Цифровой популизм: почему решение вооружить ТЦК камерами не искоренит "бусификацию"

Похоже, во власти решили отреагировать на усиление напряжения в обществе, образовавшееся из-за, так называемой, "бусификации". Так, на днях Министр обороны Денис Шмыгаль заявил, что с 1 сентября все работники ТЦК будут обязаны носить и использовать бодикамеры при проверке документов и вручении повесток. Как такое нововведение (которое – спойлер, на самом деле не содержит ничего нового), повлияет на мобилизацию и позволит ли побороть "бусификацию", разбирался "Телеграф".

Так это ж было уже…

Необходимость видеоцифровизации работников ТЦК Денис Шмыгаль объяснил обеспечением "законности деятельности групп оповещения ТЦК" и "защитой прав обеих сторон".

То есть военнообязанных с одной стороны:

– Это немного сдерживало бы представителей ТЦК в моментах, где они могут превысить свои полномочия. Все бы понимали, что запись на видеокамере может быть очень хорошим доказательством в рамках уголовного дела, – добавляет "Телеграфу" адвокат Полина Марченко.

И сотрудников ТЦК с другой:

– Бодикамера – это защита не только для военнообязанных, но и самих работников ТЦК, которые иногда становятся жертвами нападений, – комментирует "Телеграфу" адвокат юридической компании "Riyako&Partners" Екатерина Анищенко.

Но на самом деле, в действующем законе "О мобилизационной подготовке и мобилизации" уже указано, что сотрудники ТЦК, уполномоченные проверять документы у граждан, и так могут пользоваться бодикамерами. "При проверке документов уполномоченный представитель территориального центра комплектования и социальной поддержки осуществляет фото- и видеофиксацию процесса предъявления и проверки документов с применением технических приборов и средств фото- и видеофиксации", – записано в статье 22 данного закона.

Как именно это нужно делать, объясняет отдельный приказ Минобороны №532, где, например, сказано, что съемка должна происходить на специальный портативный видеорегистратор, а не личный мобильный телефон.

То есть, в законах уже все есть. Почему же до сих пор стоит проблема обеспечения "законности деятельности групп оповещения ТЦК" и "защиты прав обеих сторон"?

Четыре нюанса

Во-первых, нюанс состоит в том, что работники ТЦК, конечно, могут пользоваться бодикамерами, но не обязаны этого делать. В принципе, как и полицейские. Вспомним, например, скандал и ДТП с участием бывшего нардепа от "Слуги народа" Александра "тихонько в лес уйду" Трухина, когда у патрульных вдруг не нашлось видео с нагрудных камер. Правда, потом это видео появилось у журналистов, впрочем, это лишний раз доказывает, что не имея прямого обязательства снимать, крутить этой нормой закона можно "как цыган солнцем".

- Никакой ответственности за то, что камера не будет работать — нет, — объясняет "Телеграфу" столичный адвокат Ростислав Кравец.

Однако министр обороны говорит именно об обязательствах работников ТЦК использовать бодикамеры и даже дисциплинарную ответственность в случае нарушения этого правила. Впрочем, как именно будет реализован этот механизм обязательства (изменением закона или хотя бы приказа Минобороны) пока неизвестно.

Во-вторых, если нет обязательства, то нет и необходимости видеоцифровизировать работников ТЦК.

– Законы то приняли, а по факту бодикамеры не выдали. С учетом того, какое количество ТЦК, должностных лиц, вручающих повестки, проверяют документы, чтобы обеспечить хотя бы одного человека из группы оповещения бодикамерой, нужно выделить значительные средства. Но я ничего не слышала, что на это было выделено дополнительное финансирование, проведены тендерные процедуры (у кого они будут закупаться, по какой цене). Поэтому за оставшиеся до 1 сентября две недели обеспечить работников ТЦК бодикамерами физически не успеют, – убеждена Марченко.

По словам Шмыгаля, сейчас обеспеченность средствами фиксации составляет 85%, поэтому будут закупаться дополнительные камеры. Это, конечно, хорошо, но…

В-третьих, кто помешает выключить камеру в нужный момент? Теоретически вышеуказанным приказом Минобороны №532 это запрещено, ведь видеозапись нужно вести непрерывно "до завершения выполнения мероприятий".

Но, конечно же, существуют исключения:

– В случае угрозы попадания на видеорегистратор военных объектов;

– Информации с ограниченным доступом;

– В случаях, связанных с возникновением у уполномоченного представителя личного частного положения (посещение туалета, перерывы для еды и т.п.).

Таким образом, в "военный объект", по словам сотрудников ТЦК, может превратиться все что угодно (например, их бус), а под "личное частное положение" можно подогнать вообще что угодно. Тем более что и среди правоохранителей существует практика выключать видеорегистраторы. Это можно увидеть на примерах судебных дел вот здесь и вот здесь, когда полицейские нарушали непрерывность видеофиксации.

В-четвертых, по словам практикующих юристов, работники ТЦК, которым закон и дает опцию носить бодикамеры, в большинстве своем, и не совершают никаких противоправных действий, которые можно наблюдать на многочисленных видео в сети.

– Мне кажется, министр обороны не до конца понимает, кто на самом деле появляется на этих видео. Как показывает опыт расследования уголовных производств, это не сотрудники ТЦК, это военные роты охраны ТЦК. В подавляющем большинстве случаев, – отмечает Кравец.

Ладно, но представим, что с 1 сентября законная процедура будет работать идеально (не зря же вопросом проникся лично министр обороны) и на бодикамеры сотрудников ТЦК будут попадать все конфликтные ситуации.

Это может являться доказательством в суде?

С одной стороны может.

– Бодикамера будет фиксировать факт вручения повестки, очень часто обжалуемый в судах, факт отказа от повестки. Плюс будут зафиксированы все действия, в том числе насильственные, если они совершались, по сопровождению военнообязанного в ТЦК, – объясняет Екатерина Анищенко.

Однако данные по видеорегистратору не являются железобетонным аргументом.

– Существует такое мнение, что если на бодикамере не будет зафиксирован, например, факт вручения повестки, то как будто можно обжаловать протокол в суде и суд будет закрывать производство за неявку по повестке. Но КУоАП предусмотрено, что видео с камеры работника ТЦК или даже полицейского – исключительно дополнительная доказательная база и это не является основным доказательством. Видео с бодикамеры – лишь один из элементов доказательной базы. Также там могут быть, например, свидетельские показания. И отсутствие такой фиксации не может являться основанием для того, чтобы закрыли производство [по неявке по повестке]. Отсутствие фиксации может быть только одним из оснований для признания доказательств недостаточными, – добавляет Анищенко.

Ну пусть не основное, пусть дополнительное доказательство, но хоть такое. Однако…

С другой стороны, хотя записи с регистраторов и могут предоставляться (а могут и не предоставляться) руководителем ТЦК "по мотивированным запросам органов досудебного расследования, прокуратуры, следственного судьи и суда, полиции", как об этом говорится в приказе №532, но срок хранения видео на серверах – 30 дней. И пока "бусифицированного" будут "оформлять" и возить на смотрины по воинским частям, когда дело дойдет до суда (если дойдет), записи уже будут удалены, а значит, никаких доказательств не останется.

Следовательно…

Для чего это делается?

– По-моему, это все направлено на единственную цель: снять определенное напряжение в обществе относительно работников ТЦК, которые довольно часто превышают свои полномочия при проведении мобилизации, – отмечает Кравец.

В этом, конечно, есть смысл, ведь тему "бусификации" как очень сложную и болезненную власть почти никак не коммуницирует. А если и касается ее, то называет это только "определенными минусами". Впрочем, случаи нападений на работников ТЦК, которые, к сожалению, участились в последнее время, свидетельствуют о том, что реагировать властям все же необходимо. Но решается ли проблема только бодикамерами?

– Депутаты уже пытались повысить ответственность работников ТЦК за превышение ими своих полномочий. Но Уголовным Кодексом и так предусмотрено лишение свободы на срок до 12 лет" (речь о статье 426-1 "Превышение военным должностным лицом власти или служебных полномочий", — Ред. ) Выше уже нет смысла устанавливать. Гораздо лучше было бы показать людям статистику, а сколько работников ТЦК за все время полномасштабной агрессии были привлечены к ответственности, учитывая то количество сообщений и судебных дел, по превышению ими полномочий. Это будет реальная картина, – резюмировал Ростислав Кравец.

В конце концов, бодикамера сама по себе не панацея — это лишь инструмент, эффективность которого будет зависеть от многих факторов.

Хотя сомнения в успешности применения этого инструмента остаются, даже небольшой шаг в сторону открытости может стать началом большего процесса — процесса восстановления доверия.

А учитывая, что мобилизация остается критически важной задачей для обороны страны, этот процесс нужен всем: и военнообязанным, и самим работникам ТЦК.