Контроль не значит собственность: появятся ли в Украине частные АЭС/Мировой опыт в этой сфере довольно противоречивый

Бывший глава Минэнерго Украины, а ныне министр юстиции Герман Галущенко предлагает привлечь частных инвесторов к отечественной атомной энергетике. Для этого потребуется изменить законодательство, а также предложить потенциальным инвесторам то, что сможет их по-настоящему заинтересовать. "Апостроф" выяснял, насколько перспективным может стать государственно-частное партнерство по использованию мирного атома в Украине .

У Украины могут появиться частные атомные электростанции. Об этом в рамках конференции по восстановлению Украины URC-2025, которая прошла 10-11 июля в Риме, заявил бывший министр энергетики Герман Галущенко, ставший в новом украинском правительстве главой Минюста.

"На самом деле в мире много частных атомных станций. Вы видите много компаний, которые имеют частные акции. То же мы должны сделать и в Украине" , - сказал Галущенко.

По его словам, для того, чтобы привлечь частный капитал в украинскую атомную энергетику, необходимо изменить законодательство.

В настоящее время все атомные электростанции Украины находятся в государственной собственности и руководствуются госкомпанией НАЭК "Энергоатом".

Государственное становится частным... и наоборот

Герман Галущенко заявлял, что "в мире много частных атомных станций" – действительно ли это так?

И да, и нет. Если говорить о США, которые остаются крупнейшим производителем атомной энергии, то здесь частный капитал был допущен к строительству и эксплуатации АЭС практически с самого начала. Соответствующий закон был принят в 1954 году, а первый объект производства атомной энергии запустили в работу в 1957 году.

Сегодня большинство американских атомных электростанций находятся в частных руках. Это касается как действующих (а также закрытых) объектов, так и находящихся на проектной стадии. Так, например, компания Билла Гейтса Terra Power разрабатывает ядерные реакторы нового поколения и собирается в 2026 году приступить к строительству "ядерного острова" в американском штате Вайоминг (сначала компания собиралась строить ядерный объект в Китае, но эти планы сорвались).

Кроме того, частично приватизированная атомная энергетика в Великобритании – разгосударствление отрасли пришлось на 1996 год. Кстати, британцы считаются пионерами в коммерческом использовании мирного атома, поскольку они запустили первую в мире АЭС в 1956 году, то есть годом ранее американцев (правда, в 1954 году в экспериментальном режиме начал работать ядерный реактор в Обнинске, СССР).

Еще одной страной, где в атомной энергетике активно вовлечен частный капитал, является Япония. К примеру, в частной собственности находилась станция "Фукусима-1", на которой в 2011 году произошла серьезная авария в результате мощного землетрясения (станцию закрыли в 2013 году).

На противоположном фланге находится Франция, вторая после США производитель атомной энергии в мире и лидер с точки зрения доли атомной генерации в общем энергетическом балансе.

На сегодняшний день около 70% всей электроэнергии во Франции производится на АЭС. При этом Париж намерен в ближайшие десять лет сократить эту долю до 50% (не факт, что получится, поскольку бывший ориентир приходился на 2025 год).

Производство атомной энергии во Франции контролируется госкомпанией Électricité de France (EDF). В начале 2000-х годов французское правительство, следуя мировым трендам, решило продать часть акций компании.

"Там сначала не было частного капитала, а была только государственная форма собственности. Но постепенно они были вынуждены заняться разгосударствлением" , - сказал в комментарии "Апострофу" эксперт по атомной энергетике Людвиг Литвинский.

Однако в последнее время во Франции наблюдается обратный процесс – в 2023 году государство выкупило у частников акции EDF, увеличив свою долю у нее с 89% до 100%.

Однако ситуация остается достаточно запутанной, поскольку акции EDF свободно продаются на бирже и, по крайней мере, формально ее можно считать государственно-частной компанией.

Что будем строить?

Но вернемся в Украину. Следует ли ей двигаться "англосаксонским" (с японским акцентом) по пути, или, все же, нам следует оставаться верными "традиционным ценностям"?

"Я считаю, что наличие частного капитала в энергетике – это скорее плюс, чем минус , – говорит Людвиг Литвинский. – Полностью государственная форма собственности менее эффективна. При этом контроль со стороны государства необходим, хотя он не обязательно должен выражаться в 100% государственной собственности" .

Руководитель специальных проектов научно-технического центра "Психея" Геннадий Рябцев соглашается с тезисом о том, что контроль над атомными станциями должен оставаться у государства.

"Частные инвестиции, безусловно, могут быть, но ни в коем случае частные электростанции, потому что (атомная) электростанция – это объект критической инфраструктуры, который нельзя отдавать в частные руки ни при каких условиях" , – сказал эксперт "Апострофу".

По его словам, у государства, как правило, недостаточно средств для того, чтобы финансировать строительство новых ядерных объектов, и потому есть смысл к таким проектам привлекать частный капитал.

Собственно, добавим от себя, контроль за объектами атомной энергетики достаточно строг во всем мире, причем не только со стороны национальных правительств, но и со стороны Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ). Даже Россия делает вид, что подчиняется указаниям этой организации по оккупированной ею Запорожской АЭС.

Чтобы пустить в атомную энергетику "частников", Украине нужно будет принять соответствующий закон, о чем также сказал Герман Галущенко. Но это – формальная сторона вопроса. А как насчет более прагматичной?

В Украине сегодня (без учета захваченной врагом ЗАЭС) в работе находятся три атомные станции – Южноукраинская, Ровенская и Хмельницкая. Их доля в производстве электроэнергии превышает 50% (скорее даже приближается к 60%) в общем объеме энергогенерации страны.

Учитывая, что Запорожская АЭС является самой большой не только в Украине, но и во всей Европе, невозможность (надеемся, временная) ее использование ставит перед нашей страной серьезные вызовы.

В качестве одного из вариантов рассматривается строительство новых атомных энергоблоков на уже существующих станциях. Например, правительство заявило о намерении достроить третий и четвертый блоки Хмельницкой АЭС, установив на них российские ядерные реакторы, а также пятый и шестой блоки по американской технологии компании Westinghouse.

Однако строительство энергоблоков на ХАЭС вызывает у специалистов большой скепсис.

По словам Геннадия Рябцева, учитывая близость станции к западной границе Украины, увеличение ее мощности можно было бы использовать преимущественно для экспорта электроэнергии в страны Европейского Союза.

"Но сейчас, а также после войны, есть сомнения, что у нас будет избыток электрической энергии" , - отметил он.

К тому же Болгария внезапно отказалась продавать нашей стране те же российские реакторы , которые планировалось установить на Хмельницкой АЭС, что ставит весь проект под угрозу срыва.

Еще перспективнее, считает Рябцев, развивать проекты малых атомных реакторов: " И это конкретно то, куда необходимо завлекать частные инвестиции" .

Эксперт напомнил, что большие энергоблоки на украинских АЭС обеспечивают так называемую базовую мощность, тогда как Украине необходима, прежде всего, маневренная мощность, чтобы покрывать пиковое энергопотребление.

"Лучше построить, условно, десяток (малых) реакторов, которые будут способны маневрировать мощность в течение суток. У нас огромный дефицит именно обострившихся в результате обстрелов маневровых мощностей" , - пояснил он.

И еще один, тоже важный момент. В Украине тарифы на электричество для населения все еще ниже, чем в странах ЕС. Не получится ли так, что частные инвесторы потребуют повысить цены – как говорится, ничего личного, только бизнес?

"Это будет в любом случае, поскольку речь идет о приведении тарифов к экономически обоснованному, рыночному уровню, потому что мы должны перейти на европейские правила энергорынка , - говорит Геннадий Рябцев. - Однако я не думаю, что здесь будет какая-то прямая зависимость (от мнения "частников")" .