Сербия между литием и свободой: почему 325 тысяч протестующих требуют отставки Вучича

С субботы, 28 июня, в сербской столице Белграде вновь вспыхнули антиправительственные протесты. Они проходят с разной периодичностью с ноября прошлого года, и вполне возможно, мир станет свидетелем еще одной революции, вспыхнувшей из крохотной искры общественного негодования. Коротко про – о том, как Сербия проходит знакомый украинцам путь.

Навес как повод

Протесты в Белграде (и уже по всей Сербии) имеют глубокие корни. Уходят они в системные проблемы страны, накопившиеся за годы правления Сербской прогрессивной партии (SNS) под руководством Александра Вучича. С 2017 года Вучич возглавляет Сербию, а до этого три года был премьер-министром.

1 ноября прошлого года около полудня на вокзале в городе Нови-Сад обрушился бетонный навес. Не старый, не ветхий, а практически новый - трехлетняя реконструкция вокзала, которую финансировали и проводили китайцы, только-только завершилась. В результате погибли 16 человек, включая двух детей, один человек получил тяжелые травмы (двое из пострадавших позже скончались).

Сербы возмутились коррупцией и халатностью в строительной отрасли, а также отсутствием контроля со стороны властей. Навес был частью реконструкции, которую лично презентовал президент Вучич на открытии вокзала в 2022 году, и соответственно - Вучич стал мишенью критики.

Ему предъявили претензии сначала за то, что контракты на крупные инфраструктурные проекты раздаются лояльным компаниям, а строительные нормы игнорируются. Затем – за непрозрачность расследования и обман: власти изначально утверждали, что навес не подвергался реконструкции, но позже признали вмешательство в его конструкцию.

Чего-то более внятного из расследования сербам тогда добиться не удалось, а настойчивых журналистов, пытавшихся понять, кто виноват в трагедии, футболили от инстанции к инстанции.

Поэтому Вучича начали открыто обвинять и в скрытии причин трагедии, и в подавлении свободы СМИ, и в контроле над судами и силовыми структурами, дойдя до связей с организованной преступностью.

К протестам подключилась многочисленная сербская молодежь. В список претензий к главе государства добавилась стагнация экономики, низкие зарплаты, высокая безработица среди молодежи и эмиграция. Разочарование в правительстве вышло из берегов, в воздухе запахло если не импичментом, то какой-нибудь «контртеррористической операцией».

Молчаливая акция – громкая реакция

Сербия умеет протестовать - традиции сохранены и приумножены. Кто-то еще помнит демонстрации 1996–1997 годов против Милошевича и «бульдозерную революцию» 2000 года. Трагедии, такие как школьные расстрелы 2023 года (10 погибших в Белграде и 9 в окрестных деревнях), также подогревают недовольство сербов отсутствием ответственности властей.

А власти реально молчат. 1 ноября произошло ЧП в Ново-Саде, 22 ноября студенты Белградского университета (факультет драматических искусств) провели 15-минутную молчаливую акцию памяти жертв, но подверглись нападению неизвестных, предположительно связанных с провластными группами. Кто напал и, главное, за что – поди разберись. При этом никаких результатов расследований, никаких наказаний виновных за три недели не случилось. Но этот финт властей разозлил молодых сербов – не на такую реакцию они рассчитывали.

Студенты призвали к забастовкам на факультетах – призыв массово поддержали и университеты, и школы. В Белграде, Ново-Саде, Крагуеваце и Нише начались студенческие блокады вузов с требованием обнародовать документы о реконструкции вокзала, наказать виновных, прекратить репрессии против активистов и заодно увеличить бюджет на образование. Фраза «Коррупция убивает» и изображение окровавленных рук стали символами протестов.

В декабре 2024-го прошли два массовых митинга в Белграде. 22-го числа: на площади Славия протестующие несли флаги Сербии и ЕС. Естественно, пришли ультранационалисты, естественно, пытались сорвать флаг ЕС. 31 декабря - молчаливые протесты в Белграде и Ново-Саде на Новый год с 23:52 до 00:07, символизирующие 16 погибших.

В январе молчаливые акции продлеваются до 29 минут, протесты проходят в десятках городов, включая блокаду моста Варадин в Ново-Саде. На сутки была заблокирована транспортная развязка в Белграде, и студенты шли пешком 100 км в Нови-Сад и Крагуевац, получая поддержку местных жителей, включая еду, жилье и транспорт от таксистов. На митинге в Белграде автомобиль врезался в толпу медработников во время акции молчания, трое были ранены. В феврале к студентам и другим протестующим присоединяются работники культуры и юристы.

Разогнали митинг звуковой пушкой

Март - крупнейший протест в истории Белграда, названный «15 за 15». По оценкам неправительственной организации «Архив общественных собраний», в нем участвовали от 275 тыс. до 325 тыс. человек (власти назвали цифру в 107 тыс.). Протестующие собрались на площади Славия, у Национального собрания и других точках, где к ним присоединились фермеры, байкеры и ветераны.

Во время 15-минутной молчаливой акции в память о жертвах Ново-Сада раздался громкий звук, похожий на «звуковую пушку» (LRAD), вызвав панику. Пострадавших не было, но появились сообщения о головокружении, аритмии и сбоях кардиостимуляторов. Вучич отрицал использование оружие и даже приглашал ФСБ России и ФБР США для расследования.

Новый виток общественного негодования закрутился 25 июня: массовый протест в Белграде собрал около 140 тыс. участников, которые потребовали досрочных выборов и отставки Вучича. Полиция применила слезоточивый газ и шумовые гранаты, арестовала 77 человек, включая одного подростка. Столкновения происходили после того, как протестующие начали бросать бутылки и фейерверки в полицию и сторонников Вучича в Пионерском парке.

В воскресенье, 29 июня, протестующие заблокировали дороги в Белграде и 18 других городах, объявив «тотальную блокаду» до выполнения требований. Полиция разобрала баррикады, восстановила движение и уже подсчитала экономический ущерб от блокад и протестов - 800 млн евро, включая сбои в транспорте и общественной жизни. Если бы с такой же скоростью были опубликованы материалы расследования в Ново-Саде, властям Сербии удалось бы избежать таких неприятных последствий. Но что сделано – то сделано.

Лучшая защита – нападение

Еще в конце марта политические эксперты с изумлением обнаружили, что за сербскими протестами не стоит ни одной партии, при этом все протестующие имеют высочайшую степень солидарности - поддержку более 80% населения.

Пока из достижений протестующих – недавняя отставка премьер-министра Милоша Вучевича, мэра Ново-Сада, министра строительства Горана Весича и публикация части документов о реконструкции вокзала, но протестующие считают их недостаточными.

Власти Сербии не сидят сложа руки. Уже посыпались обвинения в «терроризме» и «попытке переворота», Вучич обвинил протестующих в связях с западными разведками, называя протесты «импортированной революцией». Проправительственные СМИ опубликовали личные данные студентов, обвиняя их в связях с западными неправительственными организациями.

Вучич и спикер парламента Ана Брнабич называли протестующих «хулиганами» и «заговорщиками», стремящимися к «гражданской войне». Обвинили протестующих студентов и в работе на разведку Хорватии – из Загреба уже донеслось возмущение и отрицание. Журналистов из Хорватии и Словении не пустили в Сербию.

Такой типично российский подход к решению проблемы недовольства масс заставляет задуматься, чьи же уши торчит из силовых разгонов студенческих протестов? Недоумение из-за отсутствия партийной поддержки – оттуда же. В смысле - просто требовать верховенства закона, а не смену власти ради конкретной партии? В смысле - у протестов нет официального лидера, а все решения принимаются на пленарных собраниях?

Где-то вдалеке выразил свою традиционную озабоченность Евросоюз, а Европейский суд по правам человека запросил у Сербии данные об использовании звукового оружия.

Чьи-то уши и запах дешевого лития

В этой цепочке уже появились и более осязаемые контуры основных проблем Сербии – диалог Белграда и Приштины, а также литиевые ресурсы. Первое – это о нормализации отношений Сербии и Косово, провозгласившем независимость в 2008 году, тогда как Сербия считает его своей территорией. Брюссельское соглашение 2013 года предусматривает автономию для сербских общин в Косово, но реализация буксует.

Второе – о Ядарской долине, где находится крупнейшее в Европе месторождение лития, ключевого елемента для аккумуляторов электромобилей. Проект Rio Tinto, поддержанный ЕС и Германией, вызвал протесты летом 2024 года, а трагедия в Ново-Саде, связанная с китайским проектом, добавила критики связям Вучича с Пекином. ЕС требует демократизации, угрожая приостановить финансирование в 1,5 млрд евро, а Китай укрепляет позиции Вучича инвестициями.

Так что в ближайшее время можно ожидать как появление протестной партии, так и дальнейших репрессий в адрес протестующих. Досрочные выборы президента – вряд ли, а вот полное расследование трагедии в Ново-Саде – скорее всего, да. Разойдутся ли после этого студенты – вот в чем вопрос.