Что на самом деле выгодно Китаю: вечная война в Украине или слабая Россия?

Странно начинать анализ китайского измерения войны России против Украины с библейской цитаты. Но ничего не поделаешь: «Ибо нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни сокровенного, что не сделалось бы известным и не обнаружилось бы» (от Луки 8:17). Находясь в Европе, руководитель дипломатии КНР Ван И наконец признал, что Китай не может допустить проигрыша России в войне, потому что, якобы, тогда США сконцентрируются на Китае.

С первой частью утверждения полностью стоит согласиться, а вот вторая вызывает сомнение в точности перевода. Дело в том, что США были сосредоточены на Китае до открытой агрессии, остаются такими сейчас и будут оставаться теперь до скончания веков. О позиции КНР нужно поговорить подробнее, потому что она важна, но еще до этого стоит сделать два замечания. Первое касается того, что США так и не признали провальной свою политику времен Никсона—Киссинджера, которая и привела к нынешнему состоянию дел, подъему Китая и созданию биполярного мира. Без этого сложно ждать дальнейших безошибочных шагов Вашингтона. Второе касается Украины. То, что стало очевидным сегодня, было очевидно и три года назад. Вот только те, кто по должности должен уметь слышать, этого не делали, те, кто должен был корректировать политику, слушали невежд, а те, кто должен был проводить практическую дипломатию, находясь в Пекине, больше занимались отношением КНР к действиям Японии во время Второй мировой войны, а не своими прямыми функциями. Никогда такого не было, и вот опять.

Некоторые аналитики считают, что Китай вроде бы с самого начала был заинтересован в нападении России на Украину, и наша война — это прокси-война КНР и США. Я придерживаюсь другой точки зрения, и вот почему. Когда в начале февраля 2022 года Си Цзиньпин осуществил визит в Москву, Путин не проинформировал его о планах агрессии против Украины. Более того, тексты достаточно основательного общего заявления, принятого 4 февраля по результатам визита, на русском и китайском языках разные. Тогда Путин еще считал себя равным игроком, ждал победу в течение «трех дней» и потому просто подставил Китай, чтобы избежать какой-либо возможной критики Пекина в свой адрес и де-факто поставить его на свою сторону. После принятого заявления о вечной и непоколебимой дружбе Китай был вынужден хранить молчание.

Все изменилось, когда дни превратились в недели, потом в месяцы, потом в годы. В игру вступили США, которые хоть и с опозданием и не в нужном количестве, но начали предоставлять Украине оружие. «Большая семерка» и Евросоюз стали вводить один пакет санкций против РФ за другим. Косвенно некоторые санкции начали касаться и китайских банков и государственных компаний, имевших дело с российскими партнерами. Но и тогда Китай лишь наблюдал за развитием событий, занимая официально нейтральную позицию, хотя все же склоняясь к российским нарративам о «коварном Западе», «расширении НАТО» и «угрозе безопасности РФ со стороны Украины». Все изменилось, когда администрация Байдена начала реализовывать в Индо-Тихоокеанском регионе инициативы, направленные на сдерживание КНР, вроде QUAD и AUKUS. Встречи Си Цзиньпина с Байденом и даже визит руководителя КНР в Сан-Франциско не изменили ситуацию: в стратегических документах Вашингтона Китай был определен основным вызовом и угрозой США.

За три года войны Россия потеряла возможность претендовать на равное место за столом вместе с США и КНР. Стали очевидными провалы армии РФ в том виде, в каком она атаковала Украину, — сформированной по принципу батальонно- тактических групп. ВСУ успешно контратаковали. И все это ставило КНР в неопределенное положение. Путинские эмиссары и лично кремлевский преступник все чаще просили Китай о помощи и, не получив ответ, даже бросились в ноги Ким Чен Ыну. Тем временем Китай, экономика которого находится в очень сложном состоянии, вступил в гонку с США в сфере искусственного интеллекта. Для этого нужны огромные энергоресурсы. Россия согласилась поставлять нефть и газ с почти нереальными скидками. За это Пекин согласился поставлять России дроны, микрочипы (не такие, как NVIDIA, немного больше), а позже и способствовать производству дронов в РФ. При этом, нужно отдать должное Китаю, дроны он продавал и всем другим, хотя, возможно, такая специфическая продукция на экспорт могла быть разной для разных потребителей.

Позже проявилась глобальная концепция действий США, России и КНР в период радикальной трансформации мирового порядка. Россия за счет присоединения Украины и Беларуси стремилась снова стать слегка кастрированным, но все же СССР и тем самым, как считали в Кремле, получить право требовать равное место за столом. Для того чтобы держать США в тонусе, Россия активизировала свои отношения с КНДР, стараясь всячески отвлекать внимание Вашингтона на Восточную Азию. США, в случае быстрой победы РФ в Украине, были бы вынуждены так или иначе согласиться с реальностью (как это уже было в Молдове, Грузии, да и в Украине в 2014 году) и сконцентрировать усилия на сдерживании (которое принципиально невозможно) Китая, безопасности Южной Кореи и Японии, частично также занимаясь Ближним Востоком. Россия могла бы заверить США, что больше не собирается двигаться на Запад, так что пусть Европа продолжает спокойно спать, принимать мигрантов и бороться с изменением климата. В более сложном положении оказался Китай, поскольку действия России по увеличению внимания США к Восточной Азии из-за сотрудничества Москвы с КНДР в его планы не входили. Поэтому приняли решение сменить вектор приложения усилий и со своей стороны использовать Россию, чтобы отвлекать внимание США от Азии на Европу. Концептуально Китай не может допустить смены власти в РФ на прозападную, потому что это будет означать появление на границе длиной 3200 км вражеской либеральной идеологии и, скорее всего, переход к рыночным отношениям в сфере энергоресурсов. Тогда конкурировать с США станет невозможно. Но и увеличения военного присутствия США в регионе Восточной Азии вследствие активизации КНДР Китай допустить не мог. Приход Трампа несколько изменил тактику действий основных игроков, но не стратегию.

Никто не ожидал, что США так настойчиво и стремительно начнут забирать себя из мира. Количество пустот, которые КНР может стремительно заполнить, увеличивается с каждым новым решением Белого дома. Прежде всего это тарифы, прекращение деятельности USAID, выход из важных международных организаций и инициатив. Вместе с тем при условии прогнозируемого сокращения торговли с США Китаю нужны рынки. Крупнейший по объему — рынок ЕС — тоже под угрозой, потому что Европа начала требовать от КНР прекратить сотрудничество с РФ, пока агрессия продолжается. Китай попробовал выступить посредником в прекращении войны — и неудачно. Та же судьба постигла и турок, и саудитов, и даже сами США. Россия оказалась недоговороспособной. Китаю не нужна масштабная война в Европе, но он не может допустить и проигрыша России. Что его устроит, так это либо непоколебимая договоренность с США, настоящая договоренность («броня!», хотя при президенте Трампе почти невозможно это представить) о взаимодействии, новых правилах миропорядка и условиях честной конкуренции, либо ослабленная Россия в условиях вечной войны, когда ни победы, ни поражения, но сохраняется тотальная зависимость от КНР (самый реалистичный сценарий).

Очень вовремя Израиль атаковал Иран, и США были вынуждены вмешаться и даже применить силу. Теперь у КНР есть аргумент, почему нападение на Тайвань оправдано, но сохраняются опасение по поводу реакции непредсказуемого Трампа. Китай почти не вмешивался в конфликт вокруг Ирана, несмотря на то, что является крупнейшим инвестором и покупателем иранской нефти. Состоялось лишь несколько телефонных звонков и приняты вялые заявления. И все потому, что внимание США нужно держать подальше от Азии, хотя бы и на Ближнем Востоке. Нефть никуда не исчезнет, Иран — это раздражитель для Израиля и США, а много задач одновременно эта администрация решать не умеет. Даже Северная Корея, которая в течение 2022–2023 годов проводила рекордное количество испытаний разного типа ракет, сейчас практически их прекратила. Причина — неуверенность КНР в политике Трампа по поводу американского присутствия в регионе. Полностью остановить сотрудничество России и КНДР Китай уже не может, но урегулировать количество испытаний в обмен на помощь в производстве дронов вполне может. Тем более что все это делается неофициально, а формальная позиция КНР остается без перемен — Китай за мир и за все хорошее против всего плохого.

Складывается впечатление, что мысли Китая услышали в Вашингтоне. Аналитики из окружения Трампа подготовили для Белого дома предложения о сокращении американского контингента в Южной Корее на 60%, на 50% — на Окинаве, о закрытии некоторых баз в Японии и передислокации некоторых частей подальше от линии возможного столкновения с КНР. По их мнению, Южная Корея и Япония должны защищать себя от возможной агрессии со стороны КНР преимущественно своими силами. Вместе с тем администрация Трампа выдвинула к двум своим крупнейшим союзникам абсурдные требования о тарифах на торговлю, а также резком увеличении затрат на содержание американских войск на своей территории. Тот факт, что нынешние условия оплаты определены в двусторонних договорах, которые все еще действуют, не производит на администрацию Трампа никакого впечатления. Пока разговоры идут в тональности, не предусматривающей никаких послаблений со стороны Дональда Трампа своим стратегическим партнерам в регионе. В случае сокращения военного контингента США Восточная Азия окажется в состоянии тотального дисбаланса сил, поскольку, скажем, Силы самообороны Японии точно не готовы к роли, которую им отводят США. Это Китай на протяжении последних десятилетий наращивал военную мощь, Южная Корея наладила производство разных видов оружия, но не Япония.

Если ослабление присутствия США в регионе Восточной Азии станет реальностью, Тайвань будет следующим. Пекин не будет прилагать никаких усилий по прекращению войны в Европе, пока не «переварит» Тайвань, а Россия будет продолжать кормить Китай дешевыми энергоресурсами, оставаясь в стороне от мировых тенденций развития. Она точно плохо закончит в такой конфигурации, но сейчас у нас нет иного выхода, как все больше самим заботиться о себе.

Китай нам точно не поможет, хотя от торговли не откажется, особенно если на средства, предоставленные западными партнерами, мы будем покупать китайские товары.