Утраченные возможности: почему саммит G7 не стал прорывом для поддержки Украины?

Саммит G7 в Кананаскисе показал снижение способности группы действовать как единая сила — союз технологически развитых демократий. Возможно, это не только следствие присутствия Дональда Трампа, но и проявление более глубоких изменений в самих Соединенных Штатах.

Так или иначе, несмотря на принятие отдельных заявлений и двусторонних инициатив, отсутствие общей позиции в отношении Украины и санкций против РФ свидетельствует о структурном ослаблении. Ключевые результаты были достигнуты вне коллективного формата, а единственный итоговый документ, который отображал общую позицию, — резюме председательствующего, содержал смягченную риторику, скрывавшую внутренние расхождения.

Поддержка Украины сохраняется, однако согласованную позицию не сформировали. Такая фрагментация снижает сдерживающую роль G7 в отношении РФ и заставляет Украину больше полагаться на двусторонние партнерства.

Повестка дня и результаты

Канада как председательствующая страна предложила такую повестку дня: усиление экономической устойчивости, обеспечение цепочек поставки критического сырья, развитие технологий искусственного интеллекта и квантовых вычислений, а также усовершенствование механизмов реагирования на климатические катастрофы. Было запланировано шесть тематических общих заявлений и более широкое привлечение партнеров за рамками G7 — в частности Индии, Бразилии, Южной Африки и Республики Корея.

Несмотря на нарушение графика, вызванное досрочным отъездом президента США, лидеры G7 достигли согласия в нескольких ключевых сферах. Приняли совместные заявления по вопросам искусственного интеллекта, квантовых технологий, цифровой инфраструктуры, борьбы с контрабандой мигрантов и транснациональными репрессиями, а также о готовности к чрезвычайным ситуациям, в частности лесным пожарам.

Во время саммита анонсировали инициативу Critical Minerals Action Plan (План действий по критично важным полезным ископаемым. — А.И.), которая фактически начала «Альянс производителей критического сырья». Ее цель — уменьшить зависимость от китайских цепочек поставки, привлечь к сотрудничеству страны G7 и отдельных партнеров с Глобального Юга, а также внедрить механизмы мониторинга, диверсификации снабжения и увеличения инвестиций в ответственную добычу. Формат предусматривает координирование реализации мер с центром в Оттаве.

Все участники G7 и пять приглашенных стран поддержали Kananaskis Wildfire Charter. Хартия фокусируется на предотвращении лесных пожаров и реагировании на них и предусматривает обмен спутниковыми системами обнаружения, погодными прогнозными моделями и общую подготовку спасательных служб. В документе заложены подходы, которые могут быть актуальными и для стран, нуждающихся в развитии гражданской устойчивости в условиях роста климатических рисков.

Отдельно США, Япония и Канада объявили трехстороннюю инициативу в области цифровой инфраструктуры. Ее цель — разработать стандарты связи следующего поколения (в частности будущего 6G), базирующиеся на принципах прозрачности, безопасности и демократического управления. Инициатива была представлена как элемент более широкого ответа на глобальную конкуренцию в сфере технологий и потенциал практического применения в государствах, которые нуждаются в повышенной киберустойчивости.

Дистанцирование Дональда Трампа

Дональд Трамп прибыл на саммит с опозданием, пропустил часть рабочих сессий и покинул Кананаскис больше чем за 12 часов до его окончания. Его досрочный отъезд нарушил запланированную программу, включая двустороннюю встречу с президентом Украины, и фактическисделал невозможным принятие общего заявления в отношении Украины.

Тон дискуссий на этот раз был более сдержанным, чем на предыдущих саммитах, однако ограниченное участие Трампа снова продемонстрировало преимущество одностороннего подхода над коллективной координацией. Подписанное на полях саммита двустороннее торговое соглашение между США и Великобританией — в отличие от отсутствия аналогичных договоренностей с Канадой, Францией или Японией — подтвердило избирательность в подходах Вашингтона. В этом контексте Украина не исключение: похожие сложности в коммуникации с Соединенными Штатами почувствовали и другие ключевые партнеры.

В рабочих форматах саммита США выступили против ряда инициатив, в частности расширения санкций на экспорт российской нефти и упоминаний о государственной ответственности России за военные преступления. Итоговые формулировки ограничились общим упоминанием об «усилиях по достижению мира», поданным в контексте инициатив Трампа. Никакие обязательства или механизмы не зафиксированы, что ослабило политический сигнал и усложнило совместные действия.

После завершения саммита Трамп опроверг слова президента Франции Эмманюэля Макрона о том, что досрочный отъезд был связан с ситуацией на Ближнем Востоке. Формально это действительно не требовало его срочного присутствия в Вашингтоне. Вместе с тем нельзя исключать, что внимание к ближневосточному конфликту, где Израиль демонстрирует военное преимущество над Ираном, открывает для Трампа политические возможности, которые кажутся более перспективными, чем сложная и неопределенная ситуация на украинском фронте. Саммит в Кананаскисе показал уже известную закономерность: Дональд Трамп избегает многосторонних форматов, которые предполагают длительную и системную работу над общими решениями, — таких, как G7 или НАТО.

G6+1 для Украины

Саммит в Кананаскисе принес Украине ощутимую поддержку, связанную с элементами стратегической неопределенности. Канада объявила о новом пакете военной помощи объемом 2 миллиарда канадских долларов, а также о льготном финансировании и технической поддержке для восстановления и энергетической устойчивости. Несколько европейских лидеров подтвердили двусторонние обязательства и поддержали предложенные Украиной условия прекращения огня. Вместе с тем не было никакой инициативы в отношении общих дипломатических действий по противодействию российским шагам в системе ООН или расширению действующего санкционного режима.

Президент Владимир Зеленский не встретился с Дональдом Трампом на саммите несмотря на ожидания — так же, как и премьер-министр Индии Нарендра Моди и новоизбранный президент Мексики Клаудия Шейнбаум. В этом нет признаков избирательности: Дональд Трамп просто решил покинуть саммит раньше из-за неотложных дел.

Однако важно, что произошло после этого. Уже на следующий день Нарендра Моди поговорил с Дональдом Трампом по телефону и изложил свое видение возможных прямых переговоров с Пакистаном о прекращении нынешней фазы военного противостояния. Трамп пригласил Моди на встречу во время обратного маршрута из Канады в Индию, однако премьер-министр отказался, вероятно, не желая делать публичные заявления, которые могли бы подтвердить позицию США. Также президент Мексики Клаудия Шейнбаум сообщила, что провела «очень хороший» телефонный разговор с президентом США Дональдом Трампом после того, как не состоялась личная встреча на саммите G7. По этой логике, разговор Владимира Зеленского и Дональда Трампа — по телефону или лично на саммите НАТО — тоже ждет своего часа.

Еще одно обстоятельство остается непонятным. На фоне учреждения на саммите G7 Альянса производителей критического сырья, который будет координировать Канада, тема двустороннего соглашения между Украиной и США о критических минералах практически не фигурировала в медиа. Это может свидетельствовать об одном из двух: либо вокруг Украины в этом контексте происходит что-то важное, но непубличное, либо же не происходит ничего, и поезд новой индустриальной трансформации тронулся в другом направлении.

При отсутствии полноформатного заявления G7 по Украине канадское итоговое резюме упоминает готовность Украины прекратить огонь и приветствует дипломатические усилия, связанные с президентом США. Вместе с тем документ не содержит требований к России и не предлагает механизмы реализации мира.

Несмотря на устойчивую поддержку со стороны отдельных партнеров, отсутствие единой позиции G7 усложняет сохранение дипломатической динамики накануне саммита НАТО в Гааге. Ключевые партнерства остаются действующими, однако полагаться на коллективную координацию все сложнее.

Саммит G7 в Кананаскисе не был провальным, но и не продемонстрировал стратегическую согласованность. Формат показал способность реагировать на политические изменения, но не влиять на них. В медиа появилось сравнение G7 с бюро погоды: видит, реагирует, прогнозирует, сообщает, но изменить погоду не может.

Отсутствие общего заявления по Украине, смягченная риторика в отношении РФ и недостаток конкретных обязательств в сферах безопасности и санкций свидетельствуют об ограниченной функциональности этого ключевого форума ведущих технологически развитых демократий. G7 остается важным механизмом для формирования мировой повестки дня, но уже не является его главным двигателем. Даже в тех сферах, где удалось достичь согласия, таких как регулирование искусственного интеллекта или цепочек поставки критического сырья, механизмы реализации остаются декларативными.

Для Украины итоги Кананаскиса лишь подчеркивают необходимость действовать одновременно в разных дипломатических форматах — укреплять двусторонние связи и расширять стратегическое партнерство. Многосторонние механизмы и дальше будут оказывать поддержку, но не будут гарантировать результаты.