Ядерная доктрина: Почему удары США по Ирану убеждают Ким Чен Ына, что он все делает правильно

Эти удары еще больше ограничили перспективы ядерного диалога с Вашингтоном и усилили стремление Пхеньяна к углублению военного сотрудничества с Россией, говорится в статье The Korea Herald, которую перевел Фокус.

Тем не менее, аналитики в Сеуле подчеркивают, что ситуация с Северной Кореей в корне отличается от ситуации с Ираном.

Пхеньян не только уже обладает ядерным оружием и современными системами его доставки, но и имеет четкое обоснование и мотивацию для ядерного вооружения. В отличие от Тегерана, чья программа строится на сдерживании и национальной гордости, программа Пхеньяна направлена на выживание режима Кима.

Одно из самых существенных различий, как отмечают аналитики, заключается в том, что вероятность аналогичного удара по северокорейским ядерным объектам считается крайне низкой.

Ключевая причина того, что Трамп не отдаст такой приказ, заключается в возможностях Северной Кореи по нанесению ответного удара: они включают межконтинентальные баллистические ракеты, способные достичь материковой части США, и множество артиллерийских установок, нацеленных на густонаселенные районы Сеула.

Чон Кен Вон, старший научный сотрудник Сеульского оборонного форума, отмечает, что густонаселенные районы, включая столичный округ Сеула и город Гоян, находятся в пределах досягаемости северокорейской артиллерии.

"Главная причина, по которой КНДР не атакуют, заключается в том, что мы, по сути, являемся заложниками ее артиллерии – гораздо более удобной для использования, чем ядерное оружие, – сказал Чон в интервью The Korea Herald. – Этот вывод подтвердился, когда Южная Корея выступила против идеи хирургического удара, а тогдашний президент США Клинтон в итоге наотрез отказался от нее".

Тогдашний президент Южной Кореи Ким Ен Сам выступил против планов США нанести удар по ядерному объекту в Йонбене во время ядерного кризиса 1994 года при администрации Клинтона.

Северная Корея может нанести немедленный ответный удар по густонаселенной столице Южной Кореи и ее окрестностям, используя артиллерийские системы, такие как 170-мм самоходные орудия и 240-мм реактивные системы залпового огня. Северная Корея также обладает ракетами, предназначенными в основном для обстрела территории Южной Кореи, в том числе твердотопливными ракетами малой дальности KN-23 с ядерным потенциалом.

"С тех пор Северная Корея обеспечила многоуровневое сдерживание, разрабатывая различные баллистические ракеты средней и большой дальности в дополнение к ядерному оружию", – говорит Чон.

Далее Чон пояснил, что заглубленные и укрепленные подземные ядерные объекты Северной Кореи практически невозможно нейтрализовать.

"Ключевые ядерные и ракетные объекты Северной Кореи расположены в сотнях метров под землей, под твердыми породами в горных районах на северо-западе страны, – говорит Чон. – Не существует оружия, способного непосредственно уничтожить их, – это касается даже тактического ядерного оружия".

Лим Ыль Чхоль, профессор Института дальневосточных исследований Университета Кюннам в Сеуле, отмечает, что "наличие у Северной Кореи ядерного арсенала из 40-50 боеголовок, а также ее возможности возмездия являются самым большим препятствием для авиаудара США".

В апреле 2025 года генерал Ксавьер Брюсон, командующий вооруженными силами США в Корее, выступил в комитете по делам вооруженных сил Палаты представителей с заявлением о том, что "программы КНДР по созданию химического, биологического и ядерного оружия и мощные ракетные силы (баллистические и крылатые) представляют угрозу для территории США, американских сил в Индо-Тихоокеанском регионе и союзных стран".

Пхеньян также официально оформил ядерную политику упреждения, или первого применения, в соответствии с Законом о политике Северной Кореи в отношении ядерных сил, обнародованным в сентябре 2022 года.

"Это знаменует собой отход от прежней позиции, согласно которой ядерное оружие использовалось исключительно в оборонительных целях, и позволяет использовать его также для отражения или возмездия в случае вторжения противника или появления признаков предстоящего нападения", – говорит Лим.

Роль России и Китая в случае Северной Кореи также отличается от примера Ирана.

"В отличие от Ирана, в случае нападения на КНДР Россия обязана вмешаться автоматически — в соответствии с Договором о всеобъемлющем стратегическом партнерстве между Северной Кореей и Россией", – говорит Лим.

Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, предусматривающий взаимные обязательства по обороне, вождь Северной Кореи Ким Чен Ын и президент России Владимир Путин подписали в июне 2024 года, во время визита Путина в Пхеньян.

"Китай, скорее всего, расценит авиаудар США по ядерным объектам Северной Кореи как прямую угрозу стабильности на Корейском полуострове и безопасности на границе Китая и Северной Кореи", – добавляет Лим.

Лейф-Эрик Исли, профессор международных исследований Университета Эвха Воманс в Сеуле, отметил, что "Китай и Россия имеют больше возможностей помочь Пхеньяну, чем Тегерану".

"Северокорейский случай совсем другой", – отмечает Исли.

Эксперты в Сеуле заявили, что удар США по ядерным объектам Ирана, скорее всего, будет иметь серьезные последствия для Северной Кореи – усилит ядерную позицию Пхеньяна, углубит его недоверие к Вашингтону и изменит его подход к дипломатии и стратегическому выравниванию.

Ким Дон Юб, профессор Университета северокорейских исследований в Сеуле, отмечает, что для Южной Кореи важны "последствия для Корейского полуострова и то, как Северная Корея воспринимает ситуацию".

"После бомбардировки США ядерных объектов Ирана КНДР убедилась в правильности своего решения. Она еще больше укрепится в своем убеждении, что "обладание ядерным оружием – единственное средство выживания", и продолжит максимально подчеркивать легитимность своего обладания ядерным оружием", – говорит Ким. – Помимо экономического шока, этот инцидент также может привести к фундаментальным изменениям в стратегической обстановке, что вызовет широкомасштабную нестабильность в сфере безопасности на Корейском полуострове".

Лим подчеркивает, что решение Трампа нанести удар по иранским ядерным объектам "оказывает значительное влияние на внешнюю политику Северной Кореи".

"Северная Корея подтвердит легитимность своей существующей политики, которая ставит во главу угла выживание режима и разработку ядерного оружия, и расширит военное сотрудничество, основанное на антизападной солидарности – особенно с Россией и Китаем, – говорит Лим. – Это также усугубит скептицизм в отношении межкорейского диалога и переговоров со США".

Удары США по ядерным объектам Ирана еще больше укрепят недоверие Северной Кореи к США, которое уже усилилось после выхода Вашингтона из иранской ядерной сделки (JCPOA) в 2018 году и срыва саммита между Северной Кореей и США в Ханое в 2019 году во время первой администрации Трампа.

"Ожидается, что Северная Корея еще больше будет полагаться на свой ядерный и ракетный потенциал упреждающего удара", – подчеркивает Лим.