Лазейка или угроза? Как СЗЧ стало неформальным способом перевода и что будет дальше

Только за первые три месяца 2025 года более 44 тысяч украинских военнослужащих самовольно покинули свои части. И некоторые из них пошли на такой шаг не из-за нежелания служить, а в надежде улучшить условия службы.

Случаи, когда военные используют СЗЧ как альтернативу официальному переводу, не единичны. Дело в том, что обычный процесс согласования перевода через рапорт может длиться до полугода, и в конце концов военному могут отказать, ссылаясь на нецелесообразность.

Действительно ли СЗЧ является более простой "лазейкой" для перевода, чем привычный рапорт? Почему такая практика так или иначе представляет угрозу армии? И видят ли в Верховной Раде обратную сторону медали в декриминализации СЗЧ? Ответы на эти непростые вопросы собрал "Телеграф".

Командиры не хотят отпускать

Формально любой военнослужащий имеет право подать электронный рапорт на перевод. С ноября 2024 года проследить ход рассмотрения и узнать результат можно через цифровой сервис "Армия+".

Если военный желает перевестись из тыловой части в боевую, то его заявление поступает прямо в Кадровый центр ВСУ, который и принимает окончательное решение. Однако, процедура перевода между тыловыми, а тем более между боевыми подразделениями несколько сложнее. В этом случае необходимо согласие командира, который может отказать, если считает солдата подходящим и незаменимым для текущей должности.

Как говорит в разговоре с "Телеграфом" Анна (имя изменено по просьбе женщины), ее муж имеет на руках официальное распоряжение Генерального штаба от 28 декабря 2024 года о переводе. Однако, несмотря на это, часть, из которой он должен был перейти, направила официальный отказ — перевод невозможен из-за напряженной ситуации на линии столкновения.

"Мы трижды заполняли все формы, регистрировали обращения на горячей линии Министерства обороны, адвокат подал жалобу в Генштаб. Позже нам активно помогала команда "Армии+" и команда Уполномоченной по защите прав военнослужащих. Но в ответ на запросы — одно и то же: не могут перевести из-за напряжённой ситуации на линии соприкосновения и нехватки личного состава в бригаде. Получается, командиры на местах решают всё, а распоряжения можно просто игнорировать", — говорит женщина. Её муж служит на Лиманском направлении.

По её словам, отказы получают и его сослуживцы, даже те, кто выиграл суды и имеет положительное решение. Значит, некоторые подразделения не хотят "отпускать" солдат, потому что некем заменить.

"Командиров также можно понять: подразделение стоит на линии столкновения, часть личного состава выбита, а здесь поступает просьба о переводе. Он пишет "нецелесообразно" — потому что с кем ему тогда держать оборону?", — говорит "Телеграфу" один из ветеранов ВСУ.

"Приезжай — оформим"

Чтобы обойти длительную и подчас ненадежную процедуру официального перевода, военные начали пробовать иным способом — самовольно покидать часть с расчетом позже устроиться в другое подразделение.

"У меня было немало таких случаев. Встречаются и вполне человеческие причины для перевода. Например, один боец хотел служить рядом с сыном, который находился в другой части. Однако командир не хотел одобрять запрос, потому что боец хорошо служил. В итоге военнослужащий обратился в СЗЧ и впоследствии всё же смог перевестись туда, куда хотел", — рассказывает "Телеграфу" адвокат Приёмной УГСПЧ Роман Лихачёв.

Один из военнослужащих, с которым пообщался "Телеграф", почти полтора года служил в механизированной бригаде. Хотел перевестись в другое боевое подразделение.

"Мне тоже приходили отказы. Хотя у меня уже было подтверждение от другой бригады, что они готовы меня принять. Тогда мой друг говорит: "Слушай, а чего ты мучаешься? Приезжай к нам, наш комбат нормально относится к таким случаям. Поможем всё оформить". Понимаю, что рисковал. Но другого выхода не видел", — говорит мужчина.

Интересно, что рекрутеры из разных бригад принялись активно отыскивать военных со статусом СЗЧ и предлагать им перевод. Они не только берут на себя всю "бумажную" работу, но и привлечены к закрытию уголовного дела. Особенно открыты к тем, кто занимал приоритетные должности, например водитель. И в этих случаях подход вполне логичен — лучше иметь бойца, чем не ждать, пока он попадется на глаза полиции или ВСП.

Как именно военные получают свой "второй шанс"?

Напомним, если военный пробыл в СЗЧ до трех суток – это административное правонарушение. В таком случае военный просто возвращается в часть, а дальше его могут привлечь к дисциплинарной или административной ответственности (например, выговор, штраф, арест до 10 суток).

Отсутствие более трех суток без уважительных причин считается преступлением по статье 407 Уголовного кодекса Украины. В этом случае уже можно привлечь к уголовной ответственности, которая предусматривает арест, содержание в дисциплинарном батальоне или лишение свободы на срок от 5 до 10 лет.

В то же время, закон Украины от 20 августа 2024 г. № 3902-IX и последующие изменения предусматривают, что военнослужащий, впервые совершивший СЗЧ или дезертирство, может быть освобожден от уголовной ответственности, если он добровольно обратился с ходатайством о возвращении на службу и имеет письменное согласие командира части.

Именно таким путем обычно идут военные, совершившие СЗЧ для перевода в другую часть. Как правило, военная часть, которая готова взять к себе военного, направляет сообщение следователю Государственного бюро расследований (ГБР), ведущему дело бойца в отношении СЗЧ. Это фактически подтверждает готовность военного к продолжению службы и место для него. Следовательно, прокуратура получает основания инициировать в суде ходатайство об освобождении военнослужащего от уголовной ответственности.

Если суд, рассмотрев все обстоятельства и подтверждения (в частности, согласие командира новой части и добровольное желание военного вернуться), принимает положительное решение, военнослужащий может официально перейти к новой части.

Как рассказывает "Телеграфу" адвокат Роман Лихачев, несмотря на то, что такой судебный путь испытывает свои трудности, он является самым эффективным, ведь военный гарантированно попадает в выбранную им часть.

Кроме того, после перевода в новую часть военнослужащему возобновляются все приостановленные выплаты. Единственное исключение — месяц, когда боец фактически перешел в статус СЗЧ, а также весь период его пребывания в СЗЧ. За это время зарплата, премии и другие вознаграждения не начисляются. Это дополнительное наказание, которое закреплено законодательно.

Развеиваем опасные иллюзии

Следует понимать, что самовольное оставление части является не только личным решением бойца, но и ставит под угрозу всю боевую группу. Следовательно, если один военный выбирает осуществить СЗЧ, другие остаются с повышенной нагрузкой. Это нарушает доверие, слаженность и ставит под риск жизни собратьев. Несмотря на объективные трудности с переводом военных, нормализация СЗЧ как способа решения только разрушает армию изнутри.

Кроме того, даже если военнослужащий решает прибегнуть к самовольному уходу из части для перевода, этот путь все равно не лишен трудностей. Если боец хочет вернуться не в свою часть, а в другую, ему нужно получить письменное согласие той части. А это требует как минимум личного визита в эту воинскую часть.

"И вот здесь возникает главная проблема: человек не может туда доехать, потому что его задержат уже на первом блокпосту. В этом и заключается основная сложность реализации такого перевода. Вернуться можно как в свою часть, так и в другую, но всегда при наличии письменного согласия. А чтобы его получить, нужно физически добраться до этой части или до рекрутингового центра", — объясняет Лихачёв.

К примеру, военнослужащий со статусом СЗЧ находится во Львове, тогда как нужная часть расположена в Ровно или Киеве (в пункте постоянной дислокации). Он едет, чтобы получить письменное согласие, но его останавливает патруль и проверяет документы. Выясняется, что он находится в СЗЧ. Вызывают ВСП (военную службу правопорядка), те задерживают и отвозят в так называемый резервный батальон. Резервные части в приоритетном порядке формируют штурмовые бригады. Поэтому, даже если военнослужащий хочет вернуться в конкретное подразделение, вовсе не факт, что он туда попадёт.

Части резерва действуют во всех оперативных командованиях. Известно, что сейчас их увеличивают (как по штату, так и по численности), чтобы упростить и ускорить прием военных, изъявивших желание вернуться на службу. Туда же направляют военных, решивших вернуться с СЗЧ через приложение "Армия+" по упрощенной процедуре возвращения, которая действует до 30 августа 2025 года. После рапорта о возвращении беглецов направляют в местный ТЦК или в зональное подразделение ВСП, откуда направляют в резервный батальон. Эта процедура также действует и для тех, кто обращается лично в ТЦК или ВСП без использования приложения.

"В резервные батальоны регулярно приезжают представители из разных бригад, чтобы подбирать личный состав в свои подразделения. Например, приезжает пехотная часть и забирает тех, кого считает нужным. Один мой клиент только что вернулся в резервную часть, а уже через два дня его без объяснений направили в штурмовую бригаду".

Возвращение через резервный батальон также связано с необходимостью самостоятельно решать вопросы уголовного производства. Если военный возвращается в конкретную часть и обращается в суд, то ДБР подает ходатайство, суд принимает решение о закрытии дела — и процедура на этом завершается. А вот в случае резервного батальона военный должен сам инициировать закрытие производства : подавать заявления, собирать документы и подтверждение о возвращении в службу. Этот путь более сложный в плане бюрократии и не дает таких гарантий как решение суда. Хотя и обращение в суд тоже не всегда гарантирует скорую процедуру, ведь суды и ДБР перегружены подобными делами.

Декриминализация СЗЧ скоро завершится?

В ноябре 2024 года заместитель начальника Главного управления Военной службы правопорядка, полковник Александр Гринчук, отмечал, что многие воинские части заинтересованы в том, чтобы комплектоваться, в частности, за счет военнослужащих, которые осуществили СЗЧ и желают вернуться на службу.

"Заинтересованность есть, алгоритм действий тоже. То есть проводится что-то вроде рекрутинга. Только в этом случае не гражданского населения, а действующих военнослужащих. И это даже лучше, потому что военнослужащий уже обучен, был в строю и выполнял задачи", — сказал он.

В одном из подразделений, с представителем которого удалось пообщаться Телеграфу, командование четко определило не продвигать СЗЧ как способ перевода с текущего места службы. Хотя такая "формула" среди военных может действовать негласно.

На этот момент в подразделении служит несколько десятков военных, имевших статус СЗЧ. Часть воинов вышла на подразделение самостоятельно. по рекомендациям, то есть были "знакомыми знакомыми".

"Один из военных ранее был смежником нашего подразделения, но пошел в СЗЧ летом 2024 года. Позже, в 2025 году, ему предложили присоединиться к нам. Сейчас он работает водителем М113, прекрасно справляется со своими обязанностями, постоянно на выездах, руководит техникой, и к нему нет к этому". собеседник.

Однако важно говорить и о негативных кейсах. Речь идет не о тысячах, а о десятках тысяч — не обязательно людей, но точно случаев самовольного ухода от частей по всей Украине. Со временем проблема только скапливается. Случается, что вернувшиеся из СЗЧ в другое подразделение снова самовольно покидают часть.Есть солдаты, которые делают это систематически по несколько раз.

"Несмотря на отдельные преимущества, декриминализация прошлого года имела и обратную сторону — она дала основания для ощущения, что за определенные действия не будет ответственности. — считает наш собеседник. Следовательно, военные видят, что СЗЧ может работать как способ "уехать" со службы, и начинают заниматься самодеятельностью.

Подавляющее большинство в армии являются мобилизованными. Многие из них надеялись, что служба будет определенный срок — для кого-то это был год, для кого-то полтора, а кто- то вообще считал, что прослужит три месяца. подчеркивает военный.

Он напоминает, что сначала Совет продлил для военных возможность безнаказанного возвращения с первого СЗЧ до 1 марта. Позже в ВР предоставили официальное разъяснение по поводу внесенных изменений в законопроект, в котором отмечалось, что военнослужащим дали недостаточно времени для обдуманного принятия решения. Но проблема состоит в том, что такое решение можно принимать и годами. И выходит, одни добросовестно выполняют свой долг, а другие просто "гуляют".

Как стало известно "Телеграфу" из собственных источников в Генеральном штабе, ситуация с количеством СЗЧ остается сложной. Впрочем, в подавляющем количестве случаев речь идет не о переводе, а о бегстве от войны.

Будут ли инициированы новые законодательные решения по борьбе с СВЧ? И будут ли они предусматривать невозможность такого способа перевода военных между бригадами или, наоборот, его интеграцию в официальную практику? Нардеп Юрий Здебский в разговоре с "Телеграфом" пояснил, что Генеральный штаб напрямую инициирует обращение в Комитет Верховной Рады по вопросам обороны и национальной безопасности по проблеме СЗЧ. Именно они изучают дело, владеют информацией о количестве случаев и обращаются в комитет за помощью, если необходимы изменения в законодательстве для решения этой проблематики. Однако в последнее время в Комитет по этому вопросу Генштаб не обращался.

В то же время, член оборонного комитета ВР Федор Вениславский в разговоре с "Телеграфом" заявил, что нардепы работают над инициативой отменить решение о декриминализации, которое приняли ранее.

"Мы видим, что действительно имели место случаи злоупотребления этим. Поэтому планируется прекратить действие "льготного" периода, который действует до августа. Никто его продолжать не будет. В дальнейшем самовольное оставление части будет квалифицироваться как уголовное преступление — дезертирство. Это очень важно: для тех, кто совершил СЗЧ, больше не будет никаких попустительств". — подытожил политик.

Кроме того, редакция "Телеграфа" направила официальный запрос в Генштаб, чтобы подробнее узнать, как военное руководство оценивает текущую ситуацию: дала ли декриминализация СЗЧ ожидаемые результаты и насколько решительно там настроены бороться со злоупотреблениями. Полученный ответ мы обязательно обнародуем.