Владимир Фесенко - о новом правительстве: Сейчас роль олигархов сведена к минимуму, кадры выбирают Зеленский и Ермак

Отставка правительства, судя по всему, уже решенный вопрос. Президент Владимир Зеленский в рамках очередного «обновления власти» решил кардинально перетасовать властную колоду правительства.  Но чтобы это сделать, нужно иметь серьезный кадровый резерв.

Где берут кандидатов на высшие государственные должности, есть ли они сейчас в президентской обойме, сохранилось ли влияние олигархов и финансовых групп на власть – на эти и многие другие вопросы Коротко про отвечает украинский политолог, глава Центра прикладных политических исследований Владимир Фесенко.

Юлия Свириденко – эффективный переговорщик, но без властных амбиций

- Вопрос смены правительства, кажется, уже решен. Юлия Свириденко сменит Дениса Шмыгаля на посту премьера. Но все говорят, что Свириденко – это «Шмыгаль в юбке»: не имеет политических амбиций и не претендует на отдельную роль в политике. Зачем тогда менять «шило на мыло»?

- Наиболее популярное объяснение - что это усиление позиции Ермака в правительстве. И судя по всему, Шмыгаль тоже останется в правительстве и будет отвечать за Министерство обороны. Так что это, скорее всего, рокировка. Действительно, политика правительства не поменяется, потому что экономическую политику правительства и раньше формировала Юлия Свириденко, и она и сейчас будет ее формировать. Кроме того, и отношения между Офисом президента и правительством тоже никак не поменяются.

Но в чем смысл замены Дениса Шмыгаля на Юлию Свириденко? Обращаю внимание на важную деталь. Именно Свириденко в прошлом году была формальным руководителем украинской делегации, которая выезжала на переговоры в США по ресурсному соглашению с Америкой. Тогда в составе делегации был и Ермак, и он, естественно, был ее реальным руководителем. Но Свириденко ездила не просто так и она была не просто декорацией для главы Офиса президента.  

Именно она весной этого года стала главным украинским переговорщиком с администрацией Трампа по ресурсному соглашению. И у нее установились эффективные деловые контакты с одной из ключевых фигур в американской администрации - с министром финансов США Скоттом Бессентом. И то, что у Свириденко сложились деловые отношения с одной из ключевых фигур в администрации Трампа - это аргумент в пользу ее назначения новым премьер-министром.

Второй важный момент - ей удалось в переговорах с США отстоять украинские позиции, нейтрализовать непомерные требования самого Трампа о 300 миллиардов долларов долга, которые Украина якобы задолжала США.

То есть Свириденко показала себя как эффективный переговорщик. И мне кажется, что ее назначение на пост премьер-министра как раз связано с тем, что сейчас наши отношения с США выходят на новый уровень. Они становятся более сложными и более неоднозначными. Поэтому значение прямых контактов между украинским правительством и администрацией Трампа возрастает.

Понятно, что ключевая роль останется за Ермаком и, естественно, за самим Зеленским, а вот рабочий контакт с администрацией Трампа по экономическим вопросам будет осуществлять Свириденко. Она будет иметь мандат на прямые переговоры с американцами по экономическим вопросам.

- Но тут всплывает извечный вопрос – должен ли быть премьер-министр отдельной политической фигурой или он может быть только исполнителем политики президента?

- В рамках широкой политической, институциональной и юридической логики и даже с точки зрения Конституции, конечно же, премьер-министр – это PEP (Politically exposed person), публичная политическая фигура.  

Но у нас периодически, не только сейчас, роль премьер-министра была несколько ниже и была ограничена в возможностях. То есть премьер-министр не был самостоятельной политической фигурой либо его самостоятельность была очень ограничена.

И Денис Шмыгаль принял эти правила игры, именно почему он так долго и продержался. Он с самого начала понял, что главный – это Офис президента, и что именно там принимаются все ключевые решения. Он принял вот эту роль - исполнительного органа власти. При Свириденко ситуация останется прежней, с той только разницей, что у нее будет большая самостоятельность в формировании экономической политики. Но она будет все таким же исполнителем.

А вот самостоятельной политической фигурой у нас премьер-министр станет после военных парламентских выборов. Тогда уже не будет однопартийного большинства в парламенте, а будет коалиция в Раде, которая и сформирует правительство, менее зависимое от Офиса президента.

У нас де-факто президентская республика, и на кадры влияет только президент

 - Но назначение политически неактивной Свириденко показывает, что это вполне осознанная политика – назначать в правительство лояльных себе людей и блокировать перспективных политиков?

- Тут нет ничего нового, так было при всех президентах, которые стремились брать в Кабмин лояльных себе людей. Я напомню, когда-то президент Порошенко с большими интригами добился отставки премьера Яценюка, который не хотел уходить. Другой пример – тот же Порошенко сделал все, чтобы премьером стал тогда лояльный к нему Владимир Гройсман. Другое дело, что позже он вышел из-под контроля Порошенко и начал вести свою политическую игру.

Но это факт: каждый президент без исключений стремится к тому, чтобы премьер-министр, как, кстати, и генпрокурор, руководители правоохранительных органов - были его люди.

И, скорее всего, так будет происходить и в обозримой перспективе. Независимый премьер возможен в чисто парламентских республиках, где полномочия президента максимально ограничены. Это, по сути, церемониальные фигуры, как, например, в Германии или Польше.

- Но ведь у нас парламентско-президентская республика, и главное слово в кадровой политике должно быть за парламентом?

- Ну, во-первых, хочу напомнить, что парламентское большинство сейчас находится за «Слугами народа», а это президентская фракция. А кроме этого, и в парламентско-президентской республике роль президента тоже велика. Но на самом деле все эти термины очень условные, это политологические, а не юридические конструкции. Нет у нас юридического статуса парламентско-президентской или президентско-парламентской республики. Нигде в Конституции Украины, как и конституциях других стран, это не записано. Все определяется соотношением полномочий.

Я вам скажу, в чем разница между парламентско-президентской и президентско-парламентской республикой. Есть четкий критерий. При президентско-парламентской республике, которая у нас была при Кучме и при Януковиче, президент имеет право отправить в отставку премьер-министра своим единоличным решением и не требуется согласие парламента. А если президент не может отправить премьер-министра в отставку самостоятельно, и для этого требуется согласие парламента, вот это означает парламентско-президентская республика.

С этой точки зрения, у нас формально сейчас парламентско-президентская республика, но де-факто у нас президентская республика, когда президент контролирует практически все - и правительство, и парламент, и все правоохранительные органы. Даже у Кучмы не было такого полного влияния на политическую систему страны, как сейчас у Зеленского. Но эта ситуация поменяется, поскольку после любых парламентских выборов Зеленский уже не будет иметь большинство в Раде, а будет коалиция политических сил. Однопартийного большинства в парламенте почти наверняка не будет.

- Прихода большого количества новых лиц в этой кадровой перестановке не ожидается, что говорит о кадровом голоде в обойме президента. Это так, раз во власти есть такие скандальные фигуры, как министр национального единства Чернышов?

- Скорее всего, Чернышева не будет в новом правительстве. Но дело не только в том, что у власти есть кадровый голод. Кадровый голод у Зеленского был все время, с первых дней его пребывания у власти. Именно поэтому у него была установка – брать во власть молодых людей, которые не связаны со старыми элитами.

Но кадровый голод был всегда. Слушайте, человек пришел к власти, не имея своей политической команды. Мы же знаем, как формировался депутатский корпус «Слуг народа» - там половина случайных людей. Кто-то кого-то порекомендовал избирательному штабу Зеленского. И некоторые даже думали, что они не попадут в парламент. Как ныне широко известная Марьяна Безуглая и многие другие. Поэтому главная причина кадрового голода нынешней власти – это отсутствие своей политической команды, которая и является главным резервом. Поэтому уже начиная с 2020 года Зеленский и Ермак стали искать кадры на стороне.

- Какая главная проблема кадрового резерва власти?

- На самом деле это проблема не только Зеленского, но проблема для государственной службы. И в основном это связано с войной и оттоком части кадров.

Сейчас далеко не все ПЕПы хотят идти во власть

- А откуда они сейчас берут кадры?

 - Прежде всего это те чиновники, которые уже работали раньше, либо при Порошенко, либо даже при Януковиче. Как, например, министр финансов Марченко или тот же заместитель главы Офиса президента - Татаров.

Второй источник – это бюрократический и административный резерв. Люди, которые работали на разных должностях в государственном аппарате, хорошо себя проявили и им дали возможность продвинуться по карьерной лестнице. Как, например вице-премьер Ольга Стефанишина, которая занималась европейской интеграцией еще при Порошенко. Кто-то пришел из бизнеса, как премьер Шмыгаль, ну или из частных компаний, кто-то сначала проявил себя как губернатор.

Поэтому источники разные - это государственная служба, это бизнес и политика, политическая среда. Ряд людей пришли все-таки из команды Зеленского.

Есть еще несколько причин нехватки кадров и почему люди не хотят идти во власть. Они не хотят сейчас рисковать, ждут, когда после войны пройдут выборы. Просто они боятся, что придут на короткое время. Если война закончится, то власть может поменяться, зачем рисковать?

Вторая причина более серьезная, и она будет касаться всех новых руководителей после войны. Дело в том, что все ПЕПы (публичные политически фигуры) должны будут пожизненно декларировать свои доходы. А это большая проблема для них. Декларирование – это такая обременительная процедура, с которой многие наверху не хотят связываться. И поэтому у нас будет после войны гораздо меньше желающих пойти в депутаты, министры и на другие государственные должности.

- На какие качества при назначении в правительство Офис президента обращает внимание?

- Это два ключевых требования – деловые, менеджерские качества и лояльность нынешней власти. И это касается не только Зеленского, но и всех предыдущих президентов. Хотя при разных президентах приоритет этих качеств чередовался. Кто-то из президентов, в первую очередь, хотел лояльности, а кто-то - профессионализма. А вообще не назначают или не рекомендуют на должность министра человека, который будет нелояльным к президенту.

- Раньше в министры брали из депутатов Верховной Рады, теперь - нет. Значит ли это, что Зеленский разочаровался в них?

- Почему - много в министры пришли из депутатов. Те же Кубраков, Федоров, Ткаченко. С другой стороны, ответ может быть в том, что резерв в министры из депутатов может быть исчерпан.

Запад никогда не влиял на кадровые перестановки во власти

- Сохранилась ли сейчас политика согласования кадровых перестановок во власти с западными партнерами? Очень уж похоже, что Свириденко возили на «смотрины» в США, когда она занималась соглашением о полезных ископаемых, и в Европу, куда она ездила на Конференцию по восстановлению Украины. 

- Тут несколько иная последовательность. Ее не возили на «смотрины» в США, а она сначала сама себя эффективно проявила в ресурсном договоре с Америкой. Свириденко выбрали на пост премьера потому, что она себя хорошо зарекомендовала. 

Что же касается согласования кадровых назначений с западными партнерами, то это миф. Иногда были рекомендации со стороны тех же американцев или европейцев, но прямого указания никогда не было. Иногда, скажем так, Киев принимает во внимание их желание или информирует западных партнеров о перестановках, но прямого указания нет.

- Есть ли сейчас креатуры олигархов и финансовых групп в кадровом резерве президента?

- По большому счету – нет. Сейчас важную роль в кадровом вопросе играет Ермак, но главную -  сам Владимир Зеленский. Сейчас роль олигархов сведена к минимуму. Даже премьер Шмыгаль, которого при назначении на пост главы Кабмина связывали с предприятием Рената Ахметова, не был замечен в каком-то масштабном лоббировании его интересов. Сейчас это не тот уровень, когда олигархи имели целые парламентские фракции и своих ставленников в правительстве.

- Но вот министра образования Оксена Лисового связывают, например, с семьей Довгих - Станиславом и Олесем Довгим, который был раньше секретарем Киевсовета.

- Нет, это не то, Олесь Довгий сейчас не играет никакой большой роли, а наоборот - уходит из политики. Это просто личные связи и не больше. Сейчас на кадровые назначения влияют только два человека – Зеленский и Ермак. Но иногда они могут прислушиваться к советам других людей.