Франция готовится к большой войне: что это означает для Украины?

«К оружию, граждане!»

(из «Марсельезы»)

Выступление Эмманюэля Макрона в Министерстве обороны Франции, пресс-конференция начальника французского Генштаба генерала Тьерри Буркхарда и публикация «Национального стратегического обзора» остались почти незамеченными в Украине. Наши взгляды были прикованы к Овальному кабинету в ожидании «жесткого обращения в отношении России», анонсированного Дональдом Трампом. Впрочем, события во Франции заслуживают должного внимания, поскольку дают возможность сделать выводы об оценке одним из наших главных партнеров в антипутинской коалиции современных рисков в сфере безопасности и возможностей их преодоления. Не забываем также, что именно президент Франции — главный промоутер инициатив по развитию стратегической автономии Европы и поддержке Украины.

Начнем с определения французскими руководителями иерархии вызовов, стоящих перед Францией и Европой с учетом того, что, по словам генерала Буркхарда, «сила стала основным фактором международных отношений». Видим четкую констатацию: Россия представляет главную, непосредственную и постоянную угрозу для Франции, ее партнеров и союзников, «стабильности европейского континента и евроатлантического пространства». Именно Францию Россия определила как главного противника в Европе. Уже сейчас она принимает меры по дестабилизации Франции и ее союзников: запугивание ядерным оружием, информационные и кибератаки, акты саботажа, шпионаж, произвольные аресты граждан западных стран, нарушение воздушного пространства, провокации против вооруженных сил, вмешательство в избирательные процессы, раздувание внутренних конфликтов.

Эта подрывная деятельность имеет идеологическое измерение: под ударом — «европейская модель либеральной демократии и гуманизма». Цель Путина — ослабить ЕС и развалить НАТО, подорвать международный порядок, основывающийся на определенных правилах, возобновить действие принципа «сфер влияния» и «имперскую логику вассализации» других стран.

В Париже считают реальной агрессию России против «европейского ядра» через три-пять лет. Это «большая» война, война высокого уровня интенсивности вне границ французской территории, но при участии Франции. Собственно, «Стратегический обзор» преследует цель подготовить страну к такой возможности.

Вероятность реализации такого сценария во Франции непосредственно связывают с тем, как завершится война в Украине. Показательно, что глава французского Генштаба заявил: «Война в Европе» уже идет просто на наших глазах». По его же словам, «в Украине решается судьба европейской безопасности, а также определяется место европейских стран в мире».

Победа России и поражение Украины будет в первую очередь поражением Европы. Отсюда — необходимость мощной поддержки (прежде всего военной) Украины европейцами, несмотря на попытки РФ добиться от Франции и ее союзников отказа от долгосрочной поддержки нашего государства. Интересам европейцев будет отвечать «постоянный и справедливый мир в Украине на базе уважения к международному праву». В завершающей части речи Макрон призвал защитить Украину, потому что «наша безопасность, наша свобода связаны с судьбой этой страны». Вместе с тем «Стратегический обзор» не дает ответ на вопрос, что конкретно готова сделать Франция, чтобы достичь этой цели, помочь ВСУ переломить ситуацию на фронте и не допустить реализацию путинских планов в отношении Украины.

В контексте войны в Украине и достижения «империалистических и ревизионистских целей» Москвы в целом рассматривается партнерство России с Китаем, Ираном и Северной Кореей, которое усиливает риски возникновения новых конфликтов в разных регионах мира. Самым опасным сценарием считается тот, при котором агрессия в Европе проходила бы параллельно с конфликтом на другом театре военных действий.

Базой для того, чтобы найти ответы, адекватные «ускоренной деградации безопасной среды в мире», по убеждению французского политического и военного руководства, является сильная и суверенная Европа, особенно с учетом смещения внешнеполитических приоритетов США в сторону Китая и эволюции американской позиции в отношенииУкраины. Президент Франции во вступлении в «Стратегический обзор» сформулировал это так: «В эту жестокую эпоху европейцы должны всегда полагаться на собственные силы, поскольку мир разделен на зоны, где солидарность в рамках союзов больше не является гарантированной… Нужна стратегическая революция. Европейцы привыкли оставлять другим возможность определять параметры их безопасности, заключать за них соглашения… и главное — принимать вместо них решения. Эта эпоха закончилась. Пришло время европейцам стать властителями своей судьбы».

Эта пафосное (в хорошем смысле этого слова) заявление мотивировано и тем, что Франция считает себя лучше подготовленной к осложнению стратегической ситуации в Европе — на фоне заметного (в перспективе) уменьшения американской заангажированности в защиту Европы — по сравнению с другими странами ЕС. Кажется, оправдалось традиционное французское стремление к военно-политической независимости. Согласно «Стратегическому обзору», Франция должна быть «мотором стратегического перевооружения Европы» с учетом того, что она является единственным ядерным государством Евросоюза и ведущим контрибьютором в европейскую безопасность.

Чтобы отвести угрозу стратегической изоляции Европы, для достижения реальной стратегической автономии Европы и создания системы европейской безопасности, которая бы выдерживала геополитические изменения, «Стратегический обзор» акцентирует на необходимости выработки европейскими странами единого подхода в сфере безопасности на основе общих оборонных интересов и масштабных затрат и инвестиций.

Очевидно, что радикальное наращивание оборонных способностей Франции и европейских стран в целом будет требовать определенного времени даже при условии оперативного принятия необходимых решений и их эффективной имплементации. В «Стратегическом обзоре» подчеркивается, что НАТО остается единственной организацией, у которой есть авторитет, структуры, механизмы и легитимность, необходимые для того, чтобы действовать коллективно во время большого конфликта на европейском континенте. Усилению европейской опоры Североатлантического альянса нет альтернативы. Такой в общем-то нехарактерный для Франции атлантизм можно объяснить пониманием серьезности указанных выше угроз в сфере безопасности, преодолеть которые эта страна и ЕС своими силами не в состоянии. Вместе с тем Франция оставляет за собой право создавать ситуативные коалиции для выполнения приоритетных задач, наподобие известной нам «коалиции решительных».

«Стратегический обзор» определяет одиннадцать стратегических приоритетов для Франции. Кроме укрепления трансатлантических связей и увеличения европейских оборонных способностей, это развитие сил ядерного сдерживания, промышленно-экономическое обеспечение потребностей вооруженных сил и ускорение их перевооружения, защита от кибератак, развитие международного сотрудничества, расширение возможностей для разведывательной деятельности и специальных операций, усиление способности действовать в условиях гибридной войны, инновации.

Среди них также вопрос обеспечения общественной выносливости и единства действий в случае острого кризиса через мобилизацию усилий всех граждан страны, всего гражданского общества, особенно молодежи. В стране, как и во многих других государствах НАТО, идет дискуссия об организации в той или иной форме военной подготовки граждан, включая возможность возобновления обязательной службы в вооруженных силах. Удивительно, что такое обсуждение не происходит в Украине, которая четвертый год оказывает сопротивление российской агрессии крайне ограниченным человеческим ресурсом.

В целом нужно отметить, что современный этап дискуссии по вопросам безопасности во Франции определяет честный разговор власти с обществом, несмотря на известную чувствительность простого француза к перспективе уменьшения его покупательной способности и социальных льгот. Макрон заявил гражданам страны об окончательном завершении эпохи «мирного дивиденда», когда войну в Европе можно было увидеть только в исторических фильмах или антиутопиях. Еще раньше была отмечена необходимость принимать тяжелые решения с учетом новых экзистенциальных рисков для безопасности и независимости Франции.

Императивом является повышение уровня оборонных затрат: до 2027 года они должны увеличиться вдвое по сравнению с 2017 годом. Эта задача кажется сверхсложной из-за неудовлетворительного состояния государственных финансов: государственный долг Франции равен 3,345 триллионам евро. Премьер-министр страны рассчитывает сократить бюджетный дефицит в следующем году только до 4,6% ВВП, что превышает предельный для зоны евро показатель. Поэтому неизвестно, за счет каких ресурсов могут быть профинансированы дополнительные затраты на оборону.

Вероятно, это негативно будет сказываться на возможности французского правительства предоставлять помощь Украине, несмотря на приведенные выше абсолютно четкие и верные оценки соответствия такой помощи интересам в сфере безопасности самой Франции. Это отчасти объясняет сообщение о неучастии этого государства в финансировании проекта по закупке американского оружия для Украины за счет европейских стран. Оппозицию Франции также объясняют известными взглядами Макрона о необходимости покупать оружие у европейских производителей. Нам остается только надеяться, что другие потенциальные доноры трамповской схемы не пойдут на попятную, поскольку альтернативных вариантов поставки критически важного американского оружия сейчас нет.

Ресурс, который можно было бы использовать не только для продолжения, но и для наращивания военной помощи Украине, хорошо известен. Это конфискация замороженных за границей (преимущественно в Европе) российских государственных активов или по крайней мере введение новых механизмов их использования для получения прибыли, которую можно было бы оперативно направить в поддержку Украины.