декларирует ужесточение политики и усиление репрессий. Она не скрывает: будут зачистка НПО, запрет оппозиции, уголовные дела за посты в интернете. Все это – на фоне протестов, которые затихли, но не исчезли, и вполне могут вспыхнуть с новой силой.

Установить авторитаризм, если вы в самом начале пути государственного строительства, несложно. И если бы "Грузинская мечта" пришла к власти в конце девяностых годов ХХ века, то Грузия сегодня была бы обычной постсоветской автократией.

Однако грузинское общество больше 30 лет жило в условиях пусть хрупкой, но все-таки демократии. То есть в условиях, в которых люди просто отвыкли бояться.

Так что переучивать их заново – задача ох какая непростая! И одних арестов в таких условиях будет недостаточно. Если власть действительно хочет полного подчинения, то ей нужно будет сажать уже не сотнями, а тысячами, если не десятками тысяч. А для этого ей нужны такие верные преторианцы, как Гомелаури, и такие живодеры, как Хареба. Но их больше нет, их кресла заняли карьерные служаки.

И потому смысл всей этой спецоперации с отставками остается загадкой. К чему она ведет? Если ее цель – ужесточение режима, то выбранные кадры не просто не подходят, они контрпродуктивны.

Сделать из школьного надзирателя Лаврентия Берию-2025 – задача не из легких.

Но даже если цель – перезагрузка отношений с Западом, то и здесь промах: для перезагрузки нужна либерализация, отмена репрессивных законов и освобождение политзаключенных. А этого нет и не предвидится.

И вот сейчас я пойду на самоубийственный шаг и сделаю то, что во второй древнейшей профессии обычно не делают. А именно: признаюсь уважаемым читателям, что совершенно не понимаю, что сейчас происходит в Грузии.

В самом деле не понимаю. Как говорят в наших краях, мамой клянусь!