В ожидании встречи на Аляске: боится ли Трамп ядерной войны?

Мало кто обращает внимание на тот факт, что президент Трамп, выросший во времена холодной войны, очень интересуется ядерным оружием и сдерживанием. В прошлую пятницу президент Трамп упрекнул бывшего президента России и заместителя председателя Совета безопасности Дмитрия Медведева за неблагоразумные ядерные угрозы. В начале недели, когда Вашингтон обсуждал возможность введения новых санкций против России, чтобы заставить ее прекратить войну в Украине, Медведев выступил с предупреждением: "Каждый новый ультиматум, — заявил он, — это угроза и шаг к войне" с ядерной сверхдержавой.

Фокус перевел статью профессора Гарвардского университета Грема Эллисона на портале National Interest. Профессор проанализировал отношение Трампа к угрозе ядерной войны.

Ядерная война — спор Медведева и Трампа

Медведев рекомендовал Трампу "пересмотреть свои любимые фильмы о живых мертвецах и вспомнить, насколько опасна легендарная "Мертвая рука". (Историческая справка: речь идет о фильме ужасов 1968 года "Ночь живых мертвецов". "Мертвая рука" — система управления ядерным оружием советской эпохи, которая должна была нанести автоматический ядерный удар в случае обезглавливания руководства СССР).

В остроумном посте на сайте Truth Social Трамп немедленно дал Медведеву — и его боссу Владимиру Путину — четкий ответ. Он звучал так: "Основываясь на крайне провокационных заявлениях бывшего президента России Дмитрия Медведева, который сейчас является заместителем председателя Совета безопасности Российской Федерации, я распорядился разместить две атомные подводные лодки в соответствующих регионах на случай, если эти глупые и подстрекательские заявления окажутся чем-то большим, чем слова". Послание Трампа завершается так: "Слова очень важны и часто могут привести к непредвиденным последствиям. Я надеюсь, что это не тот случай".

Важно Атомные субмарины вблизи РФ: переговорная тактика Трампа или эскалация конфликта?

Историки отмечают, что это первый случай, когда американский президент публично объявил противнику об изменении позиционирования ядерных сил или планов США со времен телеобращения Кеннеди к американскому народу 22 октября 1962 года. Это был самый опасный кризис за всю историю человечества. Когда американская разведка обнаружила, что Советский Союз пытается тайно разместить на Кубе ракеты с ядерными боеголовками, Кеннеди объявил, что "любой запуск ядерной ракеты с Кубы будет рассматриваться как нападение Советского Союза на Соединенные Штаты, что требует полного ответного удара по Советскому Союзу".

При этом состояние боевой готовности сил США по всему миру, включая ядерные силы, повысили до уровня DEFCON 3. Премьер-министр Советского Союза Никита Хрущев и его коллеги были поставлены в известность. Если ядерное оружие, которое они отправляли на Кубу, будет применено против США ими или их кубинскими союзниками, Соединенные Штаты ответят разрушительной ядерной атакой, которая уничтожит СССР.

Воинственная риторика Трампа — реакция аналитиков

Прозвучавшие на прошлой неделе заявления о возможном применении ядерного оружия показались большинству комментаторов чем-то из прошлого века. Поэтому пресса с трудом пыталась осмыслить происходящее. Многие спрашивали, не лучше ли было бы администрации Трампа просто отмахнуться от угроз Медведева, а не удостаивать его прямого ответа? А если уж администрация решила ответить, были ли слова и действия Трампа уместными в ответ на вызов Медведева?

Для тех, кого первые шесть месяцев второго срока Трампа настолько смутили, что они уже не слушают, что он говорит, ответ будет простым — нет. Как и следовало ожидать, противники Трампа критикуют его "самовлюбленное поведение", указывая на то, что американские ПЛЯО (подводные лодки с ядерным оружием) всегда находятся в "подходящих районах", поскольку, где бы они ни находились, их ракеты могут поразить цели в России.

Если бы критики сменили гнев на милость (и некоторую осведомленность), то признали бы, что заявление Трампа может быть примером намеренной стратегической двусмысленности. Передислокация подводных лодок может означать перемещение американских атомных ударных субмарин (Submersible Ship Nuclear, SSN) на позиции, с которых они представляют более непосредственную угрозу для российских подводных лодок. На самом деле это также может включать перемещение американских атомных подводных лодок на позиции, с которых они могут запускать ракеты с обычными боеголовками, вроде тех, что уничтожили ядерные объекты Ирана в июне.

Ядерное оружие и Трамп

Учитывая ряд вопросов, по которым Трамп, на мой взгляд, уже действует неправильно: глобальная тарифная война, его отношение к союзникам, атака на замечательную экосистему науки и технологий Америки и т.д., — может ли он быть прав в этом важнейшем вопросе? Исходя из выводов проекта Taking Trump Seriously ("Воспринимая Трампа серьезно"), который я возглавлял в течение последних двух лет, я склонен ответить утвердительно.

Причина, по которой он может оказаться правым, осторожно, но решительно называя блеф верного путинского приспешника блефом, заключается в том, что Трамп до мозга костей верит в важность ядерного оружия. Рискуя заставить моих друзей еще больше переживать за психическое здоровье автора этой статьи, я пойду еще дальше и скажу, что Трамп лучше осознает ядерную опасность, чем любой другой политический лидер на современной национальной или международной арене. Единственным другим недавним американским лидером со столь же глубоким пониманием этой проблемы был Джо Байден.

В случае Трампа такие убеждения вытекают не из его первого срока, когда он проходил брифинги по "ядерному футболу" и меню вариантов действий в ряде сценариев, которые могут потребовать применения ядерного оружия. Скорее они уходят корнями в уроки, которые он получил в юности от своего дяди Джона Трампа, выдающегося профессора электротехники Массачусетского технологического института. Как рассказывает Трамп, задолго до того, как он захотел стать президентом, дядя вдохновил его думать о немыслимом. По словам Трампа: "Я постоянно обсуждал с ним ядерные вопросы. Он был великим экспертом. Он был великим, несравненным гением".

Важно Кого запугивает Путин ядерной триадой: что скрывают заявления диктатора о наращивании войск РФ

Трамп понимает, что к ядерной войне ведет множество путей. Посмотрите еще раз на его предупреждения России о "непредсказуемых последствиях". Почему он так зациклился на прекращении войны в Украине? Не из-за любви к Путину. Скорее, это отражает его понимание развития событий в этой стране, включая возможность того, что Путин нанесет ядерные удары по Украине и заставит Соединенные Штаты ответить на них, что приведет к эскалации войны, которой не хочет ни он, ни Путин.

Как он сказал в 2023 году, "Украину стирают с лица земли, но даже не будем говорить о ядерном оружии. Давайте скажем, что этого [уничтожения Украины] не происходит. Допустим, у них все идет лучше, чем предполагалось. Если он [Путин] решит применить свою вторую форму уничтожения, а именно ядерную, то на этом всё и закончится".

В августе прошлого года в беседе с Илоном Маском на сайте X Маск спросил об угрозе глобального потепления. Маск был удивлен, когда Трамп ответил: "Самая большая угроза — это не глобальное потепление, а ядерное потепление". Что, простите? Маск был вежлив, но явно удивлен, поэтому он сменил тему, если бы Трамп сказал, что самая большая угроза для человечества — это вторжение инопланетян или комета, которая расколола планету Земля.

В сентябре прошлого года на дебатах с вице-президентом Камалой Харрис модераторы задали вопрос о том, как Америка завершит войну в Украине. Они были удивлены, когда Трамп воспринял этот вопрос как повод для рифа о ядерном арсенале Путина. Он сказал: "У него есть ядерное оружие. Об этом никогда не говорят. У него есть ядерное оружие. Никто никогда об этом не думает. И в конце концов, возможно, он его применит". Его оппонентка Камала Харрис, большинство аудитории, да и модераторы выглядели ошарашенными.

В завершение Трамп предупредил, что при сохранении нынешнего курса "мы придем к третьей мировой войне. И это будет война, которой еще не знала история, из-за ядерного оружия, мощного оружия", некоторые предположили, что это может быть еще один "момент Байдена", вспоминая сумбурные ответы тогдашнего президента в дебатах с Трампом. В современном понимании геополитики ядерное оружие исчезло — его отправили на свалку истории вместе с Советским Союзом после окончания Холодной войны.

Но для Трампа и тех представителей его (и моего) поколения, которые выросли в эпоху, когда ядерная опасность висела над головами американских президентов как дамоклов меч, "ядерное оружие — это самая большая проблема, которая у нас есть". Трамп знает, что ядерное оружие не исчезло с распадом СССР. Ему и другим серьезным стратегам известно, что Соединенные Штаты и Россия имеют ядерные арсеналы, способные выдержать первый удар противоборствующей стороны и ответить таким образом, чтобы уничтожить нападающего. Как и его предшественники, которые боролись и победили в холодной войне, он считает, что его важнейший долг как президента — избежать ядерной катастрофы, которая уничтожит Соединенные Штаты и, возможно, поставит под угрозу все живое на Земле.

Важно Как агрессия РФ приближает Апокалипсис: кто в мире и для чего хочет иметь ядерное оружие

Когда в интервью Newsmax Трампа спросили о том, как он отчитал Медведева, он не отказался от своих слов. Он сказал: "Когда вы произносите слово "ядерный", мои глаза загораются, и я говорю: "Нам следует быть осторожными", потому что это самая высокая угроза". Трамп узнал от Рейгана, что "ядерную войну нельзя выиграть и поэтому ее нельзя допустить", и серьезно задумался над тем, что это означает. Как неоднократно объяснял Рейган, если в конце войны мы полностью уничтожим противника, но наша собственная страна будет разрушена, никто не сможет считать это победой.

Трамп восхищается стратегическим мышлением Кеннеди, который во время Кубинского ракетного кризиса нашел приемлемый выход из ситуации, оценив риск ядерной войны как один к трем. Как и Кеннеди, Трамп считает, что для выживания ядерных держав с диаметрально противоположными ценностями они должны найти способ управлять своими отношениями без конфронтаций, подобных ракетному кризису.

Я готов поспорить, что в ближайшие месяцы Трамп найдет свой собственный вариант стратегической концепции, которая сочетает в себе "разрядку" Никсона-Киссинджера и "мира, безопасного для разнообразия" Кеннеди после кубинского ракетного кризиса. Как пояснил Киссинджер, в концепции Никсона основной задачей, стоявшей перед Соединенными Штатами в 1969 году, было "предотвращение катастрофической ядерной войны".

Важно 60 лет после Карибского кризиса. Путин хочет быть круче Хрущева

Цитируя Киссинджера: "Любой человек, который приходил к власти в конце шестидесятых, не мог не быть поражен беспрецедентными масштабами угрозы миру. Ни одна воинственная риторика не могла скрыть тот факт, что существующих ядерных запасов достаточно для уничтожения человечества; никакое недоверие к Советскому Союзу не могло оправдать традиционную политику баланса сил, предполагающую разрешение кризиса путем конфронтации. Не может быть высшего долга, чем предотвратить катастрофу ядерной войны".

Пережив ракетный кризис, в ходе которого он ощутил экзистенциальную ядерную опасность при принятии решений, которые могли привести к гибели сотен миллионов людей, Кеннеди пришел к выводу, что стратегия холодной войны, одним из главных сторонников которой он был, нуждается в серьезной корректировке. Не отступая от своих убеждений в том, что возглавляемый США Свободный мир — это добро, а Советская империя — зло, он, тем не менее, заявил, что первоочередной задачей обеих стран теперь должен стать поиск путей построения "мира, безопасного для многообразия".

Как сказал Кеннеди в самой важной внешнеполитической речи в своей карьере, произнесенной всего за пять месяцев до его убийства: "Ведь в конце концов мы все живем на этой маленькой планете. Мы все дышим одним и тем же воздухом. Мы все заботимся о будущем наших детей. И все мы смертны".

Может ли Трамп быть прав в ядерном вопросе? Может ли он удивить нас видением мира среди ожесточенных врагов? Может ли чувство этой ответственности определять его готовность к прямому взаимодействию с двумя лидерами, чьи страны обладают ядерными арсеналами, способными стереть США с лица земли?

Я думаю, что да.

Об авторе

Грэм Эллисон — доктор наук, профессор государственного управления Дугласа Диллона в Гарвардском университете, где он преподает уже пять десятилетий. Эллисон является ведущим аналитиком в области национальной безопасности с особым интересом к ядерному оружию, России, Китаю и принятию решений. Эллисон был деканом-основателем Гарвардской школы государственного управления имени Джона Кеннеди и до 2017 года занимал должность директора Белферского центра науки и международных отношений, который считается "университетским аналитическим центром №1 в мире".