Научный «Рамштайн» для Украины: как международная коалиция помогает восстанавливать науку

Из-за войны украинская наука оказалась в условиях, которые угрожали ее существованию: тысячи исследователей выехали из страны, треть исследовательской инфраструктуры разрушена, финансирование сократилось до критического минимума. Все это происходило на фоне почти полного отсутствия системной поддержки науки со стороны государства.

Но нынешняя международная конференция Ukraine Recovery Conference (URC), прошедшая в Риме, впервые четко подчеркнула главную роль науки в восстановлении Украины. Конференцию называют «научным Рамштайном», ведь это ежегодная платформа, которая объединяет правительства, доноров, международные организации, бизнес и гражданское общество, чтобы координировать усилия по восстановлению и трансформации нашей страны. В этом году в программе впервые появилась отдельная панель, посвященная науке, что стало четким сигналом: без сильной научной базы не будет ни инновационной экономики, ни качественного восстановления страны.

В какой же поддержке нуждается украинская наука от международных партнеров и государства, чтобы стать реальным двигателем общественного прогресса, а не ее декоративным элементом?

Политическое признание науки

Тот факт, что на Ukraine Recovery Conference этого года украинскую науку впервые выделили в отдельную панель, является важным сигналом — раньше тема науки едва упоминалась в контексте образования, и в прошлом году она была лишь последним пунктом в общей панели с образованием. А теперь вопросы поддержки науки приобрели политический вес.

Более того, инициатива создания отдельной панели на конференции этого года возникла с украинской стороны. Ее цель — не только заявить о потребностях, но и предложить действенные механизмы поддержки. Ведь сейчас ощутимо растет интерес к научной экспертизе даже среди разработчиков технологий. Но на уровне правительства все равно не хватает целенаправленного фокуса на поддержку как самой науки, так и инструментов для содействия сотрудничеству науки и бизнеса. Сейчас даже нет четкого понимания, какие именно инструменты это должны быть.

Проблема эвакуационной модели помощи

Помощь, которую предлагают международные партнеры, тоже нуждается в координации. Очень часто, особенно на первых этапах войны, международная помощь научным работникам рассматривалась в первую очередь как содействие их эвакуации за границу. Впрочем, для этого есть некоторые предпосылки. Так, почти каждая из европейских стран не имела законодательных механизмов, которые давали бы возможность перечислять средства непосредственно в Украину. Бюджетные инструменты большинства стран устроены так, что они могут оплачивать пребывание исследователей только на своей территории. В краткосрочной перспективе такая помощь ценна. Но для украинской науки в целом это — серьезная угроза, ведь даже до войны в Украине наблюдался отток кадров. С началом полномасштабного вторжения этот процесс лишь усилился.

Потери: инфраструктура и кадры

По данным МОН по состоянию на февраль 2023 года, больше шести тысяч научных работников выехали из страны. Можно представить, насколько этот показатель увеличился за два года. В то же время была повреждена и исследовательская инфраструктура: отчет МОН за март 2023 года фиксирует разрушение или повреждение около 35% объектов. Отчет Resilient Minds приводит дополнительные данные: 29,4% научных учреждений пострадали физически, больше 40 вузов и институтов были вынуждены релоцироваться, 10–20% научных работников оставили свои рабочие места, а 54,3% исследователей сообщают, что не могут работать на довоенном уровне.

Эти цифры достаточно репрезентативны, поскольку свидетельствуют, что оставленные без внимания исследователи теряют доступ к необходимому оборудованию, институционной поддержке, финансированию. Вместе с тем они работают на той же исследовательской инфраструктуре, которая и до полномасштабной войны была устаревшей, а теперь еще и повреждена.

Модель коалиции: «научный Рамштайн»

В этой ситуации чрезвычайно важно, чтобы каждая помощь извне была адресной и отвечала реальным запросам. Для многих украинских лабораторий желательно даже не новое, а хотя бы бывшее в употреблении иностранное оборудование, которое иногда лучше доступного сейчас в Украине. Европейские коллеги регулярно обновляют технику и могли бы передавать предыдущие модели, если они остаются функциональными. Вместе с тем, конечно, самым лучшим вариантом была бы возможность системно обновить лаборатории за счет закупки нового и новейшего оборудования.

Поэтому важно, чтобы передача такого оборудования происходила в контексте конкретной научной работы. Переданное без учета специфики отрасли, оно может быть просто малоэффективным. Так что лучше всего создавать двусторонние партнерства, где техника передается под конкретную задачу и сопровождается научным сотрудничеством.

Европейские страны часто независимо друг от друга предлагали подобные решения по поддержке, в первую очередь — возможность дистанционного доступа к их научной инфраструктуре. Это действительно важная и нужна помощь, которая открывает украинским исследователям доступ к современному оборудованию. Однако для максимальной эффективности таких инициатив важно обеспечить их координацию. Поэтому и возникла идея создать своеобразную коалицию доноров, научного «Рамштайна», где каждая страна взяла бы на себя четко определенный участок ответственности с учетом реальных потребностей украинских ученых.

На конференции подписали Меморандум о Международной коалиции за науку, исследование и инновации в Украине. Речь идет о координации и согласовании усилий, направленных на поддержку украинской научно-инновационной сферы с учетом реальных потребностей украинских ученых и возможностей международных партнеров. Это стало знаковым событием и показало готовность к продолжительному сотрудничеству.

Меморандум предусматривает сознательное распределение усилий: одни партнеры сосредоточиваются на обеспечении оборудованием, другие — на поддержке учреждений, менторстве или содействии общим исследовательским и инновационным проектам. Такой подход позволяет избежать дублирования инициатив, повысить эффективность международной помощи и ориентироваться на приоритеты, учитывающие реальное состояние и потребности украинской науки.

Нужно отдать должное Министерству образования и науки, в частности заместителю министра пану Денису Курбатову и его команде, итальянской стороне и представителям ЕС, а также общественным энтузиастам за то, что подписание этого меморандума стало возможным. Работа над ним началась почти сразу после окончания прошлогодней конференции в Берлине, когда благодаря усилиям и инициативе наших немецких партнеров вопросы науки вообще были вынесены на такую высокую трибуну.

Примеры и партнерства

Сейчас большинство европейских ученых предпочитают поддерживать украинских исследователей в рамках собственных инструментов. Но появляются и другие модели сотрудничества. Например, Германия еще до полномасштабной войны организовала конкурс на создание 12 лабораторий в Украине. Несмотря на риски, вызванные войной, эту инициативу не свернули: проекты продолжаются и развиваются, украинские ученые получают иностранную помощь, работая в Украине. Именно на таких примерах можно выстраивать новые подходы к партнерству.

Внутренние трансформации и проблема финансирования

В то же время не менее важно, что внутри страны также происходят перемены, которые подтверждают готовность к трансформации с украинской стороны.

В течение последнего года в научной сфере появился ряд новых инициатив, хотя некоторые из них вызвали достаточно оживленные и непростые дискуссии в профессиональном сообществе. В частности внедрена новая методика аттестации университетов (в части их научной деятельности) и научных учреждений с применением критериев, которые допускают объективную проверку. Несмотря на то, что это первая итерация такого подхода и она имеет свои пробелы, это важный шаг вперед: по ее результатам лучшие учреждения впервые получили дополнительное финансирование от Министерства финансов — то есть не вследствие перераспределения средств, а как отдельное финансирование, что отвечает европейским подходам. И хотя это были небольшие средства, сам факт является важным сигналом. Разработан новый законопроект о научных приоритетах, началась дерегуляция деятельности Национального фонда исследований.

Похожая логика наблюдается и в финансировании центров коллективного пользования оборудованием — сейчас незначительном, но способном менять способ мышления: ученые начинают верить в возможность перемен и бороться за ресурсы. Это и есть классический мультипликационный эффект: небольшие шаги способны запускать более масштабные процессы и формируют общественную надежду на реальную трансформацию.

Вместе с тем критически важна наследственность и преемственность начатых процессов. Именно тогда включается механизм мультипликатора — когда даже небольшие вложения запускают более широкие системные изменения.

Однако ни одна реформа в целом не будет эффективной без достаточного финансирования. Сейчас Украина вкладывает в науку всего 0,33% ВВП. Для того чтобы говорить о настоящем прорыве, нужно хотя бы 0,8%. Без финансирования никакие реформы не сработают. Есть ошибочное представление, что достаточно принять новый закон и система заработает сама. Но реальные перемены требуют вложений. Иначе это будет лишь имитация изменений.

Наука и экономика — интеграция в глобальные цепи

Уже сейчас немало инжиниринговых компаний в Украине, основанных людьми с научным образованием, из-за потребностей армии или государства начали развивать собственный технологический бизнес. Это и есть точка роста. То есть высокотехнологичное производство, а не, скажем, кофейня. Но важно понимать: требовать от ученого быть предпринимателем неэффективно. Это распыляет фокус, демотивирует и часто приводит к потерям в обеих сферах. Лучше создавать команды, где каждый выполняет свою функцию: ученый генерирует идеи, предприниматель их реализует.

Одно из направлений развития — интеграция украинских ученых в международные цепочки добавленной стоимости, то есть в глобальные процессы разработки, производства и коммерциализации высокотехнологичных продуктов. Это касается и квантовых технологий, и полупроводников, и оборонных разработок. В Украине есть высококвалифицированные специалисты, которые могут быть ценными партнерами. Но для этого нужны платформы сотрудничества, механизмы поддержки, постоянные связи. И понимание, что наука не существует в вакууме.

Культура взаимодействия и предпринимательское образование

Важным элементом будущей экосистемы должна стать кооперация науки и бизнеса, но не через навязывание ученым предпринимательских функций. Задача — создать среду, где предприниматели и исследователи будут работать вместе. Для этого нужна культура взаимодействия, доверие и понимание, что каждый делает свое дело. Бизнес — развивает продукт и выходит на рынок. Ученый — генерирует идеи и находит новые решения.

Чтобы это сотрудничество было постоянным, нужно и образование — еще со школы. Люди должны понимать, что предпринимательство — это не цель что-то урвать, а ответственное и достойное дело. И что наука — это не оторванная от реальности абстракция, а инструмент, который дает прорывные решения для экономики, безопасности, медицины.

Конференция — важный шаг. Но еще важнее то, что будет между конференциями. А должна быть реальная работа: создание рабочих групп, запуск инициатив, поддержка реформ и т.п. Только это приведет к реальным изменениям.