Готовность страны к зиме на сегодня - более 50%, но время до наступления холодов у нас есть – член набсовета "Укрэнерго" Юрий Бойко/Главным риском для прохождения следующего отопительного сезона остается война

Уже совсем скоро закончится лето, и не за горами – новый отопительный сезон. Минувшая зима в Украине прошла относительно гладко, без массовых отключений электричества, в чем, безусловно, огромная заслуга наших энергетиков, которые нередко делают свою работу в буквальном смысле под вражескими обстрелами.

О том, как идет подготовка к осенне-зимнему периоду, какова на сегодня степень готовности к нему, а также, стоит ли ожидать предстоящей зимой отключений света в интервью "Апострофу" рассказал бывший и.о. министра энергетики Украины, член наблюдательного совета НЭК "Укрэнерго" Юрий Бойко.

- Главный вопрос: как Украина готовится к следующему отопительному сезону?

– Прежде всего, давайте вспомним, что подготовка к зиме ведется всеми предприятиями жилищно-коммунального хозяйства, а не только электростанциями и операторами систем распределения и передачи электроэнергии. Необходимо вспомнить и о водоканалах, и о теплокоммунэнерго – предприятиях, которые обеспечивают горячее водоснабжение и тепло в наших домах и офисах.

Подготовка к зиме включает в себя, как правило, перечень ремонтных и регламентных работ и план накопления запасов топлива (уголь, газ, мазут). В последние годы также добавились мероприятия по физической защите объектов критической инфраструктуры с целью минимизации последствий возможных обстрелов, а также формирования дополнительного состава наиболее критического оборудования для быстрого восстановления. Объем ремонтных работ, особенно у генерирующих компаний, также существенно вырос по понятным причинам.

У каждого предприятия есть утвержденный "персональный" план таких работ, и этот план отражает специфику его работы. Так, для сетевых компаний план включает, в частности, расчистку трасс линий электропередачи, замену провода на новый, часто большего сечения или вообще изолированный, строительство разгрузочных подстанций и т.д. Из-за погодных условий бывает много обрывов на линиях, которые оперативно устраняются,как правило, скрутками. Но скрутка – это всегда потеря напряжения на соответствующем участке. И для того, чтобы повысить качество поставляемой потребителям энергии, энергетики время от времени выполняют плановую замену всего провода на линиях питания.

Фото: pixabay.com

У тепловиков, например, одна из обязательных работ – испытание тепловых сетей повышенным давлением. Это регламентная работа в рамках подготовки к зиме или для ввода в эксплуатацию отремонтированного или замененного фрагмента тепловой сети. Целью таких испытаний является уверенность, что в экстремальных условиях зимней эксплуатации оборудование не подведет. Часто испытания приводят к прорывам и необходимости устранения их последствий, но согласитесь, что выявить и устранить такого типа проблему лучше летом, чем зимой, когда и работать сложнее, и авария приводит к прекращению тепло- или водоснабжения для определенного количества зданий или даже целого микрорайона.

- На какой условно процент мы готовы к зиме по состоянию на данный момент?

– Если говорить о начале августа, то уровень подготовки на этот период не намного превышает 50%. Но надо понимать, что это плановая цифра, ведь есть еще август, сентябрь и, по большому счету, и октябрь, в течение которых эти плановые работы будут еще активно выполняться. Вообще оценка готовности в процентах летом, на мой взгляд, не является информативной. Я бы скорее смотрел на соблюдение графика выполнения работ. Ведь критичным является завершение работы до начала холодов.

Согласно отчетам из регионов, работы ведутся с соблюдением графика, ремонтная кампания в разгаре, это касается, в частности, и генерации. Например, на сегодняшний день два атомных энергоблока находятся в ремонте, но уже с ноября планируется работа максимальным составом оборудования. На части атомных блоков ремонты уже завершены, причем, даже с небольшим опережением графика. Люди работают с пониманием того, в каких условиях мы находимся, и какие усилия нужно прилагать, чтобы украинцы зимой были со светом и теплом. Осенью этого года должны начать работать дополнительные объекты генерации, построенные, в частности, благодаря спецаукционам, которые проводились НЭК "Укрэнерго" в прошлом году.

- Есть ли регионы, где возможны риски при подготовке к зиме?

– Это, безусловно, прифронтовые регионы, потому что, несмотря на все так называемые "энергетические перемирия", враг продолжает активные атаки на объекты критической инфраструктуры на этих территориях. Министерство энергетики зафиксировало около полутора тысяч фактов нарушения договоренностей о прекращении атак. Отмечу, что большие инфраструктурные объекты (ключевые электростанции, подстанции НЭК и т.п.) с середины весны почти не атаковались, в отличие от прифронтовых областей, где объекты электроэнергетики атакуются на ежедневной основе.

Прежде всего, это такие области как Сумская, Харьковская, Запорожская, Херсонская, особенно – областной центр. Во многих случаях невозможно проводить ремонтные работы, поскольку, как только аварийная бригада выезжает на ремонт, ее сразу же атакуют дроны. Таким образом мы уже теряли и технику и, к сожалению, людей. Как следствие, вдоль линии боевого столкновения большое количество населенных пунктов, которые находятся не только без электроэнергии, газа, но и, во многих случаях, без возможности их восстановить. К примеру, количество обесточенных населенных пунктов ежедневно, безусловно, меняется, но оно не опускается ниже 600.

Поэтому, когда мы говорим о рисках подготовки к зиме, то, в первую очередь, имеем в виду последствия войны в регионах, близких к линии боевого столкновения. Не все риски можно нивелировать усилиями энергетиков. К примеру, в таком городе как Покровск нет реалистичной возможности обеспечить проведение отопительного сезона. Единственным выходом является эвакуация.

Эвакуация из Покровска Фото: Wikipedia

- Какова ситуация с тепловыми электростанциями, ведь именно они, пожалуй, больше всего страдали от вражеских обстрелов?

- Значительная часть информации не может быть сегодня общедоступной – исключительно в целях безопасности и защищенности таких объектов от повторных поражений.

Однако, наверное, лучшим способом ответить на ваш вопрос будет предложение вспомнить, когда последний раз были отключения света.

С момента последнего массированного обстрела электроэнергетической инфраструктуры – а это было 26 декабря прошлого года - энергетики занимались круглосуточными ремонтами и восстановлением оборудования. И лучшим подтверждением результатов этой работы является тот факт, что в текущем году не было применения графиков отключений потребителей. Даже летом, когда у нас традиционно приходится пик ремонтной кампании "Энергоатома", и именно на тепловую генерацию возлагается дополнительная нагрузка. Насколько я помню, были два или три дня, когда применялись графики ограничения мощности для потребителей - юридических лиц в отдельных областях. Напомню, что графики ограничения мощности – это не отключение, а требование самостоятельного ограничения величины потребления, обычно – на часы вечернего максимума нагрузки энергосистемы. Уверен, все хорошо помнят июль прошлого года, когда у нас из-за значительных повреждений тепловой генерации и станций "Укргидроэнерго" были серьезные ограничения.

Если говорить о восстановлении тепловой генерации в абсолютных цифрах, то в работу возвращено более 2,5 тыс. МВт, и работы продолжаются. До зимы эта цифра существенно увеличится.

Также стоит отметить, что в часы вечернего максимума мы активно привлекаем импорт. В некоторые дни в июле импорт в вечерние часы достигал практически максимальных значений по мощности. В то же время, параллельная работа с Европейской сетью ENTSO-E и близость правил функционирования рынков электроэнергии позволяют активно осуществлять не только импортные, но и экспортные операции. Например, в июне Украина была нетто-экспортером электроэнергии.

Первая половина августа завершает период, потенциально самый тяжелый с точки зрения достаточности внутренней генерации. "Энергоатом" пересек "экватор" своей ремонтной кампании. В дальнейшем будет происходить постепенное увеличение количества энергоблоков в работе, и для диспетчеров задача по балансированию энергосистемы также претерпит изменения – будет легче вечером (меньший или отсутствующий дефицит) и увеличится профицит в дневные часы – в период солнечной активности. Параллельно с этим будет происходить сезонное снижение нагрузки, поскольку в сентябре и октябре существенно меньше используются кондиционеры.

- А ждать ли нам отключений электроэнергии следующей зимой?

- По состоянию на сегодняшний день, разумеется, без учета возможных военных рисков, есть все предпосылки для того, чтобы пройти зиму стабильно и без отключений.

Объем уже доступной внутренней генерации, с учетом реалистичных планов завершения ряда восстановительных работ, вполне достаточен для покрытия зимнего максимума. То же самое можно сказать и о сетях НЭК "Укрэнерго" – как в части ремонтных и восстановительных работ, так и в части физической защиты ключевых объектов подстанций. Также стоит упомянуть и сформированные запасы дополнительного оборудования и материалов, которые хранятся у нас на складах или на складах наших соседей. Все это позволит оперативно реагировать на вызовы войны.

Но совершенно очевидно, что в случае возобновления массированных обстрелов именно энергетической инфраструктуры, будет трудно. Безусловно, это будет приводить к отключению потребителей на какое-то время, потому что, даже имея все под рукой, мгновенно восстанавливать поврежденные объекты невозможно.

Объем ресурса, который может быть задействован Российской Федерацией для массированных обстрелов, является, на мой взгляд, ключевой проблемой. Большое количество дронов создает угрозу даже для объектов распределенной генерации.

– Кстати, а какая у нас сейчас ситуация с малой распределенной генерацией? Можем ли мы вообще что-нибудь о ней говорить в свете возможных вражеских обстрелов?

- Я считаю, что сегодня не стоит афишировать ни месторасположение этих объектов, ни их количество или мощность.

С другой стороны, я убежден, что при строительстве объектов распределенной генерации нужно дорабатывать проекты и строить инженерные сооружения антидроновой защиты – аналог второго уровня защиты, который реализуется на объектах НЭК "Укрэнерго". Понятно, что ракетами по таким объектам бить глупо – даже у России не хватит на это доходов от экспорта нефти. Но шахедов сегодня слишком много, и они довольно дешевы. Можно направить три-пять или даже десять шахедов на небольшую электростанцию – и наделать беды. При этом стоимость средств поражения будет существенно меньше, чем стоимость объекта распределенной генерации.

– Используются ли комплектующие с европейских остановленных ТЭС на украинских станциях? Если такие примеры есть, из каких стран такие компоненты поступают больше всего?

- Если ответить на ваш вопрос коротко, то таких примеров на самом деле немного, но они есть. В частности, мы получали оборудование с демонтированной Вильнюсской ТЭЦ-3, а также с остановленной Игналинской АЭС. Однако этот ответ не позволит понять настоящие масштабы помощи наших партнеров.

Игналинская АЭСФото: Wikipedia

Кроме того, оборудование, которое демонтируется с какой-нибудь выведенной из эксплуатации станции, нуждается в адаптации, не все может быть использовано. Обычно это какое-то вспомогательное оборудование… И вообще такие кейсы требуют больших объемов специфической подготовительной работы – нужно поехать на этот объект, посмотреть, идентифицировать, что может быть демонтировано и что может быть полезным. Затем решить вопрос с логистикой, таможней, налоговой. Кому-то может показаться, что за два дня все решается – в одном месте открутил, в другом прикрутил, и проблемы нет, но на практике это все совсем не так.

Есть несколько направлений, которые стоит упомянуть в контексте западной помощи.

Так, в июле 2022 года по решению Еврокомиссии Секретариатом Энергетического сообщества был создан Фонд поддержки энергетики Украины. В этот фонд страны направляют средства, которыми финансируются исключительно насущные потребности отрасли, связанные с ремонтом, восстановлением оборудования. За все время туда направили €1,15 млрд, взносы сделали 33 государства-участника. Цифры постоянно меняются и, понятное дело, в сторону увеличения.

В то же время, в марте 2022 года был создан Хаб экстренной энергетической помощи. Его разместили на базе одного из украинских облэнерго. И, если в Фонд страны-доноры направляли исключительно средства, то в Хаб везли разнообразное оборудование и материалы – от проволоки и изоляторов до дизель/бензиновых генераторов. Министерство энергетики недавно обнародовало статистику, что за время работы Хаба было принято 1870 грузов весом более 24 тыс. тонн из 38 стран мира. Получатели – более 200 предприятий по всей Украине всех форм собственности.

Среди донорских организаций крупнейшая по объему помощи Украине – это, безусловно, американское USAID, агентство было самым большим донором и в сфере энергетики.

Есть страны, которые берут на себя обязательства и работают с определенным городом или регионом. Например, Дания взялась заботиться о Николаевской области, выделила исключительно для нее €12,5 млн.

Всего за период полномасштабной войны НЭК "Укрэнерго" привлекла грантовые и кредитные средства только от международных финансовых организаций на общую сумму около €1,384 млрд (из них €540 млн – грантов и €844 млн – кредитных средств). А еще есть средства правительственной поддержки многих стран, прямая помощь оборудованием и материалами, о которой я уже говорил выше.

- Прошлой зимой сложилась тревожная ситуация с газом, и НАК "Нафтогаз Украины" была вынуждена срочно покупать его на европейском рынке. Какова ситуация сейчас – сколько нужно импортировать газа на следующий осенне-зимний период и сколько уже закуплено?

- Давайте отталкивайтесь от общеизвестных цифр. Итак, по состоянию на 1 ноября прошлого года в хранилищах должно было быть накоплено 13,2 млрд куб. м. "Нафтогаз" отчитался о накоплении 12,9 млрд. А теперь вспомним, как мы проходили январь-февраль (2025 года) после того, как россияне начали обстреливать газодобывающую и газоперерабатывающую инфраструктуру. Как вы правильно отметили, ситуацию спасали срочным импортом.

Буровая установка для газодобычи Фото: НАК "Нафтогаз Украины"

Сколько газа нужно для успешного прохождения ближайшего осенне-зимнего периода? Однозначного ответа на этот вопрос нет. Предлагаю смоделировать ситуацию и попытаться этот ответ найти. Давайте предположим, что в этом году задача аналогичная, то есть на 01.11.25 необходимо накопить 13,2 млрд кубов. На сегодняшний день в хранилищах чуть более 10 млрд куб. м. То есть до 1 ноября нужно закачать еще около 3 млрд куб. м. Последние два месяца мы закачиваем примерно 50 млн куб. м газа в сутки, и текущие темпы, при сохранении импорта, позволяют выйти на цифру 13,2 млрд.

В летний период, за счет превышения внутренней газодобычи над внутренним потреблением, всегда происходил процесс закачки внутренних излишков газа, которіе не потребляются украинским потребителем. Объем внутреннего "избыточного" газа в теплые месяцы составляет около 700-800 млн кубов в месяц, а, значит, около 2 млрд куб. м газа внутренней добычи еще будет закачано. Соответственно, остальное необходимо импортировать. Учитывая тот факт, что "Нафтогаз" привлек ряд кредитов и от государственных банков, и от международных финансовых организаций (в частности, последний кредит от ЕБРР на €500 млн), эта задача с финансовой точки зрения кажется вполне решаемой.

Другое дело, достаточен ли объем в 13,2 млрд кубов. Как по мне, этого объема газа хватит разве что для оптимистического сценария прохождения зимы – относительно теплая погода (что, собственно, и было в последние несколько лет) и отсутствие обстрелов газодобывающей инфраструктуры. Ведь весь объем возможного недодобытого газа необходимо будет компенсировать импортом.

Зимой часть внутреннего потребления покрывается за счет внутренней газодобычи (эта цифра колеблется около отметки 1,5 млрд куб. м в месяц), другая – за счет отбора газа из хранилищ. Вывод очевиден: если внутренняя добыча по какой-то причине будет снижена, это приведет к более интенсивному отбору газа из хранилищ. Поэтому, если говорить об относительно комфортном запасе газа, который, при необходимости, мог бы хотя бы частично компенсировать военные риски, то этот объем точно должен быть больше прошлогоднего. Насколько больше? Этой зимой после обстрелов говорилось о временной потере от 30% до 50% добычи. То есть снижение на 30% добычи газа в течение одного месяца – это эквивалент потери 500 млн куб. м. Как сложится ситуация по факту, неизвестно, но математика оценки рисков, думаю, понятна. В то же время, объем в 13,2 млрд куб. м на 1 ноября в текущих условиях является нашим реалистичным максимумом.

Каковы варианты реагирования на возможные угрозы в текущих реалиях?

В первую очередь – это при необходимости привлечение зимой дополнительного импортного ресурса. Но очевидно, что уже по более высокой цене, чем сегодня. Крайняя мера – ограничение поставок газа для промышленности с целью первоочередного обеспечения потребностей теплокоммунэнерго и населения.