До России можно дойти пешком: как живет самый пограничный остров США

Небольшое островное поселение на Аляске находится ближе к России, чем к материковой части США, и когда температура понижается, лед становится настолько толстым, что до РФ можно дойти пешком. Острова населяют коренные народы, которые и правда ходили к друг другу в гости, но с 1948 года их разделяет Ледяной занавес, пишет Daily Mail.

Малый Диомид (в РФ его называют остров Крузенштерна), территория, которую США купили в 1867 году, находится всего в 2,4 мили (более 4 км) от Большого Диомида (в РФ — остров Ратманова), их российского соседа, в Беринговом проливе. Островами Диомида их назвал исследователь Витус Беринг, именем которого и назван пролив.

В то время как Большой Диомид является российской военной базой, на Малом Диомиде проживают 77 местных жителей Аляски, известных как коренные жители Аляски — инупиаты.

Их разделяет линия перемены дат, то есть, если вы покинули Малый Диомид в 9 утра в понедельник и перешли на Большой Диомид, то прибудете на место в воскресенье.

Оба острова Диомид были заселены коренными народами, которые ранее называли себя единым сообществом, расположенным на двух островах.

Однако с началом Холодной войны в 1948 году жители Большого Диомида оказались разбросаны по всей Сибири, и обе страны закрыли границу, теперь известную как Ледяной занавес.

"Семьи, жившие по обе стороны Берингова пролива, внезапно оказались разделены. Эти связи были прерваны и не восстанавливались в течение 40 лет", — рассказал писатель Чарльз Уолфорт, имея в виду "Рейс дружбы" 1988 года, который воссоединил семьи в России и на Аляске.

Однако после короткого 25-летнего периода дружбы два острова теперь пристально следят друг за другом после того, как в 2000 к власти в РФ пришел Владимир Путин и отбил у России охоту взаимодействовать с Западом.

Острова Диомида расположены так близко друг к другу, что зимой, когда вода замерзает, до них можно дойти всего за 30 минут, но никто этого не делает, так как перемещение между островами запрещено законом.

Угрозы применения сигнальных ракет, стрельбы на поражение и служебных собак поджидают любого, кто попытается проникнуть на Большой Диомид без необходимых документов.

"Мы наблюдаем за ними, они наблюдают за нами", — рассказал журналу 58-летний местный житель Эдвард Сулук.

Глядя в бинокль, Сулук видит российских солдат, корабли и вертолеты, а также наблюдательный пункт.

"Быть начеку — это наша миссия. Мы — глаза и уши нации", — добавил Сулук, ветеран войны в Ираке.

Однако жизнь 77 жителей острова Малый Диомид – сурова. В разгар зимы островитяне видят всего четыре часа светового дня и температуру ниже нуля. Доступ к интернету или телефонной связи ограничен всего несколькими часами в день.

Небольшой остров, на котором расположено около 30 зданий, борется за выживание, поскольку изменение климата сказывается на их образе жизни.

На протяжении поколений жители острова охотились на тюленей и моржей ради пропитания. Всего 20 лет назад команда охотников из пяти человек могла бы добыть сотни тюленей и моржей до наступления зимы.

53-летний местный житель Отто Сулук рассказал: "С этим местом что-то не так. Оно одержимо. Мы больше не видим моржей и тюленей, как раньше. Это изменение климата. Похоже, все начинается прямо здесь".

По его словам, в этом году им удалось добыть всего пять тюленей и двух моржей.

Чтобы выжить, островитянам приходится полагаться на еженедельные поставки продовольствия с материка, которые осуществляются вертолетом, если позволяет погода.

Однако выбор ограничен, поскольку партия привозит только консервы или чрезмерно переработанные продукты, способные выдержать испытание временем из Нома, крупнейшего города на западе Аляски.

Раньше самолет доставлял жителям островов продовольствие и припасы, приземляясь на толстый замерзший лед зимой, однако из-за последствий изменения климата он больше не прилетает.

"Льда больше нет, его движет течение, ветер его уносит. Раньше я проходил мили до открытого океана, чтобы поохотиться, но теперь не могу. Лед слишком тонкий", — рассказал Кевин Озенна, местный житель.

Остров борется за выживание, поскольку изоляция от внешнего мира означает, что их культура становится все более важной, но растут опасения, что и она может быть утрачена.

Местная жительница Фрэнсис Озенна рассказала: "Мы знаем, что у нас там есть родственники. Старшее поколение вымирает, и дело в том, что мы ничего не знаем друг о друге. Мы теряем наш язык. Мы теперь говорим по-английски, а они говорят по-русски. Это не наша вина. Это не их вина. Но это просто ужасно".

Однако унылый образ жизни и изоляция, а также проблемы с руководством на самоуправляемом острове стали причиной слухов о росте случаев алкоголизма и домашнего насилия.

С 1974 года на острове официально действует сухой закон, однако на Малый Диомид часто провозят контрабандой спиртное, а некоторые местные жители даже уезжали с острова в поисках выпивки.

Эдвард Сулук признался, что пил каждый раз, когда приезжал на материк и вся его семья страдает от алкоголизма.

"Это страшно. Мне никто не помогает. Я буду искать помощи, но какой в этом толк? Я просто снова начну это делать, потому что моя вера слаба. Чтобы остановиться, нужна сильная вера", — сказал он.

Жители чувствуют, что их вера все больше слабеет, поскольку их старейшины, которые часто брали на себя руководящие роли, умирают.

Старейшины на протяжении поколений давали советы общине и напоминали ей о своей культуре и традициях, но с их смертью многие чувствуют, что на острове отсутствует социальная гармония.

Также на острове Малый Диомид может закрыться единственная школа, которой руководят два молодых учителя: один со Среднего Запада, а другой с Филиппин, в ней обучается 21 ученик. Если в школе будет учиться менее 12 учеников, ее придется закрыть, и возникают опасения, что ее закрытие станет для острова концом.

А тем временем может исчезнуть небольшое островное государство Тувалу в Тихом океане, поскольку столкнулось с серьезной климатической катастрофой. Население страны готовится к массовой миграции, чтобы спасти свою жизнь, культуру и национальную идентичность.